Хождение Джоэниса. Оптимальный вариант

– Войдите!
Рогатая женщина сидит верхом на волке-оборотне. В одной руке у женщины серп, в другой – плод граната. Женщина принимает ваше пальто.
Мужчина с головой шакала, обнаженный, на ногах крылатые сандалии. В одной руке он держит свиток папируса, в другой – бронзовый диск. Мужчина произносит:
– Немедленно займите место в первых трех рядах.
Ну и сколько напоминаний вам еще требуется?
    
59
 
Картинка-загадка: посреди сельского пейзажа скрывается бог. Первый, кто отыщет его, совершенно бесплатно получит сатори. Второй приз – отдых в Гроссингере.
  
60
 
– И сколько еще будут продолжаться галлюцинации? – спросил Мишкин.
– Какие галлюцинации?
  
61
 
В двенадцать лет Мишкин так сильно возлюбил бога, что нарушил данный самому себе брачный обет.
Сегодня Мишкин снова изменил себе. Он предпочел привязанность шикарных спортивных автомобилей и замшевых курток пылкой, постоянной и безграничной любви Мишкина.
– Ваша проблема, – сказал психоаналитик, – заключается в том, что вы не способны любить себя.
– Но я люблю себя! – воскликнул Мишкин. – Правда люблю!
– И вы думаете, я этому поверю? – спросил психоаналитик. – Я вижу, вы начитались Сартра, Камю, Монтеня, Платона, Торо – вот откуда вы почерпнули представления о любви. И когда вы прекратите держаться за этот нелепый бесплодный подход?
– Я люблю себя! – разрыдался Мишкин. – Я действительно себя люблю!
– Вы продолжаете курить, – заметил психоаналитик. – Продолжаете вести вялый, пассивный, беспорядочный образ жизни. Так-то вы обращаетесь с человеком, которого якобы любите?
  
62
 
В лесной чаще Мишкину встретился апостроф. Он потерялся и теперь сидел и тихо плакал. Мишкин взял апострофа на руки и погладил его мягкую шкурку. Апостроф вцепился своими острыми коготками в плечо Мишкина. Мишкин не обращал внимания на боль и продолжал курить сигарету.
Они забрали и прокомпостировали его билет. Сперва он испытал облегчение, но потом ощутил скуку и беспокойство. Впрочем, как только ему выдали новый билет, он успокоился.
Следы уводили в лес. Мишкин пошел по следу. Он был хорошо вооружен и готов к встрече со сказочным животным. Наконец Мишкин заметил впереди какое-то шевеление и поспешно выстрелил. Он слишком поздно понял, что застрелил одну из своих аватар. Аватара скончалась. Мишкин испытал ощущение потери, которое, как и следовало ожидать, сменилось облегчением.
  
