На свою голову
«Что, опять? И как ему не надоест эту чушь нести?! Вот если бы… Что это?!» — Гарри, не заметивший выглядывающей из-за угла морды, с удивлением наблюдал, как и сам директор, и его аляповатый наряд прямо на глазах сереют, выцветают и становятся какими-то… каменными, что ли… КАМЕННЫМИ?! Мальчик резко обернулся, практически столкнувшись нос к носу с быстро прикрывшим глаза василиском.
— Шорох, ну вот какого Мордреда ты не спрятался?!
— Так скучно же, — обиженно прошипел змей. — Мне тоже хотелось послушать про большой мир и размеры зла. Я живу на земле тысячу лет и всегда думал, что и зло, и добро понятия абстрактные, а потому безразмерные…
— Что ты там думал, ты мне как-нибудь потом расскажешь! Ты лучше с высоты своего тысячелетнего опыта ответь мне, что теперь делать-то?! Ведь это всё как-то объяснять придётся! Он ведь окаменел, да?
— Ага, — легкомысленно подтвердил змей.
— А это можно как-нибудь исправить? Ну там… э-э-э… зелье, заклинание, ритуал…
— Это… — василиск окинул внимательным взглядом свою невольную жертву, — не, это уже не исправишь. Хотя… есть один вариант.
Гарри встрепенулся:
— Что? Что можно сделать?!
— Я могу его разбить. Одного удара хвоста хватит.
— И что? Он после этого оживёт?
— Не-а, я же сказал: этот уже не оживёт. Но если по нему хорошенько хвостом долбануть, то рассыплется на мелкие осколки, а мы их потихоньку в канализацию спустим. А потом всем скажем, что директор… э-э-э… устал. И сбежал… от ответственности!
— Да ну тебя! — обиделся мальчишка. — Я же серьёзно!
— Так и я серьёзно. Ну, раз не хочешь пользоваться хорошими советами, тогда сам всё придумывай. А я ужинать пополз. — Не дожидаясь ответа змей нырнул за раковину, которая тут же встала на своё место.
— Ну вот, напаскудил и в кусты! А мне теперь разгребать! — вздохнул Гарри. — Ладно, сам так сам… О, точно! Нужно срочно вызвать Северуса и дядю Люциуса! Они хоть и не живут тысячу лет, а наверняка сумеют что-нибудь стоящее придумать!
* * *Спустя час в туалете Плаксы Миртл собралась занятная компания…
Уставший, перенервничавший Гарри, которому уже даже спать расхотелось, всё ждал, когда же его начнут ругать и вяло удивлялся, что на упоминание о василиске и Люциус, и Северус отреагировали как-то слишком спокойно. Ему даже показалось, что при виде окаменевшего директора они настолько растерялись, что не обратили на эту новость внимания. Сам Дамблдор, по-прежнему в виде статуи, стоял прямо посреди туалета и не реагировал ни на какие заклинания, а по его ночному колпаку стекал свежий птичий помёт. Фоукс, который и являлся автором этого акта вандализма, сидел на двери одной из кабинок, с интересом наблюдал за происходящим и одобрительно тренькал, каждый раз, когда Снейп издавал что-то вроде сдавленного хрюканья. Сам Северус, наколдовав себе объёмную мягкую подушку, с комфортом устроился на треснувшем унитазе и из последних сил старался не ржать в голос. Заместитель директора Минерва МакГонагалл, прислонённая к ножке раковины, пребывала глубоком обмороке и никто не спешил вернуть её в сознание. Только Миртл, притаившаяся в самом тёмном уголке туалета, с ухмылкой поглядывала на гриффиндорского декана и, кажется, планировала какую-то гадость. Декан Слизерина внимательно наблюдал за происходящим и по-обыкновению помалкивал, прикидывая, сколько и какой выгоды можно извлечь для своего факультета из грядущей смены власти. Завхоз Филч, прижимавший к себе миссис Норрис, с надеждой заглядывал в глаза главе Попечительского совета и просил замолвить словечко, чтобы в этот раз в директора назначили адекватного человека. Люциус Малфой благосклонно кивал речам Филча, сосредоточенно нарезал круги вокруг окаменевшего Дамблдора и попутно расспрашивал единственного свидетеля происшествия.
— Гарри, так почему, говоришь, у него руки так растопырены?
— Это он показывал размеры зла, живущего в нашем мире.
