Архимаг, который живет в подвале. Том 1. Том 2 (СИ)
Он усмехнулся.
— Но на всякий случай — для очистки совести — навёл справки. И… узнал, что действительно, всего несколько дней назад у Тёмных сменился глава.
Рука Больжедора указала на Славика с Эрикой.
— А теперь, гляди-ка… появляешься в компании, если не ошибаюсь, Вячеслава Манкина и Эрики Хольгерссон. Две семьи, уже не первое поколение известные как верные адепты Тёмных… В общем, со всех сторон выходит, что интересный ты тип, племяшка, — заключил он.
— Интересный, — кивнул я, сверля его взглядом. — И ты решил позаботиться о рычаге для шантажа, — я выдержал небольшую паузу, — дядюшка?
— Я же сказал, что я решил.
— Спрятать её от Зиминых, ага, — отозвался я. — Как благородно. С чего мне верить тому, кто всего каких-то полтора дня назад пытался меня убить?
Повисла пауза; да уж, на такой аргумент сложно найти ответ.
—…ситуация изменилась, Макс, — Больжедор продолжал улыбаться, но взгляд его был предельно серьёзен. — Я не такой дурак, чтобы уверять, что ничего не было и ты меня не так понял. Но прямо сейчас мне выгоднее дружить с тобой, чем враждовать. Как и тебе со мной, кстати.
— Дружить? — мне захотелось сплюнуть.
— Сугубо в деловом смысле, — пояснил дядя. — Ничего больше. Я человек деловой, и все мои решения продиктованы здравым смыслом.
— Все? — мой взгляд сверлил его. — Надо полагать, решение вычеркнуть меня из жизни, лишив всего, тебе тоже подсказал здравый смысл?
— И его тоже, — спокойно подтвердил Больжедор. — Чистый расчёт и ничего больше. В моих планах — поднять клан на верхушку Светлых, а значит, нужно было убрать любой намёк на грязную кровь. Бизнес есть бизнес.
Я покачал головой в ответ.
— Нет уж, не отпирайся. Я мог бы поверить в это, если бы не предложение стать дворником при Грачёвых. Это тоже чистый расчёт? Что это вообще было, Больжедор?
По его лицу скользнула тень.
— А отключение моей мамы, — я кивнул на носилки, — от аппарата? Оплата её счетов — копейки для клана, не нужно говорить об экономии…
— Не говори о том, чего не знаешь, — отрезал Больжедор, хмурясь. — После смерти моего отца всё поменялось, было много расходов, бюджет клана не мог позволить себе лишних трат…
— И поэтому ты отдал моё место в клановой компании Роблену? — парировал я. — Или ты правда не понимал, что в руках этого дурачка вас ждут одни убытки?
Я глядел на Больжедора, пытаясь понять, что у него в голове. Строго говоря, с прошлым всё и так было понятно. А как насчёт будущего?..
Больжедор хочет «дружить» со мной. Так он говорит, во всяком случае. И… знаете, в каком-то смысле это даже верилось.
Ещё бы ему не дружить.
Я — лидер Тёмных. Он — далеко не последний человек в рядах Светлых. Особенно сейчас, когда положение Зиминых пошатнулось и есть реальный шанс закрепиться наверху. Если мы будем вместе, это пойдёт на пользу как мне, так и ему.
Он развёл руками.
— Да, я прекрасно понимал, Макс, что ты умнее Роблена, что в продажах ты соображаешь в двадцать раз больше, чем он. Роблен — импульсивный инфантил с распухшим эго, а ты умный человек, Макс; не зря мой отец так любил тебя. Ты это хотел услышать? Вот, я это сказал! Но…
Он замялся; теперь усмехнулся уже я.
— Но я был «лишним» человеком в клане, и тебе было плевать, сколько пользы я приношу. Зато теперь не «лишний», да?
— Понимаю, причин любить меня после этого у тебя нет, — Больжедор мрачнел на глазах. — Да их и раньше не было. Но деловые люди на то и деловые, что руководствуются умом, а не эмоциями. Чего ты хочешь? Застрять в прошлом со своими обидками? Или достичь успеха в будущем?
Успеха в будущем.
Смешно, конечно. Но, скорее всего, он сейчас предельно честен со мной — насколько может быть честен беспринципный делец. Ему действительно выгоден этот союз, который может привести его на вершину.
