Эллина. Огонь моей души (СИ)

—Эля... — прогундела Варя. — Ну, тебе нравится? Я теперь красивая?
Разочаровывать ребенка не хотелось, но все же я выразила то, что думала на самом деле.
— Варвара, ты очень красивая, но без этих шариков. Ты же теперь, когда в двери входишь, вначале грудь вносишь, а потом сама заходишь. Вот и будут теперь тебя все по груди встречать, а это не всегда хорошо...
В памяти всплыл образ Лоры из соседней комнаты. Не так давно она подняла панику по поводу кривизны своих ног, это был кошмар. Все были готовы собственноручно найти и убить парня, сказавшему ей это. Первую неделю она ревела. Вторую спрашивала всех красивые ли у нее ноги? Мы все хором отвечали «ДА КРАСИВЫЕ!!!!». На третью неделю одна из воспитателей, Лилия Алексеевна, не выдержала и повела ее к специалисту. Вечером Лора пришла счастливая, ей назначили курс массажа и специальные упражнения.
Стоило только нам вздохнуть с облегчением, как появилась Варвара. Сложно описать, как мы были счастливы ее появлению. Особенно в первый день знакомства, когда она увидела воспитательницу Лилию Алексеевну, подбежала к ней и счастливо спросила: «Ой, а Ваша грудь настоящая? Можно мне потрогать? Я тоже такую хочу». Все это время ее взгляд смотрел на предмет своей мечты.
Все были в шоке.
— Ничего ты не понимаешь! — проворчала она и направилась к двери, а перед тем как выйти добавила. — Тебя Мария Андреевна искала. Она внизу в столовой.
***
Спускаясь по витой лестнице, задумалась. Не хочу покидать интернат. Он стал мне родным домом, не то, что детский приют. Даже Варвара приносила в мой скучный мир частичку радости своими выходками.
Каждый раз спустившись, я останавливалась тут. И не я одна. Все девочки интерната задерживались оценить свои скудные наряды в единственном большом зеркале. Два метра в высоту и три метра в ширину. Даже детишки, прибегающие из приюта, проходили мимо спокойно, чтобы ненароком не разбить во время игры. А по перилам скатывались намного осторожнее, по сравнению с тем, когда зеркала тут не было.
В отражении на меня смотрела невысокая, худая девушка. Прямые, длинные волосы заплетены в косы. Вредная челка, что недавно была надежно закреплена невидимками, умудрилась вылезти на глаза. Овальное лицо с чуть заостренным подбородком, было как всегда, бледным и без единого намека на румянец.
Да, я напоминала труп. Особенно если не брать во внимание рыжие волосы. Голубые глаза с серыми крапинками, в помещении казались тусклыми и безжизненными.
Я постояла еще немного, вспоминая день, когда переехала сюда, как проводила тут время. Осознавая сильнее как тут было лучше и интереснее чем в приюте. Вспоминая о смешных событиях, связанных с Лорой, Варей и многими другими.
— Эллина, ты уже собралась? — голос Марии Андреевны послышался из соседней двери. — Иди скорее, у меня сюрприз. Не знаю только, обрадует он тебя или огорчит. Надеюсь на первое!
— Да, Мария Андреевна, я собралась. Что за сюрприз? — я не люблю сюрпризы, поэтому относилась к ним с осторожностью. В приюте сюрпризы никогда не радовали. Это были порезанные и исчерченные тетради, которые можно было только выбросить. Перепачканная одежда, в которой приходилось идти на занятия, так как сменной повседневной не выдавали. И многие другие пакости, и неприятности, о которых даже думать страшно, не то, что говорить вслух.
Я зашла в столовую. Мария Андреевна сидела за ближайшим столом от раздачи. Она крутила в руках маленькую коробочку. Видимо это и был ее сюрприз.
— Эллина, девочка моя, как спалось?
— Мария Андреевна, Вы же знаете, мне каждую ночь снятся кошмары. Сегодня не исключение, — зевнув, прошла в столовую, присаживаясь рядом с воспитательницей.
— Ты ходила к психологу? — поинтересовалась эта вездесущая женщина.
— Я бываю у нее каждый день, — подперев голову ладошками, облокотилась на стол. — Стоит мне зайти, как она тяжело вздыхает и спрашивает: «За что мне такое наказание?».
