Десятка (сборник)
– Вы как, не желаете?
* * *– …Значится, двенадцатого ноября был обнаружен труп Лейкиной Н. А., – бубнил майор, подглядывая в мятые листки бумаги. – Одна тысяча девятьсот восьмидесятого года рождения… Прописанной в селе Желторотово Сухановского района… С множественными колото-резаными ранами… Смерть наступила от потери крови и повреждения жизненно важных органов… На месте убийства обнаружены следы ног трех человек…
– А подозреваемые имеются? – Аня посмотрела на майора. – Версии? Здесь же очевидна связь с остальными убийствами, про которые вы говорили…
– Ну, я сказал уже, значится… Ждем подкрепления с области. Своими силами расследовать не представляется возможным… Нет, работа, конечно, ведется… Это самое, можно на минутку тормознуть?
Аня кивнула Роману, он нажал на «стоп». Майор нагнулся, взял с пола стакан и бутылку, налил себе, выпил.
– Короче, знаете что? – Он в упор поглядел на Аню. – Уезжайте-ка вы отсюда… У нас некомплект личного состава… И вообще, городок у нас, значится, не особо… Здесь поблизости исправительно-трудовая колония была – до девяносто девятого года. Расформировали… Но кое-кто освободился – и у нас осел. Семьями обзавелись… Встали, значится, на путь исправления. Но все равно, есть отдельные…
* * *Машина остановилась на светофоре у барака с вывеской «продмаг». На крыльце магазина сидели два мужика в телогрейках. Один был в расклешенных грязных джинсах, второй – в бейсбольной кепке “Los Angeles Lakers”. Заметив, что на него смотрят, мужик в кепке улыбнулся. Спереди у него не хватало зубов. Он потянулся к двухлитровой «бомбе» пива.
– Вот тебе еще «маньяки». – Роман кивнул Ане. – Может, снять их?
– Если потом, на обратном пути. Сейчас – на места преступлений, пока не стемнело…
Загорелся зеленый. Машина тронулась.
– Как люди могут так жить? – задумчиво произнесла Оля.
* * *Съемочная группа выгружалась из машины у двухэтажного здания с табличкой «ГУП гостиница «Турист». В гостинице светились только два окна – в холле на первом этаже.
– Ну что, гульнем? – спросил Роман у Ани. – Должно же быть здесь что-то…
– Будет видно. Сначала надо отдохнуть. И так был день тяжелый…
* * *Оля включила свет в номере, обставленном мебелью семидесятых годов. Она сняла куртку, повесила на крюк, бросила сумку на кровать, подошла к окну. Одинокий фонарь освещал памятник Ленину у двухэтажного здания с флагом на крыше.
Послышалось приглушенное бормотание. Оля вздрогнула, обернулась. Заметила на стене старый радиоприемник «Сож», подошла, выдернула вилку из розетки. Стало тихо. Оля зашла в ванную. Из крана в раковину с ржавым пятном беззвучно капала вода.
Что-то загрохотало. Непонятно, где: в ее номере или за стеной. Оля отшатнулась от раковины, схватилась за шторку над ванной. Шторка оборвалась. Оля оперлась рукой о стену. Подняла глаза, глянула в зеркало, замерла. На пороге ванной стояло красномордое существо в брезентовом дождевике и шапке-«петушке» с вышивкой «adibas». Существо улыбнулось беззубым ртом. Оля ринулась на него, оттолкнула. Выбежала из номера, на ходу закричав:
– Помоги-и-ите!
В коридоре, прислонившись к стене, стояли два мужика в телогрейках – один с пилой под мышкой и тесаком в руке, второй – с топором и цепью. Оба вместе с красномордым ринулись за Олей.
* * *– Ты точно не будешь? – спросил Игорь Романа, поджигая «беломорину», набитую «травой».
– Точно. Херня это все. Водка, пиво там – я понимаю. А дурманить себя всяким говном…
– Легкие наркотики лучше, чем водка, в сто раз. От лег…
– Помоги-и-ите! – послышался крик в коридоре.
– Это наши… – Роман поглядел на дверь. – Олька или Анька!
– Чего?
– Ничего! Вставай! – Роман подскочил к двери, выглянул в коридор.
Игорь, на ходу делая затяжку, поспешил за ним.
