Сантехник. Электрик

Потом слышу от Терека сообщение по мыслесвязи, он позицию в пяти метрах от меня по правую руку занял:
– Они разведку пустили, вон двое пешком справа в кустах идут. Шумят по лесу, как настоящие кавалеристы, ха-ха, вот тебе и разведчики, мамашу ихнюю за ногу!
Этих я и сам чувствую, гораздо раньше Терека, но я именно чувствую, а он их уже разглядел за деревьями и кустами.
  
– Что делать будем? Еще минута, они перейдут ручей, на нас сразу же наткнутся, – спрашивает он.
– Да расстреляем их в шесть арбалетов. Как дойдут до ручья, так сразу стреляем, – решаю я.
Но неглупые дружинники норра, явно заботящиеся о своем здоровье, не стали пересекать ручей прямо по низине, где остались многочисленные следы копыт козлов и наших лошадей, а пошли в доброй полусотне метров справа, прикрываясь деревьями и кустами. Поэтому стреляем не все вместе, а только мы втроем, те засадники, кто стоит с этой стороны.
Разведчики норра показались на краю склона и подставились под наш залп всего-то с пятнадцати метров, так никого и не рассмотрев в своей разведке.
Но все равно каждому лазутчику достается по болту. Однако, не убиваем никого сразу наповал, поэтому у бедолаг находится время вволю поорать про такую ужасную неприятность, сообщая своим, что они попали под арбалетный обстрел.
– Ах, твари! Подстрелили меня, гады! Из-за ручья какого-то стреляют! – перекрикивают друг друга в два голоса. – Больно то как! Твари! Ваша милость, убейте их! Прямо сейчас убейте! Совсем из размотайте!
Зато норр не стал долго размышлять и дальше проводить какую-то разведку, раз арбалеты разряжены уже, а отдал громкую команду и его десяток резко рванул вперед на пока невидимых врагов, мы все слышим нарастающий топот копыт по камням распадка.
Хорошо, что он человек простых решений! И своего времени, где побеждают только самые решительные и смелые!
Главное, ввязаться в бой, а там уже как бог на душу положит! Или вывезет или нет!
Зарядить машинки снова успели только мы с Тереком, третий стражник ничего такого не успел на тугом имперском арбалете, так что пришлось нам стрелять по лошадям, устраивая такой общий завал как раз в русле ручья.
Отдал я сразу же такой громкий приказ голосом, впрочем, у нас заранее уговорено – в случае прямой конной атаки стрелять именно по лошадям.
Если противники оставят лошадей и пойдут цепью вдоль низины, то стрелять по своему выбору, выбивать врагов на расстоянии. Плохо, что двое моих оставшихся арбалетчиков к рубке между деревьями совсем плохо готовы, придется нам с Тереком применять нашу тайную силу, чтобы не потерять здесь всех своих людей.
Болты, попавшие в грудь лошадям, скачущим самыми первыми, устроили завал прямо в самом ручье, еще одна лошадь влетела в него, так же завалившись набок со своим всадником, остальные воины успели натянуть поводья, чтобы остаться целыми и невредимыми.
– Ну вот и отлично получилось!
А уже потом я лично подключился со своей силой и начал добавлять по головам оставшимся в строю дружинникам норра. Они крутятся перед завалом на лошадях, дико орут и только бесполезно размахивают своими мечами и копьями, заметно растерявшиеся от потери командира и предводителя.
Сам норр плотно придавлен своей лошадью и тоже злобно надрывается, требуя от своих воинов освободить его первым делом.
«Конечно, все бросят и начнут тебя из-под коня вытаскивать! Не быстрое это дело! Подставят свои спины под второй залп!» – выдыхаю я с большим облегчением.
«Да уж, дураком ты оказался, милейший, попер конным строем на арбалеты в узком месте и нарвался на не слишком благородного противника, – усмехаюсь я про себя. – А с чего бы нам вообще оказаться такими благородными рыцарями? Должен был понимать, что мы те еще бесславные ублюдки! Что вполне можем ими оказаться и уже не станем жалеть никого и ничего! Не поставим правую щеку! После левой!»
