На свою голову

— Молли, заткнись! — заорал Дамблдор, выплюнув на горячие угли кусок то ли картошки, то ли моркови. — Это я, Альбус. Мне нужно срочно поговорить с твоим мужем.
Миссис Уизли всхлипнула и пригляделась, пытаясь понять, действительно ли торчащая в её камине образина является директором Хогвартса. Всклокоченные волосы, кляксы от чернил на скулах и лбу, измазанный чёрной копотью нос, выстриженная неровными клочьями борода, заляпанные бесславно погибшим рагу очки… Очки, впрочем, были узнаваемой формы. Да и крючковатый нос под ними выглядел вполне знакомым.
  
— Не могла бы ты мне протереть очки, Молли? Я тебя совершенно не вижу! — уже более дружелюбно произнесла голова директорским голосом, и женщина окончательно успокоилась.
— Да-да, Альбус! Сейчас! Что такое с вами приключилось? — протянув руку с салфеткой она взвизгнула и отдёрнула её обратно. — Ох, жжётся!
Дамблдор в ответ раздражённо фыркнул и тут же пожалел об этом. Горячий пепел попал в нос, от чего он чихнул и всё стало ещё хуже. Проклиная каминную сеть, позволяющую засунуть в чужой камин только голову, директор стоически терпел и забрызгавшее лицо рагу, и налипший, на покрывшуюся испариной кожу, пепел.
— Да скорей же, Молли! Пошевеливайся!
— Сейчас-сейчас! Акцио очки Альбуса Дамблдора!
Приведя очки в порядок, женщина протянула их владельцу и расстроенно охнула, осознав, насколько нелепа её попытка.
— У меня не получится их взять, — укорил директор. — Ты же знаешь, что руки протащить в камин невозможно.
— Да-да, конечно. Но и одеть их на вас я не могу. Пламя слишком горячее. Попробую левитировать.
После того, как очки несколько раз попали Дамблдору совершенно не туда, от чар левитации пришлось отказаться.
— О! Я придумала! — Молли выхватила откуда-то из угла каминные щипцы и, ловко зажав очки, пихнула их в камин.
Вблизи щипцы выглядели настолько устрашающе, что Дамблдор инстинктивно отпрянул. Очки, так и не достигнув цели, свалились в пылающие дрова. Направляемые рукой хозяйки щипцы ринулись следом.
— Молли, что ты делаешь?! Ты мне так челюсть сломаешь!
— Но, Альбус, если бы вы не дёрнулись, всё бы получилось! Я их почти ухватила!
Щипцы угрожающе клацнули и перевернули весело полыхающее полено, отчего оно выстрелило снопом искр, развалилось надвое и разгорелось ещё веселее. Дамблдор втянул голову, как черепаха, и поспешил отодвинуться подальше.
— Молли!..
— Они завалились между поленьев. Кажется, я их подцепила. Вам нужно ещё подвинуться…
— Мне некуда двигаться! И убери уже эту кошмарную железку от моего лица! Всё, что от тебя требовалось, это позвать мужа, чтобы я мог с ним поговорить, а ты размахиваешь у меня…
— Но, Альбус, Артура нет дома. Он на службе.
От огорчения, что не может исполнить просьбу, женщина выпустила щипцы из рук, они рухнули в камин и оттуда взметнулся ещё один сноп искр, а следом донёсся тихий печальный звон стекла.
Зло выругавшись, Дамблдор рванул прочь из чужого камина, с трудом расслышав летящий вдогонку лепет: «Альбус, я обязательно их достану. Артур передаст…»  [17]
Едва вынырнув из камина, Дамблдор понёсся в ванную, бормоча на ходу:
— Вот же мордредова дура! За каким дементором эта курица со своими щипцами полезла? Акцио что ли применять разучилась?! И что Артура дома нет, не могла сразу сказать?!
Заглянув в тихо пискнувшее зеркало, директор выругался, отражавшаяся там рожа, почтения не внушала. Хочешь-не хочешь требовалось срочно привести себя в порядок. Сбросив на пол обрывки одежды, он полез в ванну.
Энергично намыливаясь, Альбус составлял план дальнейших действий, старательно отгоняя мысли об оставшихся у Уизли очках. Прежде всего, нужно вернуть себе подобающий вид и вызволить колокольчики из странной маггловской ловушки, почему-то казалось, что чем дольше они там находятся, тем сложнее будет вернуть их в целости и сохранности.
