Разлучница между нами (СИ)

  
Разлучница между нами
 
Оксана Барских
   
Глава 1
 
– Мам, а где папа? Он обещал нас с Тоней на плечах покатать.
Дочка тянет меня за рукав, и я наклоняюсь, поправляя бантик на ее голове.
– Да, мы со Светой уже в нетерпении, – произносит следом стоящая рядом племянница мужа, ровесница дочери и ее закадычная подружка Антонина.
Сегодня у Светы седьмой день рождения, и в честь того, что она идет в первый класс, мы с Антоном решаем сделать ей большой праздник и созываем всех родственников и друзей. Так что вокруг такой шум и гвалт, что я не сразу понимаю, что они ищут мужа, а затем оглядываюсь по сторонам.
– Где-то тут, ласточка.
Сколько бы я ни искала Антона взглядом, ни среди столпившихся у шоколадного фонтана, ни среди сидящих за столом гостей мужа не вижу. Как и Фаины, вдовы его младшего брата.
Сердце неожиданно колет беспокойством, но я отгоняю крамольные мысли подальше.
С тех пор, как полгода назад Игорь умер, Фаина не в себе, и Антон помогает семье брата, стараясь поддержать их как финансово, так и физически. Если починить что надо или отвезти Тоню в бассейн и на кружки.
Я проверяю весь первый этаж и только хочу подняться на второй, как меня вдруг окликают.
– Дина! Иди к нам! – кричит мой старший брат Иннокентий и машет рукой в нетерпении.
Я задумчиво смотрю на второй этаж и убираю ногу с нижней ступеньки. Если Кеша что-то хочет, то не отстанет. Его жена Маша понимающе улыбается, глядя на мое страдальческое выражение лица, пока я иду обратно к столу.
В этот момент дочка с Тоней пробегают мимо меня в сторону мансарды. На заднем дворе около бассейна начинается представление прибывших аниматоров. Я радуюсь, что они отвлекаются и уже не ищут Антона, так что к гостям подхожу, успокоившись.
– Нам Антон тут все уши прожужжал про вашу новую сигнализацию и камеры, но он что-то куда-то запропастился, так и не похваставшись, так что ты нам пока покажи всё.
– Кеша весь горит и никак не может дождаться. Ты же знаешь, у него это профессиональное, – говорит Маша, пока мужчины вокруг затевают спор насчет охранных компаний в городе.
Женщинам всё это не очень интересно, и они рассматривают что-то на телефоне у моей свекрови.
– Бывших прокуроров не бывает, даже на пенсии, – в очередной раз произносит Кеша, и мы с Машей едва не закатываем глаза.
– Да я не особо в этом разбираюсь, Кеш, – отвечаю я и пожимаю плечами. – Ты ведь помнишь, у нас неделю назад соседей ограбили, вот Антон и настоял, чтобы мы установили в доме камеры. Я знаю лишь, что их можно дистанционно просматривать. Пусть лучше Тим всё вам покажет.
Я подзываю старшего сына, которому недавно исполнилось двадцать, и прошу его включить камеры видеонаблюдения на ноутбуке.
– Давайте я на проектор выведу, чтобы все могли посмотреть. Дядь Кеш, это просто бомба, разрешение видео на…
Тим перечисляет технические характеристики, которые, кажется, понимает один лишь Кеша, а мы с Машей садимся и смотрим на экран проектора в ожидании картинки.
Сначала показывается гостиная, где сидим мы, затем бассейн, около которого резвятся детки помладше, а в воде плавают подростки. Среди них я настолько отчетливо вижу старшую дочь Адель, что замечаю и розовых фламинго на ее ярко-желтом купальнике.
Глядя на сегодняшний праздник, я улыбаюсь, чувствуя, как грудную клетку распирает от счастья.
Мы с Антоном женаты уже двадцать лет, и с каждым годом наш брак становится лишь крепче. Трое прекрасных детей – старшие двадцатилетние близнецы Тимофей и Аделаида и младшая семилетняя Света, доставшаяся нам тяжелее всего.
– Да-да, Антон! Мне так хорошо! – неожиданно звучит голос Фаины.
Я непонимающе смотрю по сторонам, а затем Маша трогает меня за руку и взглядом показывает на экран проектора. Я поднимаю взгляд и холодею, не в силах сделать глоток воздуха.
Вокруг воцаряется полная тишина. Все прекращают свои разговоры на полуслове и оборачиваются в сторону проектора.
  
