Чайная роза

– Миссис Финнеган? – спросил тот; чувствовалось, он не шел, а бежал сюда. – Констебль полиции Коллинз…
– Ну я, – ответила Кейт и встала.
– Поторопитесь, мэм… тут с вашим мужем…
– Боже мой! Что с ним?
– Несчастный случай на складе. Его отвезли в больницу. Собирайтесь, и поскорее.
– Что случилось? – крикнула Фиона.
Ручка выпала из ее пальцев, и на бумаге расплылась жирная клякса.
– Выпал он, мисс. Из погрузочной двери… – ответил полицейский.
Фиона смотрела на него и ждала, когда он договорит. Склад Оливера был высоким зданием. Целых шесть этажей. Отец мог выпасть с первого. «Боже, сделай так, чтобы с первого!» – взмолилась она.
– С пятого этажа, – сказал полицейский и отвернулся.
– Неееет! – пронзительно закричала Кейт, закрывая лицо ладонями.
Фиона подбежала к матери, подхватила, не дав рухнуть на пол.
Констебль Коллинз посмотрел на Чарли:
– Сынок, поторапливайся… времени мало…
Чарли был единственным, кто не растерялся.
– Ма… Ма! – рявкнул он. – Накинь шаль. Фи, укутай Айлин. Шейми, иди сюда…
Пока Чарли надевал младшему брату башмаки, Фиона накинула на материнские плечи шаль и завязала узлом. Затем подхватила из корзины Айлин, плотнее укутала в одеяло. Оставалось задуть лампы и загасить огонь в очаге. Полицейский вывел Кейт на улицу. Чарли кинулся к Бристоу. Мистер Бристоу сразу же поспешил в сарай, где у него стояли лошадь и телега.
На шум выскочили жильцы ближайших домов.
– Фиона, что случилось? – спросила подбежавшая Энн Долан.
– С моим па несчастный случай. Мы… Нам надо в больницу.
– Держи, – сказала Энн, вынув что-то из кармана. – Наймите повозку.
– Спасибо, миссис Долан. Мистер Бристоу довезет нас на своей телеге.
Буквально через минуту к дому подъехал Питер Бристоу. Роуз Бристоу пыталась успокоить Кейт:
– Дорогуша, садись рядом с Питером. Я тоже подскочу. Вот только попрошу соседку за ребятней присмотреть. Твой Пэдди – он крепкий как бык.
Констебль Коллинз помог Кейт сесть на козлы, после чего забрался на телегу вместе с Фионой, Чарли и малышами.
– Н-но-о! Пошла! – прокричал мистер Бристоу, резко взмахнув поводьями.
Подпрыгивая на выбоинах, телега покатилась по темным улицам. Фиона укачивала хнычущую Айлин. Чарли держал на коленях перепуганного Шейми. Фиона посмотрела на него. Боясь, что каждое слово может ранить мать, она ничего не сказала, но Чарли прекрасно видел испуг в глазах сестры. Фиона слышала, как мистер Бристоу понукает лошадь бежать быстрее. Он что-то говорил Кейт. Вокруг стало шумнее и светлее. Они подъезжали к Уайтчепел-роуд. В голове Фионы лихорадочно проносились мысли. Как отец мог выпасть из погрузочной двери? Он знал склад Оливера как свои пять пальцев. Из таких окон выпадают разве что сдуру или с пьяных глаз. Может, отец приземлился на мешки или веревки, смягчившие удар. Возможно, все не так и плохо, как сказал этот полицейский. Фиона вновь принялась лихорадочно молиться Иисусу, Деве Марии, святому Иосифу, святому Франциску и всем другим святым, чьи имена могла вспомнить. И всех она просила помочь ее па.
Наконец телега подкатила к больнице. Чарли спрыгнул, не дожидаясь, когда она остановится. Коллинз подал ему Шейми. Фиона слезла сама, с Айлин на руках. Кейт бросилась к больничным дверям. Мистер Бристоу крикнул, что подойдет сразу же, как только привяжет лошадь. В вестибюле Кейт тут же остановили две медсестры, вскочившие из-за стола. Они спросили, кого она желает видеть.
– Пэдди Финнегана. Муж мой. С ним несчастный случай… – едва сумела произнести Кейт.
– Финнеган… – повторила одна из медсестер, водя пальцем по записям в журнале. – Со склада? – спросила она, поднимая глаза на Кейт.
– Оттуда, – ответил за мать Чарли.
– Второй этаж. Подниметесь по этой лестнице, затем налево. У него уже есть посетитель. Какой-то полицейский. Сказал, что живет у вас.
Кейт кивнула и повернулась к лестнице.
