Над всей Испанией безоблачное небо (СИ)
— Хм, тогда блоку «антикоминтерновского пакта» рассчитывать на победу не стоит — у них новых линкоров всего девять, да линейных крейсеров шесть. А ведь Франция будет на стороне англо-американцев, и у нее есть флот, как всем известно, и гораздо больше нашего.
— Три безнадежно старых линкора, два новых линейных крейсера с 13-ти дюймовыми и один линкор с 15-ти дюймовыми орудиями. Еще один будет в строю в следующем году, а третий заложен, идут стапельные работы, — пожал плечами Асарола, совершенно хладнокровный — он прекрасно знал истинное положение дел.
— Шестьдесят линкоров и линейных крейсеров англо-американцев и французов против двадцати пяти у их противников, — Франко уже сделал подсчеты на бумаге. — Теперь понятно, кому выгодна война на море, и у кого будет в ней господство на всех океанах…
Мадрид
— А каково положение дел в остальных флотах мира?
— Они никакой роли в грядущем столкновении не играют, да и не могут ни при каком раскладе иметь влияние. У нас четыре старых линкора, у советской России три линейных корабля еще с царских времен — все с 305 мм артиллерией, у Турции один линейный крейсер с 280 мм пушками, «подарок» от кайзера Вильгельма. И это все в европейских водах, правда, Советский Союз начал постройку двух линейных крейсеров с 12-ти дюймовыми пушками, но в целях заблуждения их именуют «тяжелыми крейсерами» в тридцать тысяч тонн водоизмещения. Один будет на Черном море, другой на севере — возможно, перебросят по морскому пути через льды на Дальний Восток. Но достроят не раньше чем через пять лет — дело сложное, должного опыта кораблестроители на заводах не имеют. Да, голландцы сейчас ведут переговоры с немцами — хотят построить три таких же «крейсера», только с 283 мм артиллерией — для борьбы с японскими крейсерами, у которых по десятку 203 мм пушек. Но для них дело вообще новое…
Асарола остановился, отпил воды из высокого стакана — все же возраст давал о себе знать. И заговорил дальше, видя, что все ждут его слов:
— Бразилия и Аргентина имеют по паре старых линкоров с 305 мм артиллерией, вроде наших. У Чили один «ветеран», еще участник Ютландского боя, с десять пушками в 14 дюймов. И это все, что есть в мире, поверьте мне, и нового не ожидается. Если взять тяжелые крейсера, то преимущество точно такое же — сорок новых тяжелых крейсеров с башенной 203 мм артиллерией у союзников, и еще примерно полтора десятка в достройке и планах у американцев, у «альянса» таковых 22, и несколько кораблей в достройке — пара у немцев и вроде один у японцев, самураи также шесть крейсеров перевооружают с шести дюймов на восьмидюймовые стволы. Но ни линкоры, ни крейсера главным наступательным оружием на море уже не являются.
— Пришли авианосцы, — произнес командующий ВВС и ПВО генерал Прадо, что касается авиации, он был в куре происходящего. И даже предлагал заложить пару авианосцев для флота, но узнав стоимость «игрушек», генерал предпочел развивать сеть береговых аэродромов.
— Так оно и есть, сеньоры — авианосцы не дадут немцам и итальянцам выйти в океан. В Германии на достройке пара таких кораблей, у японцев шесть ударных, еще один заложен, и два легких авианосца. В Италии один гражданский лайнер собираются переделать в авианосец, в Японии два, а с ними еще три плавбазы, которые изначально для этого и предназначены. И это все, сеньоры, сущая мелочь по сравнению с одной Америкой. В случае войны там одних боевых авианосцев могут построить три десятка, не меньше. Сотню быстроходных транспортов переоборудуют в эскортные авианосцы легко. Устроят поверху полетную палубу с подъемником, десяток-два самолетов, и поверьте, это будет страшная угроза для любого врага — воздушного, наземного, надводного или подводного. И строительство быстро отладят — вы сами знаете, как работают заводы и судоверфи за океаном. Не хватит сотни, построят две — самолетов и пилотов у них хватит!