* * *Оля прижалась к забитой двери в конце коридора, освещенного лишь тусклой лампочкой под потолком. Троица наступала на нее, скаля беззубые рты. У мужика с пилой не было левого глаза, лишь черная впадина. Красномордый сильно припадал на правую ногу – ее коленный сустав был вывернут задом наперед. У того, который держал топор, была длинная черная борода – почти до колена. Оля, оттолкнувшись руками от двери, вспрыгнула на подоконник. Бородатый занес топор. Зазвенели осколки стекла, выбитого Олиными кулаками. Топор обрушился ей на голову. С жутким воплем Оля вылетела наружу. Уроды, отталкивая друг друга, столпились у окна. Тело Оли висело на телеантенне на крыше пристройки к гостинице. По оконной раме медленно стекала тоненькая струйка крови.
– Ну-ка, сюда, суки! – заорал появившийся в конце коридора Роман. За ним бежал Игорь.
Уроды повернулись и, осклабившись, смотрели на парней. Игорь сделал затяжку, бросил косяк, развернулся и побежал. Роман лихорадочно оглядывался по сторонам в поисках «оружия». Ничего. Обшарпанные стены и двери номеров. Он сделал шаг навстречу врагам и тут же был сбит с ног взмахом цепи. В следующее мгновенье бородатый одним движением топора отсек Роману правую руку. Двое других перевернули его на живот и, взявшись за ручки пилы, стали распиливать поперек на уровне пояса.
* * *Аня лежала на кровати с закрытыми глазами, слушая свой «айпод». Из наушников доносились «металлические» звуки. Громко застучали в дверь, несколько раз дернули ручку. Аня не шевелилась.
* * *Игорь сбежал по лестнице в полутемный холл. Консьержки не было. Он подскочил к ее столу, схватил телефонную трубку. Никакого сигнала. Игорь потоптался на месте, снова взял трубку, бросил.
– Э-э-эй! Есть здесь кто-нибудь? Э-э-эй!
Он глянул на лестницу и застыл. По ней спускались уроды. Игорь бросился к двери, открыл, увернулся от цепи, побежал через площадь. Цепь догнала его у памятника Ленину. Игорь, споткнувшись, головой вперед ударился в постамент.
* * *Аня нажала кнопку «стоп» на «айподе», вытащила из ушей наушники. В номере было тихо. Она взяла со стола телефон, набрала Романа. Гудок, второй, третий. Четвертый, пятый, шестой. Попробовала Олю и Игоря – то же самое. Аня сунула ноги в кроссовки, вышла из номера, заглянула в соседний. В углу стояла камера в чехле, чемодан со «светом». К стене был прислонен штатив. На столе лежали мобильники. Аня прошла по коридору, открыла еще одну дверь. На кровати лежала Олина сумка. Аня вышла из номера, прошла по коридору, повернула. Вскрикнула. Схватилась за стену, едва не поскользнувшись в луже крови. В центре тускло освещенного коридора, на полу лежало тело Романа, распиленное пополам, по бокам – отрубленные руки. Аня повернулась, бросилась бежать, на ходу доставая мобильник и набирая «02». Гудок, второй, третий, четвертый… Она сбежала по лестнице. В холле не было никого. Аня подошла к столу консьержки, услышала за спиной дебильный смех. Обернулась. С улицы зашли уроды. Аня побежала к двери в углу холла, дернула за ручку. Дверь открылась, она бросилась в нее. Полная тьма. Жуткий смех сзади. Спотыкаясь о лопаты и метлы, Аня бежала вперед, пока не ударилась лбом во что-то. Дверь. Начала ощупывать ее. Задвижка. Подалась. Аня выскочила на улицу, на ходу вытерла струйку крови из разбитого лба. Побежала вдоль стены гостиницы. Сзади послышались шаги, снова смех. Где-то далеко загавкала собака. Обогнув гостиницу, Аня побежала через площадь. На памятнике Ленину висел труп Игоря без головы. Направленная вдаль чугунная рука вождя насквозь протыкала его живот. Голова лежала тут же, у постамента.
В конце переулка мелькнул свет. Аня бросилась туда.
– Спаси-и-и-те! Кто нибу-у-удь!
Сзади по-прежнему слышны были шаги. Смех казался еще громче. Впереди послышался шум машины. Из переулка выехал ГАЗ-бензовоз. Аня замахала руками. «Газон» затормозил. Аня бросилась к кабине, распахнула дверь, залезла внутрь.