Семь мармеладных поцелуев (СИ)
Глава 25
Как жаль, что тем, чем стало для меня
твоё существование, не стало
моё существованье для тебя.
Впервые за последнее время я шла на работу с хорошим настроением. Впервые этим утром у меня не случилось ни одной неудачи. Я чувствовала себя перерожденной, совершенно обновленной и дико счастливой. Единственное, что омрачило мое настроение сегодня, это встреча с Демидовым у лифта.
Еще проходя через турникет, я заметила его и хотела было свернуть к лестнице, но он заметил меня и радостно помахал рукой. Пришлось ехать с ним в лифте. Благо, с нами было еще несколько человек, но все они впоследствии вышли, и с шестого этажа на десятый мы ехали вдвоем.
— Есть планы на вечер? — спросил Алек.
Я усиленно закивала. Саша хотел прийти сегодня к нам на ужин, и я этого очень ждала.
— А на обед?
Я снова хотела кивнуть, но, быстро подумав, коротко ответила:
— Нет.
Надо ему сказать, что мы с Сашей снова вместе. Иначе он так и будет на что-то надеяться.
— Тогда пообедаем? Я знаю хорошее место неподалеку.
— Угу, — кивнула я.
— Аннушка, я…
Алек не договорил, потому что двери лифта раскрылись. Не дожидаясь продолжения, я выскочила из кабинки и ускоренным шагом проследовала к приемной, где уже собрались Жанна, Сергей и Оксана.
— Доброе утро, — поздоровалась я, а затем и спешащий за мной Демидов.
— Доброе утро.
— Здравствуйте.
Девушки выглядели расслабленными, Оксана красилась, а Жанна пила чай, что при Ларском они себе никогда бы не позволили. Удивительно, как быстро они приспособились к другому руководству.
— Такого спокойствия по утрам у нас никогда не было. Так странно, — пробормотала Жанна, будто прочтя мои мысли.
Оксана оторвалась от создания своего макияжа и закивала, подтверждая слова старшей коллеги.
— Очень странно.
— Знаете, — задумчиво продолжила Жанна, — мне вот как-то не по себе даже. Боюсь в этом признаться, но я скучаю по прежним временам.
— Раньше было все понятно, а теперь даже не знаешь, чего ожидать, — тихо заметила я, покосившись на кабинет гендиректора, где теперь сидел Демидов.
— Вот-вот, — кивнула Жанна.
Размышляя каждый о своем, мы начали рабочий день.
В отличии от Ларского, Демидов не отягощал себя работой. Он много сидел в своем кабинете и выходил лишь на обед или если надо куда-то отъехать. За все важные встречи отвечала его заместитель, Алек только утверждал проекты, подписывал документы, давал распоряжения и присутствовал на совещаниях, да и то не на всех. Складывалось впечатление, что будущее «Элли» его совершенно не заботит.
За час до обеда Алек вышел из кабинета и сообщил нам, что вернется часа через два. Мне же он прислал сообщение, в котором написал, где будет ждать меня через час.
Отказавшись обедать со всеми вместе в кафе через дорогу, я вышла позже всех и, оглядываясь, добежала до ресторана, где меня уже ждал Алек. При виде меня он заулыбался, вскочил с места и протянул мне огромный букет роз.
— О! — воскликнула я от неожиданности. — Это зачем?
— Я что, не могу подарить любимой женщине цветы? — ухмыльнулся Алек.
Я неловко переминалась с ноги на ногу, держа огромный букет, который наверняка был дороже всей одежды, что сейчас была на мне.
Алек отодвинул стул и предложил мне сесть. От этого мне стало еще более неловко. Заметив, что букет мешает мне, Алек окликнул официанта и велел ему принести вазу. Когда мои руки опустели, Демидов с довольной улыбкой достал из внутреннего кармана пиджака коробочку и, положив ее на стол, пододвинул ко мне.
— А это что? — совсем уже испугалась я.
— Не кольцо, не переживай! — нервно усмехнулся Алек.
Он тщательно пытался скрыть свое волнение за смехом и улыбкой, но у него это с трудом получалось. Подумав о том, что мне придется сейчас его отшить, я мысленно взвыла. Как же сложно!