В кабинете установилась звенящая тишина — все были потрясены свалившейся на них информацией. И представили, что может быть с Испанией, окруженной со всех сторон морями. Про Португалию с ее обширной колониальной империей и говорить не приходится — раздергают по кускам сразу же. И ничего этому не противопоставишь — нет сил для противодействия.
— Но ведь алеманы могут сделать ставку на подводные лодки?
— Могут, дон Инда, только само по себе это оружие победы не принесет. Способы борьбы с субмаринами отработаны, а наличие огромного числа самолетов и система конвоев ничего кроме потерь подводникам Гитлера не сулит. Хотя борьба будет ожесточенная, я не спорю.
— Сеньоры, тогда воевать мы можем либо на стороне Антанты и США, или вообще не воевать, что гораздо предпочтительнее. Предложение Москвы как нельзя лучше — не участвовать в войне и блюсти нейтралитет.
Президент Асанья говорил негромко, но каждое его слово весомо прозвучало. Заигрывать с Антантой это одно дело, но рисковать всем, сражаясь на ее стороне совсем иное — нельзя таскать каштаны из огня голыми руками, особенно если они не для тебя предназначены. И Асарола решился выразить свое мнение первым, на то имел право по возрасту.
— Поверьте — насколько англо-американцы превосходят враждебный альянс на морях, настолько немцы превосходят их на суше, причем вместе взятых. А французов и поляков они сокрушат походя, если Россия будет соблюдать нейтралитет. И представляете, что будет с нами, если мы не удержим проходы у прибрежных участков⁈ Учтите — превосходство немцев в воздухе будет неоспоримым!
— Мы должны соблюдать нейтралитет — у нас нет военной конвенции ни с англичанами, ни с французами. Я думаю, нам стоит прибегнуть к нейтралитету, стать третьей стороной, как предлагает Москва. Хотя, думаю, все равно придется торговать и с теми, и теми, если Германии удастся победить франко-польские армии, — Хираль говорил громче, чем обычно, было видно, что сейчас премьер-министр сильно нервничает.
— Как вы думаете, дон Антонио, если Францию сокрушат, кто победит — «альянс» или англо-американцы?
— Трудно сказать — можно предсказать схватку крокодила и тигра? Если на суше, то один исход, а в речке другой. При благожелательном отношении России Германия возжелает захватить французские владения, и в первую очередь Марокко, чтобы перекрыть путь британскому флоту в Средиземное море. Второе наступление пойдет танковыми войсками на Суэцкий канал — воспрепятствовать этому англичане не смогут. И лишь угроза потери Индии заставит Лондон пойти на «мировую». Хотя кто знает…
Мадрид
— Видимо, грибочки не те съел фюрер, мухоморов или поганок, вот и помер, Адольф Алоизович.
Асарола был ошарашен вчерашним вечерним известием, молнией объвленным по всем странам мира. Вся Германия погрузилась в траур — непонятно отчего помер рейхсканцлер Гитлер, откинул копытца, и взбрыкнуть не успел, погрузить весь мир в пучину немыслимой бойни. А может это и к лучшему, не будет войны, что полностью изменит человечество.
— Я вас не совсем понимаю, дон Антонио, разве можно есть другие грибы, кроме шампиньонов?
— Съесть можно все, дон Мигель, один вопрос — переварит ли желудок. Гитлер вегетарианец и трезвенник — а такие порой самые жестокие люди, каких свет не видел. И теперь не увидит, надеюсь на это.
Асарола хмыкнул, прекрасно понимая, что ни второй человек в нацистской партии Гесс, ни боров Геринг не обладают таким воздействием на немецкий народ как «бесноватый». Следовательно, к власти придет «альянс», как после смерти Сталина, а там начнутся внутри «разборки» — триумвираты и коллегиальное управление не в почете. А есть еще фигура кайзера и кронпринца — они вполне себе здравствуют. Более того — армия и флот могут пойти именно за ними, тогда нацистскую верхушку прихлопнут, как навозную муху — аристократы, типа графа Клауса Шенка фон Штауффенберга пока еще «чистоплотны», фигурально выражаясь.
— Но отчего рейхсканцлер умер? Болезнь или отравили? И тогда кто на такое решился, какие-то странные намеки на Варшаву.