На свою голову
В общей гостиной было на удивление шумно, все обсуждали последние новости. А новости были и в самом деле занятными. Оказывается, пока Гарри предавался печали и удивлялся очевидному, директорский схрон на третьем этаже успел навестить не только Люциус Малфой.
Кто-то рассказывал, как встретил на пути группу авроров — человек десять, не меньше. Кто-то делился впечатлениями от забавного зрелища — Дамблдор практически скакал козлом вокруг трёх очень мрачных мужиков в тёмно-синих мантиях и едва ли не жевал свою бороду, безуспешно пытаясь убедить их в чём-то. Тёмно-синие мантии, по уверениям нескольких учащихся, носили сотрудники Комиссии по контролю за особо опасными существами. Отчасти их слова подтверждались тем, что двое пятикурсников готовы были поклясться магией, что, стоя на лестнице, видели три огромные собачьи головы надёжно прикреплённые к одному телу. Были и те, кто увлечённо обсуждал негодование всегда добродушной профессора Стебль, громко возмущавшейся конфискацией огромного количества дьявольских силков, три месяца заботливо выращиваемых ею по приказу директора.
На фоне таких новостей никого особенно не заинтересовал истерящий, в дымину пьяный лесник, которого всеми силами пытался не пустить в замок профессор Кеттлберн. И уж конечно, никто не обратил внимание на интерес малолеток к урокам трансфигурации. Ответили на вопросы мелких приставал и тут же позабыли об их существовании. Вот содержание в школе цербера — это действительно событие!
Гарри с друзьями лезть в обсуждения не стали и, довольно улыбаясь, вернулись к себе. Всё, что хотели они выяснили и теперь были уверены — завтра скучно точно не будет!
* * *На урок трансфигурации слизеринцы шли с предвкушением. Правда раньше, чем начать капать на нервы МакГонагалл, Поттеру пришлось столкнуться с одним рыжим недоразумением.
Долговязый мальчишка, тот, который щеголял на перроне грязным носом, почти у самого кабинета преградил дорогу чуть отставшему от остальных Гарри. Поттер удивлённо поднял голову и нехорошо прищурился, узнав ещё одного из Уизли. С братцами-близнецами ему довелось познакомиться накануне, и их навязчивость его совершенно не порадовала, что он и донёс до их ушей в самых нелестых и доходчивых выражениях. Теперь же состоялось знакомство и с младшим представителем семейства…
Ткнув Гарри грязным пальцем в грудь, тот вдруг громко заявил:
— Ты должен был стать моим другом, но мне такие друзья не нужны!
— Кому должен?
— Всем! Мне! — Рыжий даже фыркнул от возмущения, что Поттер таких простых вещей не понимает.
— И когда же это я тебе задолжать успел?
— Ты… — Уизли, кажется, слегка растерялся, — ты просто обязан был. Мне мама говорила… А я не желаю иметь с тобой дела! Ты не настоящий гриффиндорец!
— Разумеется, я не гриффиндорец. Я — слизеринец, придурок. А с такими, как ты и твои братцы, я общаться не буду, даже если мне за это согласятся приплачивать.
Неприятно усмехнувшись, Гарри обошёл Уизли, но тот, похоже, не считал разговор оконченным и со всей силы рванул несостоявшегося друга за ворот мантии. Слизеринцы тут же выхватили палочки, гриффиндорцы последовали их примеру. К счастью, раньше, чем началась потасовка дверь в класс распахнулась.
— Что здесь происходит? — МакГонагалл окинула учеников недовольным взглядом.
— Этот рыжий начал цепляться к Поттеру, — в два голоса внесли ясность Нотт и Забини.
— Я не цеплялся, он меня идиотом назвал!
— После того, как ты заявил…
— Все в класс! — раздражённо рявкнула МакГонагалл, и желание выяснять отношения у спорщиков тут же пропало.
Все поспешно расселись по местам. Профессор обвела учеников строгим взглядом, ненадолго задержавшись на Гарри, и тот почувствовал плохо скрытую неприязнь.
Вкратце рассказав о трансфигурации, женщина для наглядности взмахнула палочкой, превратив парту в свинью. Гриффиндорская половина класса восхищённо вздохнула, а Гарри тут же поднял руку.
МакГонагалл одарила его холодным взглядом и поджала губы:
— Слушаю вас, мистер Поттер.
— Скажите, профессор, а эту свинью можно съесть?
— Нет, нельзя. При нарушении целостности, чары становятся нестабильными.
— А шкуру снять?
— Нет. Я же только что сказала о нестабильности чар.
