Над всей Испанией безоблачное небо (СИ)
Так что перехватить в воздухе «дуглас» было просто некому, у мятежников осталось лишь несколько дряхлых истребителей «Ньюпор-52», и такие же «старички» «Бреге-XIX» в единичных экземплярах. Впрочем, по полсотни тех и других самолетов, составлявших основу республиканских ВВС, тоже не играли никакой роли, и представляли большую угрозу скорее для собственных пилотов — аварийность была поразительно высокой…
— Правительство нужно обуздать посягательства анархистов на власть, здесь я полностью согласен с морским министром, — негромко произнес Хираль, обведя внимательным взглядом руководство страны. В кабинете сейчас заседали шестеро членов импровизированной «Хунты обороны Испании»- президент Асанья и председатель кортесов Баррио, вместе с Хиралем представляли «республиканцев», одним из лидеров влиятельной партии социалистов являлся полноватый Индалесио Прието, выражавший весьма умеренные взгляды в отличие от своего одно партийца Ларго Кабальеро, «испанского Ленина». И двое в военных мундирах — исполняющий обязанности военного министра генерал Прадо и контр-адмирал Асарола, морской министр.
— И как вы это видите, дон Хосе? Особенно сейчас?
На губах Прието появилась кривая ухмылка — он недолюбливал анархистов, но обладая недюжинным умом, понимал, что те представляют реальную силу и имеют огромное влияние на массы. Однако идея непризнания государства в условиях гражданской войны неизбежно приведет к бандитизму и произволу — вот тут он являлся их ярым противников.
— Необходимо в интересах государства, ведущего войну с мятежниками, и под угрозой вмешательства в наши внутренние дела Германии и Италии, которые уже начали оказывать помощь заговорщикам, консолидировать профсоюзы. Тем самым нужно перевести промышленность на военные нужды, — Хираль бросил короткий взгляд на Асаролу, и решительно закончил:
— НКТ и ВСТ необходимо объединить в один профсоюз, под эгидой социалистов, и заключить соглашение с правительством, где будет создано соответствующее министерство. В условиях войны недопустимы забастовки, у нас демократия, а не анархия, и необходимы усилия всего испанского народа в борьбе с врагом. А не разъединение через смуту и посягательства на общественные и моральные устои. Также непозволительны бессудные убийства, происходящие повсеместно, — тут Хираль сделал «гроссмейстерскую паузу», и, обведя взглядом членов «Хунты», с нажимом продолжил:
— Бесчинства анархистов творятся особенно в Каталонии, которой правительством и кортесами предоставлена автономия. «Генералидад» нас просит о помощи в наведении порядка, иначе задействовать производственные мощности всей провинции, жизненно важные для правительства и страны, невозможно. К тому же анархисты насильственно захватили здание «Телефоники» в Барселоне, и взяли под свой контроль линию сообщений со всеми европейскими странами. Понимаете — без согласия их эмиссаров никто, даже наш президент, не сможет переговорить даже с посольством в Париже. Такое положение нетерпимо!
Главное сказано, все тут же перевели взгляды на Прието — усиление позиций социалистов явно пришлось тому по вкусу, хотя было видно, что ему не хочется разгребать «авгиевы конюшни». К тому же анархисты та еще публика — могут и пулю в спину засадить. Но политические амбиции и честолюбие сыграли свою роль, и «дон Инда» чуть кивнул, соглашаясь.
— Армия, авиация и флот должны быть вне политических партий — они служат Республике. Потому не следует допускать наличие каких-либо вооруженных формирований, не подчиняющихся правительству. Это приведет к анархии, а мы этого допустить не можем. Более того, военные могут разделять ту или иную партийную платформу, но принимать участия в партийной деятельности не имеют права, так как дают присягу Республике!
Асарола переглянулся с Прадо — предложение Хираля им пришлось по душе. Тот не стал допускать ужасную ошибку той истории, когда приказал раздать оружие населению. Ведь борьба с «франкистами» велась не общими усилиями, а по партийному принципу.