Первым делом камеру установили в кабинете Антона, где хранятся важные документы и вся наличка, а уже потом во всех остальных комнатах, кроме ванной и сауны. Так что сейчас все, включая меня и гостей, наблюдают за тем, как мой верный муж Антон, примерный семьянин и отец троих детей, раскладывает на своем кожаном черном диване Фаину. Вдову его младшего брата.
Мне бы отвернуться и зажмуриться, но я словно мазохистка продолжаю смотреть за его рваными движениями и гримасой удовольствия на его лице, когда он запрокидывает голову в преддверии удовольствия. Мне слишком хорошо знакома эта картина.
– Снимай на телефон, – слышу я чей-то шепот, и он приводит меня в чувство.
Я с паникой смотрю на сына, который судорожно клацает по клавишам ноутбука, и он поднимает на меня глаза, чувствуя мой взгляд.
– Зависло, – громко шепчет он, но в этот момент окно экрана сворачивается, и эта вакханалия прекращается.
Все молчат.
Никто не решается нарушить тишину первым.
Все смотрят на меня, ожидая мою реакцию.
– Маш, дети у бассейна? – шепчу я, продолжая смотреть вперед. Не двигаюсь, так как конечности, казалось, сковывает кандалами.
– Да, все дети там. Только Тим здесь.
Не знаю, сколько проходит времени, по ощущениям целый час, но вскоре раздается скрип. Кто-то спускается вниз по лестнице. Я уже месяц твержу Антону, что нужно вызвать мастера, чтобы починил ступеньки, так как этот скрип пугает дочку по ночам, но он всё отмахивается, а сейчас я этому даже рада. Уже знаю, кого сейчас увижу.
Все молча смотрят на приближение Антона и Фаины.
Я смотрю на запыхавшегося взбудораженного мужа и на невестку, у которой неправильно застегнуты пуговицы на блузке. Если бы не видео, я бы не обратила на эти детали внимания, а сейчас цепляюсь взглядом за каждый штрих и едва не впадаю в истерику. Единственное, что меня сдерживает – гости.
Антон подходит ко мне и целует меня в губы, а меня будто током ударяет.
Ведь этими губами он буквально пять минут назад целовал чужое тело. Тело жены его погибшего брата.
– Почему такая тишина, народ? Сегодня ведь праздник. Тим, включи музыку! – обращается Антон к сыну, светясь от прекрасного настроения, но никто в зале не двигается и ничего не говорит.
Я дергаюсь и делаю шаг назад, отстраняясь от мужа. От него пахнет духами Фаины, от которых у меня кружится голова.
Антон хмурится и начинает смотреть по сторонам, осознавая, что такая гробовая тишина неспроста. Он открывает рот, явно собираясь спросить, в чем дело, но в этот момент звучит клацанье кнопок клавиатуры, а на экран выводится видео и звучит неприятно высокий голос Фаины.
– Да-да, Антон! Мне так хорошо!
  
Глава 2
 
Сын ставит запись повторно специально. Вижу это по его поджатым губам и упрямому выражению лица.
Возникает вдруг мысль, а не знал ли он это еще в первый раз, когда якобы случайно включил запись впервые?
В этот раз я мучаю себя специально, вглядываясь в удовлетворенное лицо Антона, которое до боли мне знакомо. Если раньше это вызывало во мне гордость и довольство, то сейчас – лишь муку и страдания.
– Выключи! – рычит Антон на Тимофея, а я умоляюще смотрю на сына, видя, что подчиняться приказам отца он не собирается.
Благо, что мой взгляд, полный растерянности, на него действует, и вскоре в зале снова воцаряется мертвая тишина.
Первым делом я почему-то замечаю, как меняется выражение лица Фаины.
Она бледнеет, открывает рот и хватает им воздух, отчего раздается сипение. Ее рука взмывает вверх, и она кладет ее на тонкую лебединую шею – предмет зависти всех женщин.
Тонкие пальцы, на которые нанизано несколько золотых колец, дрожат, а я вдруг впиваюсь взглядом в браслет с рубинами. Тот самый, который я случайно нашла в кабинете Антона два дня назад.
Свекровь намекнула, что он хочет подарить его своей любимой женщине в день рождения дочери.