An ordinary sex life

«Ты собираешься трахнуть меня, Бен», оторвалась и сказала Элис, прежде чем возобновить минет.
«Нет…» простонала я, уже чувствуя, что моя решимость ускользает. Горячая цыпочка хотела меня трахнуть.
Когда она сделала еще один вдох, она застонала: «Ты собираешься засунуть этот горячий, пульсирующий кусок мужского мяса в мою тугую киску и долбить меня как отбойный молоток». Ее рука продолжала дергать меня, а затем она наклонилась, чтобы продолжить лизать и сосать.
«Уннгх», проворчал я, не в силах даже сказать слово «нет».
«Ты собираешься кончить в меня, Бен. Ты распылишь на меня свою густую сливочную сперму. Ты можешь хвастаться всему миру, что ты оттрахал Элис Лоутон. Ты можешь кончить в меня куда угодно, Бен. Кончи в мою матку и наполни меня миллионами сперматозоидов. Или, если ты действительно хочешь, я даже позволю тебе трахнуть меня в задницу. Как насчет этого, Бен? Ты хочешь анально выебать Королеву бала?»
Когда она снова взяла меня в рот, мои бедра вздрогнули, толкнув мой член в горло Элис, и она взяла меня как чемпион. Не упуская ни секунды, она продолжала сосать и в этот момент, несмотря на мои опасения или психические проблемы, я ХОТЕЛ ЕЁ.
Я собирался ее трахнуть. Ничто меня не остановит. Если она хотела секса, она бы получила секс. Я застонал от абсолютной похоти и желания. Животное внутри взяло верх.
Поэтому, когда Элис оторвала голову и перекатилась на спину, я пыхтел, тяжело дышал и был чертовски возбужден. Кончить. Я хотел КОНЧИТЬ!
Великолепная девушка ухмыльнулась и откинула ноги назад, придержав руками за колени, широко раскинувшись передо мной. У нее была очень красивая киска, полностью выбритая, с милыми розовыми губами, которые приглашали меня внутрь, и поэтому, стремясь оказаться внутри нее, я неуклюже попытался перекатиться, а затем встать на колени, направляя свой член на место.
Это было оно. Я собирался трахнуть Элис, и некоторые скажут, что это самая великолепная девушка, с которой я когда-либо был. Она была обнажена и раздвинула ноги. Все, что мне нужно было сделать, это скользнуть в ее тело, и я достигну того, о чем мечтает каждый 16-летний мальчик.
Это просто печенье…
Но потом я увидел ее лицо. Элис улыбалась, на ее лице было выражение победоносного чемпиона. Ее черные как смоль волосы обрамляли ореол, глаза блестели, а улыбка открывала безупречные жемчужные зубы. Она была великолепна.
Но потом я вспомнил выражение лица Адриенны. На МОЙ вкус, ОНА была самой красивой девушкой, с которой я когда-либо был[1]. Но в тот момент, когда я оставил красивую блондинку, ее золотистые волосы казались тусклыми и потемнели. Ее глаза были мертвыми и безжизненными, а от печального выражения ее лица у меня заболело сердце. Я не любил ее, но жалел.
А потом я вспомнил выражение лица Кэссиди, то, как она выглядела в тот последний день, когда она поняла, что все закончилось. Не осознавая этого раньше, я действительно любил ее. По крайней мере так крепко, как 16-летний мужчина способен на любовь. У нее была такая надежда на наше воссоединение, и она раздавила ее изнутри, когда эти надежды не оправдались.
И я вспомнил лицо Меган. Ненависть и гнев, но и горе. Она действительно и искренне любила меня, сверх того, на что должен быть способен 16-летний подросток. Я не понимал почему, но я причинил ей ужасную боль.
Я причинил ужасную боль Меган и Кэссиди.
Так же, как это повредило бы Адриенне. Я не мог этого сделать СНОВА. Не снова.
Поэтому в последнюю возможную секунду, когда мой член коснулся губ киски Элис, я остановился и посмотрел ей в глаза. Животное пропало. «Я не могу этого сделать».
«Конечно, сможешь», хрипло сказала Элис, желая втянуть меня в себя.
«Нет», покачал я головой, разрываясь между удовольствием и честью. Я знал, что должен отступить, но физическое напряжение все еще было нестерпимым, а моя головка ВСЕ ЕЩЕ была прижата к ее губам. Один толчок от любого из нас, и мы будем там. «Я не хочу изменять».