Каких только не было формирований — республиканских, социалистических, коммунистических, профсоюзных, анархистских, троцкистских и уйму прочих — чудовищная мешанина, которая крайне затрудняла ведение войны. Более того, сама армия стала ареной партийных раздоров и склок, что резко ослабило силы Республики перед объединившимся врагом!
— Я думаю, после издания декрета, — неожиданно подытожил президент Асанья, — и соответствующего постановления правительства, следует предоставить генералу Посасу возможности и средства навести порядок во всех провинциях силами гражданской и штурмовой гвардии. Но такое необходимо проделать, когда армия не будет иметь различных партийных формирований, и все военные дадут присягу на верность Республике!
Асарола чуть ли не выдохнул с облегчением, услышав голос президента. Тот решился сейчас выступить против анархистов, а ведь в реальности«гвардия» была введена в Каталонию, а коммунистическая дивизия Листера в Арагон только в мае 1937 года. Упущен целый год, а в условиях войны такое непозволительно…
Мадрид
— Контроль над главными заводами Каталонии, для нас жизненно необходим, дон Мигель. Ведь «испано-сюиза» это не только грузовые и легковые автомобили, но станки для производства, а главное авиационные двигатели и пушки. Нам нужно делать под производимые у нас моторы собственные самолеты, и поверьте, это будут самые лучшие в мире машины.
Асарола знал, о чем говорить — отсталая в промышленном плане Испания, тем не менее, имела великолепные наработки, в частности рядные жидкостного охлаждения авиадвигатели «испано-сюиза», в том числе самый новейший вариант V-12.
— Да, мы приобрели лицензию на постройку пятидесяти истребителей «Хоукер Фьюри» под наш семисот сильный мотор, и англичане нам перегнали три готовых самолета. Собственный первый экземпляр сделаем в конце августа, а всю партию до наступления нового года.
— Этого мало до прискорбия, дон Мигель, таких истребителей нужно не менее сотни для начала, ведь «Ньюпоры-52» пора отправлять в летные школы. Они свой ресурс выработали полностью, и будут легкой жертвой германских и итальянских бипланов «Хейнкель» и «Фиат», поставки которых скоро начнутся через Португалию. И это также верно, как отправка германских кораблей в наши воды — господство в небе и на море перейдет к противнику, а это пролог к поражению.
— Вы в этом уверены, адмирал?
Задав вопрос, Прадо посмотрел на моряка и только покачал головой — видимо, была надежда, что его страхи не обоснованы. Теперь она растаяла как дым, стоило Арасоле утвердительно кивнуть.
— Помощи от Франции и Англии мы не получим, пока не уймем анархистов. В Лондоне умеют считать деньги, и уважают право собственности, особенно у тех, кто приносит Британии прибыли. Так что рассчитывать мы можем только на собственное производство, а для этого необходимо срочно закупить нужные материалы и оборудование. Мне офицеры штаба подсказали, что производить самолеты на наших заводах мы можем каждый день по одной штуке, а то и двух, причем разных типов.
Асарола говорил проверенную информацию — даже в условиях жестокой блокады 1938 года два действующих авиационных завод могли давать в сутки по одному истребителю И-15, который испанцы именовали «Чатос», что означает «курносый». Причем производство этого самолета запоздало — правительство хотело выпускать лицензионные истребители, вроде голландского «Фоккера XXI». Последних было изготовлено несколько десятков, но ни один не поднялся в воздух — не хватало многих деталей, которые не производили, а закупали. Советских И-16, или «москас» изготовили для ВВС всего несколько штук, передав их в эскадрильи, еще до полусотни самолетов были захвачены франкистами в сборочном цеху.
Слишком поздно начали производство — просто не успели, потеряв напрасно два года. Первый «отобрали» хозяйствующие в Каталонии анархисты, а второй год ушел на налаживание производства в условиях тотального дефицита, и под бомбежками врага.