Домывшись, Альбус принялся яростно тереться полотенцем, после чего снова оглядел себя в зеркало и сердито фыркнул. Пятна от чернил смылись с кожи подчистую, а вот маленькие ожоги, оставленные искрами, никуда не делись. Тщательно расчёсанные остатки бороды не вызывали ничего, кроме отчаяния. Следовало принимать меры.
— Кики! — Домовик явился на зов незамедлительно. — Принеси мне зелья от ожогов, ссадин и для ращения волос. Возьми у Поппи. — Раньше чем эльф исчез, он уже надиктовывал патронусу послание для Артура Уизли.
Через пару минут вокруг него запрыгал серебряный горностай.
— Горностай у нищеброда. Тоже мне, король в изгнании, — поморщился старик, как всегда подивившись абсолютному несоответствию выбранного Магией образа.
Поразмыслив, Альбус решил согласиться на предложение Артура Уизли решить проблему в Норе. Идея, определённо, имела смысл. В сарае Артура чего только не хранилось и наверняка нашлось бы что-то подходящее. До встречи оставалось ещё не менее двух часов. Бережно завернув колокольчики в обрывок мантии, Альбус принял зелье и всё же предался унынию. Прежде, чем покинуть камин Уизли, он определённо услышал звон разбитого стекла и это неимоверно злило. Альбуса всегда злило, когда его артефакты подвергались порче. А ведь зачарованное стекло теперь придётся менять…
* * *
В сарае Артура Уизли царил бардак. Ветошь. Пыль. Ржавые куски металла странной конфигурации и непонятного назначения лежали вперемешку с яркими изображениями загадочных предметов, вырезанными из толстого картона. Инструменты: блестящие новеньким металлом; потускневшие от времени и грязи; погнутые, тоскливо скалящиеся сточенными зубьями и обломанными рукоятками — всё валялось где попало и как придётся, наводя на мысли, что эти сомнительные сокровища никто даже не пытался рассортировать по качеству или назначению. Дополняли образ производственной свалки торчащие отовсюду клочки промасленной бумаги и грязные тряпки. В воздухе витал резкий запах чего-то страшно неприятного.
Брезгливо морщась, Альбус подобрал полы мантии, чтобы не запачкаться, и шагнул в это царство разрухи. Артур, не замечая недовольства своего гостя, увлечённо рылся на заставленных всякой всячиной стеллажах.
— Вот. Ацефон! Самая подходящая для этого дела вещь! — Уизли бережно достал с полки большую бутыль без малейших признаков этикетки или других опознавательных знаков, наполненную бесцветной жидкостью. — Сейчас-сейчас, только перелить во что-то нужно… Ага, вот оно! — На грубо сколоченный, явно не раз облитый какой-то мерзостью столик, водрузился старый помятый котелок, неизвестно когда и зачем добавленный к залежам прочего барахла. — Давайте сюда вашу… э-м-м, штуку.
Дамблдор подозрительно покосился на похожий на воду раствор и, признавая, что выбора всё равно нет, неохотно протянул свёрток с колокольчиками.
— Не помещается, — Артур со вздохом отставил котелок в сторону. — Нужно что-то пошире. Вот сковорода подошла бы… — покосившись в сторону дома, Уизли передёрнул плечами и виновато улыбнулся сообщнику. — Молли не позволяет трогать посуду. Может быть вы…
Директор кивнул и, взмахнув палочкой, превратил котелок в объёмную сковороду. Кусок обгоревшей пакости улёгся в неё идеально.
— Сейчас зальём… — Артур откупорил бутыль и наполнил емкость до краёв.
— Это точно поможет? — Альбус настороженно принюхался к резкому неприятному запаху, от которого тут же засвербило в носу.
— Конечно! Только её на огонь поставить нужно. У меня тут горелка есть, не беспокойтесь.
— Ты уверен, что это необходимо?
— Совершенно, совершенно необходимо. Я этот ацефон в сарае одного пострадавшего от зачарованной вещи маггла из большой… м-м-м… бадьи отлил. — Альбус недовольно поморщился на избыток ненужной информации, но решил не перебивать. — Так вот на ней, на бадье то есть, знак специальный стоял. Правда он был на половину оборван, но всё равно понятно, что там было утрированное такое изображение огня в красном кружочке. Вы знаете, что магглы такие картинки часто на своих вещах рисуют? Очень удобно. Например, есть картинка изображающая зонт и капельки. Это значит, что вещь можно переносить только в дождь, но под зонтом. А ещё…