– Погодите! – начальственным тоном произнесла вторая медсестра. – Ей нельзя туда вместе со всеми детьми. Это же больничная палата…
  
– Сестра Агата! – строго одернула ее первая. – Идите, миссис Финнеган. Поторапливайтесь, дорогая!
Кейт помчалась по ступенькам. Фиона поспешила за ней, но с Айлин на руках она не могла бежать быстро. На полпути к лестнице острый слух Фионы уловил разговор медсестер, не думавших, что их услышит кто-то еще.
– …бывают моменты, сестра Агата, когда сострадание заставляет нас отойти от правил… этим детям выпал шанс в последний раз увидеть своего отца…
– Нет… нет! – всхлипнула Фиона, и эхо отозвалось из всех углов громадного вестибюля.
Передав Айлин Коллинзу, она бросилась догонять мать. К дверям палаты они подбежали одновременно. Там их ожидало страшное зрелище.
Пэдди лежал на койке у самого входа вытянутой комнаты, именуемой мужской палатой. Глаза у него были закрыты. Он что-то бормотал, наклоняя голову то влево, то вправо. Дышал он неглубоко и натужно, а мертвенно-бледное лицо блестело от пота. В тот момент, когда Кейт и Фиона подошли к койке, по лицу Пэдди пробежала судорога боли. Он скорчился, умоляя остановить боль. Фиона увидела, что на отцовских руках нет живого места. Но ее потрясло не это. У отца… исчезла правая нога.
Рядом с койкой сидел в темно-синем мундире Родди. Услышав шаги, он повернулся. Его лицо было мокрым от слез.
– Кейт… – выдохнул он.
Кейт на негнущихся ногах подошла к койке.
– Пэдди… – прошептала она. – Пэдди, ты меня слышишь?
Он открыл глаза, но не узнал жену. Пэдди скрутило новой судорогой боли. На этот раз он закричал, выгибая спину.
Не в силах слышать отцовские крики, Фиона заткнула уши.
– Помогите моему па! – стонала она. – Кто-нибудь, помогите ему!
К этому времени в палату поднялись Чарли, Шейми и Коллинз с Айлин на руках. Перепуганная малышка пронзительно орала. Шейми уткнулся головой в ноги Чарли. Вскоре к койке подошли две медсестры и врач. Пока сестры держали Пэдди, врач сделал ему в руку укол морфина. После нескольких секунд, показавшихся Фионе вечностью, боль утихла.
– Миссис Финнеган? – спросил высокий седеющий врач.
– Я…
– Должен вам сообщить… боюсь, жить вашему мужу осталось недолго. Падение раздробило ему ноги. Правую мы были вынуждены немедленно ампутировать, иначе бы он умер от потери крови. – Врач помолчал. – Ваш муж получил и другие травмы, а также у него геморрагия… внутреннее кровотечение. Мы пытаемся снимать ему боль, но новых уколов его организм не выдержит… Сочувствую вам.
Кейт закрыла лицо руками и зарыдала. Фиона подошла к койке, взяла отца за руку. От потрясения у нее кружилась голова. Разум отказывался воспринимать случившееся. Казалось, совсем недавно он уходил на дежурство и она простилась с ним до утра. А теперь он… здесь. Искалеченный. «Такого просто не может быть», – думала она, смотря на отцовскую руку, такую большую по сравнению с ее руками. Это невозможно…
– Фи…
– Слушаю, па! Чего ты хочешь?
– Воды, – с трудом ответил отец.
Фиона схватила графин со столика у соседней койки.
– Ма! Ма! – крикнула она, наливая воду в стакан.
Приподняв голову отца, она поднесла стакан к его губам.
– Пэдди… – Кейт пыталась улыбнуться сквозь слезы. – Боже мой… Пэдди…
– Кейт… – прохрипел он; чувствовалось, ему трудно говорить. – Присядь ко мне.
Остекленевшее выражение глаз исчезло. Пэдди узнал свою семью.
Кейт и Фиона приподняли его, остановившись, когда он вскрикнул от боли, и подсунули под спину подушку. Дыхание Пэдди становилось пугающе неровным. Он прикрыл глаза, ожидая, когда спадет боль в груди. Собрав остатки сил, он подозвал всех членов семьи.
Жестом Пэдди показал, чтобы ему поднесли Айлин. Коллинз передал малышку Кейт, и та осторожно положила дочку на койку. Изуродованные руки Пэдди приподняли Айлин. Он поцеловал ручку и лобик младшей дочери, после чего отдал ее Кейт. Услышав отцовский голос, обрадованный Шейми подошел к койке. Фиона схватила брата за руку и срывающимся голосом велела быть поосторожнее. Шейми нехотя попятился назад.