А самое смешное — то, что он выгоден и мне. Объединить Светлых и Тёмных, захватить обе стороны…
Вот только ещё бы меня не мутило так с его рожи.
Я поморщился.
— Красиво расписываешь. Наверное, я бы даже заинтересовался… если бы не знал какой ты мудак. Ты серьёзно думаешь, что я пойду на союз с тобой — после всего, что было?
— Не будь ребёнком, Макс, — глаза дядюшки оставались холодными. — Я говорю о деле, а не об эмоциях.
Теперь улыбка пропала с лица Больжедора.
Зато слегка забрезжила на моём.
— О деле? Тогда у меня встречное предложение к тебе, Больжедор. Ты и на километр не подходишь к моей матери; ты не вмешиваешься в мои дела и ты не пытаешься «подружиться» со мной — и тогда, быть может, ты останешься жив. Что до твоих дел, то меня они тоже не волнуют; я собираюсь разобраться с Зиминой, у которой на меня зуб. Мне плевать, если ты воспользуешься этим, чтобы захватить власть у Светлых, но не вздумай мешать мне. Останемся оба при своём и будем жить припеваючи; как тебе такая идея, Больжедор?
Лицо дяди перекосило едва сдерживаемой злостью.
— Как ты резко осмелел, Макс, — выплюнул он. — Силу почувствовал?
Я пожал плечами.
— Смелость — наша семейная черта, разве нет?
— С-семейная? — он пробежался по мне взглядом. — Ах да, точно. Мы же семья. Как я мог это забыть?
И, быстро развернувшись, он зашагал прочь из гаража. Больжедор всё-таки не был дураком и прекрасно понимал, что сейчас он от меня иного ответа не дождётся, что бы не предложил мне.
Понимал он и то, что предложенный мной нейтралитет — фикция, временная передышка. Понимал, что я это понимаю.
А вот чего Больжедор не понимал… так это того, что не он один такой умный.
План по объединению Светлых и Тёмных? Хорошая идея, действительно хорошая. К несчастью для Больжедора, она пришла мне в голову ещё вчера.
И в моём варианте там не было места Грачёвым.
…впрочем, пока это неважно; прямо сейчас меня заботили другие дела, и теперь, когда Больжедор убрался, я наконец-то мог ими заняться.
Рука нашарила в кармане нужный предмет; я быстрым шагом направился к врачу, который всё ещё стоял посреди парковки, стараясь не двигаться.
— Серебряный Янтарь, — сообщил я, вкладывая ему в руку драгоценный магический минерал. — Приступай к лечению. Немедленно.
* * *…это был единственный путь.
Единственная возможность понять, что вообще происходит; сохранить хоть какие-то шансы на реванш. Единственный вариант не остаться в числе лузеров.
Но, блин, как же страшно!
Роблен еле унимал свою дрожь. Во время слежки за чёртовым Максом и его дедом его прямо-таки колотило; он еле сдержался, чтобы не закричать, когда Макс простым взмахом руки отправил старика куда-то прочь. Как⁈ Макс, с его гнилым ядром, мусор и падаль, никогда не имевший магических способностей? Как?!!
Затем они направились на окраину города, к какому-то задрипанному кафе. Шло время, и Роблен более-менее пришёл в себя, перестав дрожать… но затем появились эти типы, во главе с каким-то высоченным татуированным головорезом, и его снова начало колотить крупной дрожью.
Разговоров он, понятно, не слышал, стоя в подворотне напротив. Но то, что азиат в татуировках — важная шишка, понятно было сразу. Поэтому, рассудив, Роблен принял решение дальше следить за ним, а не за Максом.
Хорошо ещё, что следить он умел.
Роблена ещё с раннего детства интересовали… разные подробности чужих жизней. Знать то, что происходит за закрытыми дверями, вытягивать грязные секретики и тайны — это же так круто! У каждого есть своё хобби; отец, например, увлекается рыбалкой по утрам. А вот Роблен… ну, он хорош в слежке.
Действительно хорош. Ни Макс, ни этот типчик даже не почесались, так и не сообразив, как он следит за ними.
…была уже глубокая ночь, когда азиат добрался до пригорода. Дрожь уже более-менее унялась, уступив место усталости и зевоте, но Роблен терпеливо продолжал следовать за ним, чувствуя, что он уже близок к разгадке, что ещё немного — и он узнает что-то важное.
Во всяком случае, ему очень хотелось в это верить. Если окажется, что татуированный азиат всё это время направлялся домой, спать…