— Простите, профессор, но если с неё нельзя снять шкуру, мясо пожарить, сало вытопить… Зачем она нужна?
— Э-э-э… — женщина приоткрыла рот и закрыла, чтобы через секунду снова открыть. — Это наглядный пример, мистер Поттер, демонстрирующий возможности трансфигурации.
— Да, мэм, я понял, что это наглядный пример. Я не понял, зачем в принципе превращать полезную вещь — парту, в бесполезное животное — ненастоящую свинью.
— Свинья настоящая! — возмутилась МакГонагалл. — Она сохраняет все функции и анатомические особенности!
— Извините, профессор, — Гарри наивно захлопал глазами, — то есть, вы хотите сказать, что она будет бегать, жра… кушать, хрюкать, гадить, но как только из её присутствия попытаешься извлечь пользу, например забить и съесть, она превратится… Во что? В сломанный стол? Это получается как фокус? Только от фокуса никакого ущерба, а тут…
— Трансфигурация — это не фокусы! Это сложная наука! — МакГонагалл рассердилась.
— Простите, профессор. Я просто всё равно не понял, какой в этом смысл? Партой можно пользоваться, ну… чтобы писать. А какая польза в животном, которое ни на что не годится?
— Да что вы заладили: «Какая польза? Какая польза?». Я же уже несколько раз повторила что, это — наглядный пример! Мистер Поттер, вы мешаете мне вести урок! Минус два балла со Слизерина.
Со стороны Гриффиндора донёсся злорадный смешок, Уизли даже не пытался скрыть довольную улыбку.
— Но ведь если бы её можно было съесть…
— Поттер, что у тебя за бзик её сожрать? Тебя что, дома не кормили? — не удержался Уизли.
— А тебя? — немедленно парировал Гарри. — Если судить по тому, как ты жрёшь, ты всю жизнь провёл в хлеву, а в хрюшке, должно быть родню признал!
Уизли сделался бордовым, вокруг захихикали. Полное неумение Рона вести себя за столом не вызывало понимания даже у гриффиндорцев.
— Мистер Поттер, мистер Уизли, прекратите немедленно! По два балла с каждого! — гневно произнесла МакГонагалл, и смешки тут же прекратились. Гарри потупился и пожал плечами, не позабыв стрельнуть хитрым взглядом в друзей, которые старательно прятали коварные ухмылки. — Итак, тема сегодняшнего урока: «Превращение спички в иголку». — Вверх тут же взметнулась рука Драко. — Слушаю вас, мистер Малфой.
— Простите профессор, а что такое спички?..
* * *Минерва МакГоналалл пребывала в бешенстве и растерянности. Когда-то очень давно, в самом начале своей преподавательской карьеры, она на первых уроках трансфигурации использовала соломинки, или тонкие веточки, или шипы терновника. И всегда находился кто-то, как правило со Слизерина, кто начинал спорить и выражать недовольство, уверяя, что его веточка-соломинка-шип: толще, длиннее или кривее, чем у остальных. И тогда Альбус подсказал ей простой и действенный выход — спички. Самые обычные маггловские спички сделанные по одному образцу, ровные и абсолютно одинаковые. И это действительно сработало. Слизеринские чистокровные снобы оказались слишком гордыми и самолюбивыми, чтобы признаваться в том, что они хоть о чём-то не имеют понятия. Даже если это «что-то» маггловские штучки. На десятки лет всё стало прекрасно, до сегодняшнего дня… Сегодня всё пошло кувырком.
Большую часть урока, всё больше раздражаясь, она доказывала слизеринским профанам, что лекции о спичках относятся к предмету Маггловедение и нет никакой разницы трансфигурируешь ты спичку или соломинку. «Профаны» твёрдо стояли на своём, уверяя, что не могут изменять предмет, свойства и назначение которых им не известны.
Выйдя из себя, Минерва сняла с каждого из спорщиков по два балла, посоветовала после урока обратиться за разъяснениями к Поттеру и превратила-таки спички в те самые соломинки, свойства которых ни у кого вопросов не вызывали. Но к её несчастью Нотт вдруг вспомнил, что повторная трансфигурация уже видоизменённого предмета усложняет задачу в разы, и значит их попытки заранее обречены на провал. Поттер же в свою очередь заявил, что его тётя всегда говорила, что: «Спички детям не игрушки!» и он тоже имеет о них достаточно смутное представление. Магглорожденная Грейнджер всё порывалась кому-то что-то доказать и объяснить, но в итоге добилась только того, что к спору подключилось ещё больше участников.