Не понял еще норр, что больше ему некому помогать, еще двое воинов попали в завал вместе с ним, а оставшихся пятерых я уже сбиваю на землю по очереди ментальными ударами. Средней такой силы ударами, дурачками не станут, но придут в себя не скоро.
Если шеи не посворачивают при довольно жестком падении с коней, как с одним охотником недавно случилось, к моему большому сожалению.
«Все восемь здесь! – радуюсь было я, но тут же понимаю – что-то не так с численностью врагов.
С разведчиками всего десять получается, а вроде их изначально было больше?
Поэтому резво отскакиваю за дерево, почувствовав угрозу с той же правой стороны и тут же мимо меня проносится стрела, втыкаясь в дерево за мной.
Чутье вместе с ПОЗНАНИЕМ снова спасли мою жизнь даже без участия РЕГЕНЕРАЦИИ! Расслабился после такой быстрой победы, а норр достаточно хитро послал своих лучников пешком сбоку контролировать и выбивать врагов на расстоянии.
Я отвлекся на атакующих всадников и совсем не обратил внимания на все остальное вокруг. Серьезную ошибку допустил, что не контролирую всех доступных мне врагов своей ментальной силой.
Нахожу сознания двоих подкравшихся с той стороны лучников, до них метров тридцать всего, и каждому прикладываюсь самым жестким образом по голове. Эти теперь точно не очнутся, да не нужно им больше приходить в сознание.
Однако, как вижу отчетливо, все же опоздал с такими ударами, выскочивший посмотреть на подстреленного им дружинника наш молодой арбалетчик из крестьян получил одну стрелу в бок, вторую в плечо, а теперь беспомощно лежит на земле, харкая кровью.
С такого расстояния кольчуга не помогла, хотя, наверно, и так били стрелами с бронебойными наконечниками! Видели же стражники норра, как мои люди в хорошей броне из трактира выезжали! Должны были подготовиться определенно, уж несколько подходящих наконечников у лучников точно нашлось.
«Один всего из них остался, из тех крестьянских парней, которых я набрал в замковую дружину, – почему-то пришла такая мысль в голову. – Двоих воины горных баронов порубали, вот теперь и этот помирает. Недолго они в воинах почислились, оказалась слишком суровой военная жизнь к простым крестьянским парням».
– Терек, помоги парню! – крикнул своему помощнику, уже понимая, что тому не помочь никак.
Сразу же пошел вниз, добил и подстреленных разведчиков, распластавшихся на краю ручья, и обоих находящихся без сознания лучников. Собрал с каждого ману за прикрывающими меня кустами, слушая в стороне проклятия норра Вельтерила, неистово ругающегося на подлецов-преступников из-за такого подлого поступка, как трусливо расстреливать его лошадей.
«Ну, что ему еще остается, как не крыть нас по матушке?»
«Все никак поверить в такое бесчестье не может! – усмехнулся я, получая ману уже с лучников. – Какой-то он все же непроходимый дурачок! И ведь уже никак не поумнеет!»
Еще раненые, безнадежно поломавшиеся лошади истошно ржут, пора их уже освободить от такой участи.
Ну, для него пусть будет хоть самого подлого поступка, а по мне так вполне нормального, когда стоит вопрос о выживании моего отряда и выполнении важнейшей миссии для спасения всего ближайшего человечества.
Которое про такое дело ничего еще не знает и вообще совсем не просит его спасать, пребывая в сильных заблуждениях о главенствующей роли своего Всеединого Бога во всей огромной Империи.
Вскоре кто-то из наших успокоил придавленного норра ударом милосердия по голове и добил лошадей, а тут уже и я возвращаюсь, неся в руках копья, мечи и составные луки.
– Так, все добро сюда сносим и складываем, – показываю на более-менее пустое место в распадке.
– Много трофеев получится! – подходит ко мне Терек. – Значит, их все-таки двенадцать оказалось. Три лошади подстрелены, девять, значит, в трофеи пойдут. Здесь их пять и еще две пары от лучников и разведчиков где-то позади оставленные стоять должны.
  
– Что с Импусом? – спрашиваю я про крестьянского парня.
– Уже умер или умрет скоро, – довольно равнодушно отвечает наемник, не переживающий внешне никак.