— А, ну да… ну да… — Малфой кивнул каким-то своим мыслям. — А знаете, вроде как и ничего… И «зло» получилось не слишком большим, чем-то на объятия похожим, и… Чего это он подмигивал что ли?
— Это у него нервный тик. Был. Ну после того, как его палочка сломалась… случайно. Ну в смысле случайно сломалась, с директором такое бывало. Я тик имею в виду…
— А да… как же, как же, слышал я об этом… и даже сам видел… О чём я?.. Ага, лицо у Альбуса достаточно дружелюбное, неплохое впечатление производит, располагающее… Да… вот… — кажется, сиятельный лорд впервые в жизни с трудом подбирал слова, — а если сказать, что на голове у него… э-м-м… колпак астролога, то никто и не догадается, что он не астрологический, а ночной… Хм, и даже помёт впечатления не портит…
Люциус Малфой еще раз окинул окаменевшего директора критическим взглядом и негромко хмыкнул. Мантия была застёгнута криво. Волосы, выглядывающие из-под того самого колпака, который теперь считался астрологическим, выглядели несколько странно. Должно быть парик сместился и они как-то слишком выпирали вперёд и несколько неестественно прилегали к шее. Но в общем-то, если не присматриваться, это не очень бросалось в глаза. С бородой дело обстояло хуже. Она явно съехала на сторону, отчего лицо бывшего директора казалось странно перекошенным и немного придурковатым.
— Что-то он неопрятный какой-то. И вообще выглядит как полный му… чудак.
— Ну так Альбус же любил чудаковатого из себя изображать, так что теперь вполне в образе, — на последних словах Северус не выдержал и всё же рассмеялся.
— А Шорох предлагал его разбить, — нервно хихикнул Гарри.
— А Шорох это кто?
— Да говорю же — василиск! Но вообще-то его имя произносится как «Шошох», потому что в змеином языке нет буквы «Р», но на самом деле он «Шорох» и…
— Да-да, Гарри, я понял… понял… Ты вот что… спроси у своего Шороха, согласится он к нам переехать? Вопрос с ним всё равно решать нужно, а его присутствие нашему зоопарку статусности добавит… Опять же уход, содержание… кормёжка хорошая!
— Я думаю, согласится. Шороху тут скучно, а ещё он баранину любит, — улыбнулся Гарри, уверенный, что его длинному другу и в самом деле очень понравится на новом месте. — О, Фоукс, а может тебе тоже в наш зоопарк перебраться? Там тебе веселее будет и привязывать тебя никто не станет. О, а ещё имя можно поменять. Будешь Фоксом! Ты же хитрый, как самая настоящая лиса!
Феникс разразился звонкой трелью, выражая несомненное согласие.
Люциус стрельнул глазами на неприлично довольного Северуса и тоже улыбнулся, представив открывающиеся перспективы:
— Да… о чём это мы? Говоришь, Шорох твой Дамблдора разбить предлагал? Зачем?
— Чтобы спустить в канализацию. А то так бы он не влез.
— Канализация? При чём тут канализация?.. Ах, канализация… Ну нет, это вы ребята погорячились! Уважительнее нужно быть. Нельзя так с именитыми волшебниками… О, точно! Мы его к делу пристроим!
— Как же его пристроишь, если он каменный? — удивился Гарри.
— А мало что ли по замку статуй стоит? И все при деле. Кто-то на детей страх нагоняет, на ком-то студенты в гадостях и трансфигурации упражняются, — злорадно ухмыльнулся наконец-то переставший ржать Снейп. — Альбус всегда говорил, что школа стала ему домом и учеников он страсть как обожает. А ещё он был ужасно неравнодушен к славе… Вот и будет самой главной достопримечательностью. Статуй директоров полно, а Директора-статуи ещё ни в одной школе не было.
— Зришь в корень! — одобрительно кивнул другу Люциус. — Ну что же на том и порешим. Альбуса объявим почётной статуей, василиску предложим переехать в наш зоопарк. Фоукс, я так понимаю, своё согласие уже дал. Ночной отдых отменяется. Ставим в известность Фаджа и Скримджера, собираем Попечительский совет и назначаем временного директора. И да, мистер Филч, мы учтём ваши пожелания.
— А мадам замдиректора не попытается власть захватить? — осторожно уточнил завхоз.
— Минерва-то? Минерва может…
— Ну уж нет! Люц, этой идейной козе ни школу, ни детей доверять нельзя! Я же с ней работал, знаю о чём говорю! — нахмурился Снейп.