Я с опаской открыла коробочку и увидела там золотые серьги с рубинами.
— Боже! — испуганно воскликнула я, мгновенно закрыла коробочку и отодвинула ее от себя.
— Нравится? — с робкой надеждой спросил Демидов.
— Алек… — начала было я, но в горле словно образовался ком, — Алексей, послушай, не надо мне такие дары делать.
— Дары? Что за слово такое пафосное? — усмехнулся он. — Это просто подарок, от всего сердца.
— Нет, это настоящий дар. — Я отрицательно помотала головой. — По крайней мере для таких девушек, как я. Очень пафосный дар, который я никак не могу принять.
— Почему?
— Потому что между нами ничего нет и не может быть, — собравшись с духом, произнесла я. — Извини, если дала тебе ложную надежду, но я люблю Сашу и хочу быть только с ним.
— Но ведь вы поругались и расстались… — изумленно произнес Алек. — Он же обиделся на тебя за те фото.
— Это тебе твоя мама так сказала? — я устало заглянула в глаза Демидова, в которых сквозило непонимание. — Не слушай ее, мы поговорили и помирились. Наши чувства сильнее всяких недоразумений.
— А как же тот факт, что его родители убили твоих? — воскликнул Алек.
Сидящие за соседними столиками люди обернулись на нас.
— Я же сказала, что наши чувства сильнее всяких недоразумений, — сквозь сжатые челюсти произнесла я. — Этот разговор начинал меня нервировать.
Глаза Алека сузились, брови нахмурились. Он нервно сглотнул, откинулся на спинку стула и издал презрительный смешок.
— Нет, ну вы издеваетесь там? — крикнул он, устремив лицо вверх. — В который уже раз, а!
В этот момент к нам подошел официант и поинтересовался:
— Готовы сделать заказ?
— Нет! — рявкнул на него Демидов. — Ты не видишь, что у нас серьезный разговор?!
Напуганный молодой человек сжал губы и поспешил ретироваться. Алек положил ладони на столешницу и принялся барабанить по ней пальцами.
— Значит, ты в любом случае будешь с ним? — после долгого и напряженного молчания произнес Демидов. — Что бы ни случилось.
Я кивнула, осторожно следя за ним. Всегда улыбчивый и добродушный, сейчас Алек выглядел очень пугающе. Казалось, что он вот-вот запустит в кого-нибудь тарелкой или вилкой.
— Я все понял, — вдруг тихо произнес он, избегая смотреть на меня.
— Извини, — прошептала я, снимая сумочку со спинки стула.
Он ничего мне не ответил. Лишь барабанил пальцами по столешнице и смотрел на букет. Даже когда я встала и направилась к выходу, Алек ничего не сказал. На душе было паршиво как никогда.
Примерно спустя полчаса после обеда, когда я все еще грызла себя за то, что так сильно обидела Алека, мне позвонил Саша. Я приняла вызов и, выйдя в коридор, принялась разговаривать с ним и медленно прохаживаться до лифта.
— Как работается? — спросил он сонным голосом.
— Тяжко, — призналась я. — Очень тяжко.
— Бедная моя Птичка, отдувается за гадкого Подольского, — проворковал Саша.
— Он болеет, имей совесть. И вообще, ты что, спал?
— Да, немного подремал. — Саша громко зевнул.
— Везет же.
— Не хочешь сегодня вечером устроить свидание? Только ты и я, — внезапно предложил Саша.
— Свидание? — удивилась я. — А как же ужин у меня?
— Может, завтра? Просто после твоего ухода я съездил в загородный дом родителей, в котором не был уже очень давно, и нашел тут кое-кого.
— Клопов? — предположила я, потому что с моим везением в нежилых домах можно найти только мерзких насекомых.
— Нет, отцовскую Феррари. Хотел свозить тебя на ней в один загородный ресторанчик на берегу реки, встретить там закат.
— Звучит очень романтично, — улыбнулась я. — Только, пожалуйста, не приезжай за мной.
— Почему? Не хочешь афишировать наши отношения? — с легкой ноткой обиды поинтересовался Саша.
— Пока что да. Давай немного подержим все в тайне.
— Ммм, я подумаю, — сказал Ларский и отключился.