63. Печали человека с тысячей лиц
 
Человек с тысячей лиц сидел в своем временном офисе и рассматривал проблему Мишкина и запчастей. Почему-то они никак не могли встретиться друг с другом. Требуемое совмещение двух объектов в пространстве никак не происходило. Ни один поток не тек к заветной цели.
Из-за трудностей данного дела Человек с тысячей лиц оказался вынужден выдумать себя – бога из машины, – и теперь что-то косноязычно лепетал в ожидании аудиенции и пытался объяснить то, что до сих пор оставалось необъяснимым даже для него самого.
Сконструировав себя, Человек с тысячей лиц оказался связан сам с собой. Должен ли он объяснить и себя тоже? Он быстро отказался от этой мысли. Единственно, что он должен объяснить, это как Мишкину встретиться с запасным узлом к двигателю. Но и правда, как им встретиться? Действительно ли это произойдет?
– Так они встретили свой безвременный конец – Мишкин, космический шут, и узел двигателя, и в том заключалась жестокая и парадоксальная суть его шутки. Они умерли, и в тот же миг Земля упала на Солнце, Солнце взорвалось, и вся Галактика провалилась в черную прореху в ткани пространства-времени, тем самым уничтожив трагикомедию человеческого бытия, а с ним все драмы и все бытие.
Это все, конечно, замечательно, но этого просто не может быть. Мишкин и его запасной узел для двигателя должны встретиться, исходная проблема должна быть решена, все обещания должны быть выполнены, а предпосылки – получить развитие. Только после этого все может взрываться к чертям, но никак не раньше.
Итак, начнем по новой. Перед Человеком с тысячей лиц по-прежнему стояла неприятная обязанность выполнить работу, для которой он себя создал.
Он думал. Ничто не нарушало его гибельного одиночества. В сознании у него мелькали шальные понятия: «Любой наркотик, который классно тебя протащит, хорош», «Депрессия неизбежна», «Сопутствующие обстоятельства», «Париж».
Человеку с тысячей лиц пришлось сделать над собой усилие и вернуться к мыслям о запасном узле. Где эта долбаная запчасть валяется теперь? Вероятно, на Земле, на каком-то пыльном складе, ждет, пока сюжет распутается на радость начинающим психовать читателям.
– Но кому нужен читатель-псих? – прорычал Человек. Тем не менее так оно и было: Он должен был выполнить договорные обязательства перед самим собой и создать балет для кататоников [8].
Человек попытался взять себя в руки.
– Я потерял рассудок. Наиболее реальны несуществующие проблемы. Это не то, что мы думали.
До чего же верная мысль! Люди, живущие в зеркалах, не должны швыряться словами.
Дано: Человек с тысячей лиц подобрал фигуральную логарифмическую линейку и подходящую грамофонную иголку. Имеем: запасной узел превратился в орлиное сердце, в застывшее движение, в текущую воду, в лед. Еще имеем: зарытое сокровище, хрустальный кубок, токарный станок, смех, летучую мышь, недоношенного детеныша, коробку передач.
Это уже кое-что!
Двигаясь более уверенно, Человек с тысячей лиц заложил все имеющиеся данные в миксер и установил его на третью скорость. Затем нажал на кнопку «Результат». Выпал чистокровный скакун, оседлавший полярного медведя. Что за чушь! Хотя погодите минутку – «полярный медведь» – да, сработало: «Полярные медведи выигрывают скачки!»
А теперь прогоним полученный результат через конструктор-тренажер.
  
64. Суть реальности возвращается
 
Этим утром Джонни Аллегро был не в духе. Он водрузил на свои глянцевитые черные волосы котелок и тщательно расправил манжеты мохеровой рубашки шоколадного цвета. Теперь Джонни готов был приступить к делам.
Зазвонил телефон. Джонни поднял трубку.
– Аллегро слушает.
– Джонни? Это Гарри ван Орлен.
Перед мысленным взором Джонни возник толстобрюхий, вялый бандит, вечно небритый и с грязными ногтями.
– Ну и чего надо? – огрызнулся Аллегро. Он терпеть не мог придурков, но работа требовала общаться с ними по восемнадцать часов в сутки.
– Дело есть, Джонни. Помнишь работенку, которую мы выполняли на Южной Мейн-стрит?
– Ну, помню! – рявкнул Джонни, узнав в этом завуалированном высказывании недавнее ограбление складов компании «Вел-Райт» на Варик-стрит.
– Ну вот, мы нашли покупателей на весь инвентарь, кроме одной жестянки. Она так на нас и висит.
– Что за товар? – спросил Джонни.
– Какая-то фигня. На ярлыке написано «Узел Л-1223А для космического двигателя». Ее должны были переслать какому-то типу по имени Мишкин в какую-то дыру под названием Гармония.
– Ну так продайте его.
– Его никто не хочет брать.
– Тогда выкиньте к чертям собачьим! – Джонни швырнул трубку и нахмурился. Он терпеть не мог, когда всякие «шестерки» надоедали ему вопросами, которые любая обезьяна расщелкала бы, как орешки. Но непрошеной инициативы подчиненных Аллегро не любил еще больше.
Потом его посетила идея: а почему бы не переслать этот дурацкий узел тому типу – как там его? Мишкин, что ли? На этом можно заработать репутацию эксцентричного филантропа. Еще несколько подобных же добрых дел – и можно выставлять свою кандидатуру на выборах.
  
Эта идея натолкнула Джонни на странную мысль насчет noblesse oblige [9]. Он потянулся к телефону.