Казалось, Элис осознала, насколько мы близки. И ее глаза ожесточились, когда ее улыбка стала зловещей. «Ты уже сделал это однажды, и я думаю, что о тех девочках ты заботился гораздо больше, чем об Адриенне. Однажды обманщик, всегда обманщик, Бен». А потом она сделала рывок бедрами, готовая нанизаться на мой член.
  
Но я уже начал откатываться. Она опоздала всего на долю секунды, потому что, когда она сделала выпад, меня там больше не было.
Похоже, у меня все-таки есть совесть.
Я поспешно вскочил с кровати. Я боялся, что если даже осмелюсь повернуться, я обязательно уступлю и трахну ее. Мой член все еще пульсировал и сердито кричал на меня, чтобы попасть внутрь горячей киски.
«Бен!» Когда я отодвинулся, Элис в панике вскрикнула. «Бен! Ты, блядь, вернёшься обратно!»
Я уже скатился с кровати и фактически упал на колени. Элис все еще выла, когда я поднялся на ноги, а затем, сделав три быстрых шага, добрался до двери и распахнул ее. Не прошло и 30 минут, но мне было все равно.
«БЕН! ТЫ ЁБАНЫЙ ПИДОРАСТИЧЕСКИЙ УЁБОК!» Элис завизжала позади меня, когда я вышел из комнаты, и я повернулся и увидел Адриенну и Мизухо, сидящих вместе на диване, полностью одетых.
Адриенна ахнула, когда увидела меня, ее глаза расширились, а челюсть отвисла. Не говоря ни слова, я поспешил к ней, мой член качался и подпрыгивал. Она встала, и в следующий момент я держал ее в руках, крепко прижимая к своему обнаженному телу.
«Бен!» Элис вышла наружу и закричала. «Я скажу! Я расскажу всей ёбанной школе!»
Я вздрогнул, думая, что я могу стать причиной того, что Адриенна обидится, если Элис доведет свою угрозу до конца и раскроет секрет, каким бы он ни был. Это было бы несправедливо. Адриенна выбрала действие. Но Элис могла быть достаточно мстительной, чтобы в любом случае это сделать.
Я вздохнул и держал дрожащую Адриенн на руках, когда я повернулся и сказал: «Ты это сделаешь, и мне придётся свести с тобой счеты».
«Как? У тебя ничего нет на меня!» прогремела Элис.
Я покачал головой. «Я просто придумаю что-нибудь. Я не знаю, что именно, но, если ты сдержишь свое слово и расскажешь секрет Адриенны, я придумаю что-нибудь гадкое. Я скажу, что ты умоляла меня насрать на твое лицо. Что угодно. И восемь свидетелей видели, как ты затащила меня в спальню, чтобы потрахаться. Я никто, Элис. Мне нечего терять».
«АААААРГГГГХХХ!» Элис взбесилась. Она начала прыгать вверх и вниз, размахивая руками и вопя словно трёхлетний ребёнок. И с ее распущенными черными волосами, свисающими на лицо, она посмотрела на меня холодными зелеными глазами, прежде чем рвануть вперёд, чтобы схватить свою одежду и быстро натянуть сарафан без нижнего белья. И, не раздумывая, разгневанная Капитан чирлидеров схватил свою обувь и ключи и выбежала за дверь, хлопнув за собой дверью.
Минутой позже я все еще обнимал Адриенну, когда мы услышали шум горящей резины — Элис сорвалась и уехала в неизвестном направлении.
Только тогда я начал расслабляться.
  * * *  
Адриенна тихонько плакала мне на грудь, все ее тело содрогалось, когда я изо всех сил старался обнять ее медвежьими объятиями и крепко прижать. Я оглядел комнату и увидел, что Мизухо наблюдает за нами, но больше никого.
Мои глаза осматривали комнату еще секунду, прежде чем я мягко спросил. «Где все?»
Мизухо ответила. «В их спальнях: Саммер и Джэ, Кенди и Тревор».
Заинтересовавшись, я слегка улыбнулся и спросил: «А Линн?»
Мизухо покраснела. «Она вошла в комнату Кенди и Тревора. Кенди планировала эту поездку, чтобы устроить своему парню секс втроем. Вот почему она хотела напоить Линн и поиграть в игру».
Я кивнул, и в этот момент Адриенна перестала дрожать и отпрянула. По ее щекам текли слезы, и она посмотрела на меня так, будто увидела меня в первый раз. «Ты не трахал ее?»
Я дважды моргнул, а затем твердо сказал. «Нет». Но потом я вздохнул и вздохнул: «Это было близко. Во мне слишком много гормонов».