Прикрыла глаза, спать хотелось неимоверно.
— Если уснешь за столом, Вики опять заплетет тебе волосы, — с улыбкой прошептала она.
 
Сон в мгновение прошел. Я сразу выпрямилась и взяла косу в руки, погладила рыжие волосы.
Вики — это страшно, в прошлый раз, когда я уснула на подоконнике, она навертела мне такое, что волосы пришлось укоротить... в мои ближайшие планы стрижка не входила.
— Ну вот. Так бы сразу. Какие планы на день?
— Парочка собеседований. Работу я еще не нашла. Все подходящие варианты либо разобрали, либо я их не устраиваю, — с грустью проговорила я. — Многие даже не интересуются профессиональными знаниями, взглянули и отказали.
— Странно, ты девушка симпатичная.
— Да ничего странного. На внешность смотрят все, только с разными целями. Вчера была в организации на соседней улице. Руководитель женщина. Даже дверь за собой закрыть не успела, она мне уже отказала.
— И чем ты ей не угодила?
— Даня там работает. Сказал, женщина не принимает девушек принципиально. За мужа беспокоится. Они вместе работают.
— Ясно, но это же не единственное место, куда ты ходила устраиваться? Не обязательно же на бухгалтера или экономиста, может и на другую должность стоит попробовать?
Я тяжело вздохнула.
— Пару дней назад я пришла по объявлению устраиваться секретарем. Директор организации мужчина. Он сразу приказал принести приказ о принятии на работу. Только уточнил, что от меня требуется выполнять все его поручения днем и ночью и обязательно носить красивое нижнее белье, короткую юбку и полупрозрачную блузу. Этот вариант меня как понимаете, не устроил.
Найти работу оказалось очень проблематично.
— Эллиночка, если не можешь найти работу, я поговорю с главным руководством. Возможно тебе разрешат остаться тут пока не найдешь работу. Жаль только без разрешения оставить тебя тут не могу, проверки эти чертовы. Комиссия может в любой день приехать без предупреждения.
— Не волнуйтесь, я найду работу. Вот только поем и пойду искать.
Я соскользнула со стула и направилась к раздаче. Каждое утро понедельника встретило нас вкусной рисовой кашей. В приюте я терпеть не могла кашу, тут же она была очень вкусной и ароматной.
— Лилия Михайловна, можно мне двойную порцию каши? Она у Вас такая вкусная, — промурлыкала я, строя миленькое личико: надула губки бантиком, приподняла бровки домиком и сделала очень грустные глаза.
— Эллина, прекращай... Ты мне уже четыре года каждое утро понедельника глазки строишь. Бери свою кашу.
Схватив тарелку, вернулась за стол.
— Эллина, мне надо с тобой поговорить без посторонних глаз и ушей. Зайди в мой кабинет сегодня вечером, — тихо прошептала воспитательница.
— А о чем поговорить? — так же тихо поинтересовалась я.
— Я же сказала. Без лишних глаз и ушей, — прошептала она.
Я тяжело вздохнула. Любопытство скребло как кошка, не давая сосредоточится. Прямо сейчас бы побежала в ее кабинет, но через тридцать минут очередное собеседование. Потом еще одно, и еще одно...
— Часиков в семь вечера могу заглянуть. У меня сегодня несколько собеседований и все в разных частях города.
— Хорошо буду ждать тебя у себя вечером, — тихо проговорила она. И добавила уже громче, не мне. — Ребята вы уже покушали?
Дождавшись редких кивков продолжила.
— Вы помните, что у старшей группы выпускной в конце недели? От вас требуется помощь, — она широко улыбнулась, в глазах загорелся огонек предвкушения не суливший ничего хорошего. Головы воспитанников сразу вжались в плечи, ожидая расправы.
— Объявляю операцию «Желтые одуванчики», — глаза ребят в этот момент можно было сравнить с чайными блюдцами. — Берете перчатки, мусорные пакеты и идете убирать все одуванчики с территории. Только траву сильно не топчите, нам нужен красивый газон.
— Но... — возразил кто—то из толпы.
— Никаких «Но...» Взяли инвентарь и за работу.
Меня от участи выдирать одуванчики спасло собеседование. Быстро выпив чай, отправилась искать работу.