Грезящая империя (СИ)
— Ты слишком довольна.
— Ввиду важности моих исследований в Ша’хараре, они готовы пойти на исключение из правил и позволить.
— Важности исследований?
— Да-да, не хотят терять здесь своего человека. Как я и думала. Хотя попозже мне всё равно придется отправиться в небольшое путешествие. Хочу попытаться лично убедить их, что пора пересматривать правила. Надеюсь, к тому моменту я найду в Ша’хараре то, что ищу.
Берилл не скрывал чего хотел, первым предложил, но не давил на Ашнару и сказал, что примет любое ее решение. Поэтому Ашнара написала в Круг, готовая покинуть его, если придется. Никто ведь не запретить ей использовать то, что уже есть у нее в голове? И не выгонит из Ша’харара. Тут не алхимики правят.
В городе Ашнара надеялась отыскать сведенья о том, как можно обратить действие алхимии. Снова стать обычной смертной.
— Древние наверняка знали, — сказала она. — Алхимики многое взяли из их книг. А если нет… уверена, Агат сможет выжечь это из меня. Он и твой яд со временем смог бы.
— Только этого времени не было. И Агат придет в ужас от одной мысли.
— Ты же его брат! Вот и поработай, всели в него немного уверенности в себе.
— Он и так неплохо справляется.
— Ох, Берилл, такое не исчезает за один день!
— Дар’тар. Мое имя души Дар’тар. Можно просто Дар.
Повернувшись, Ашнара серьезно посмотрела ему в глаза и торжественно кивнула:
— Я ценю это, Дар.
— Хорошо, что я не стал разрушителем.
Ашнара фыркнула и вернулась в уютное кольцо рук Берилла. Она не придавала значения всяческим пророчествам, но знала, что это важно для имперцев. К тому же, не могла не признать, что пророчества не брались из воздуха и всё-таки имели под собой основу.
— Возможно, твои братья всегда были твоим спасением. — негромко сказала Ашнара. — Слишком похожие на матерей, они не дали тебе вырасти копией отца.
***
Много позже Берилл всё-таки выбрался из повозки Ашнары, привел себя в порядок и отправился на поиски брата. В лагерь прибыли еще ученые, так что вокруг царила веселая суета: разбирали привезенные вещи, новички жаждали тут же бежать во врата Ша’харара. Откуда-то потянуло ароматом еды.
У озера виднелась фигурка одного из грезящих. Берилл не вникал в детали, но знал, что они используют орихалк, чтобы замерять грёзы. Они подтверждали, что магия и правда будто просачивается из Ша’харара и питает всё вокруг.
Каэр отыскал карты, и теперь уже Бериллу как временному владыке империи предстояло решить, как организовать туда экспедиции и что делать с теми запечатанными городами, что на территории других государств. Ашнара утверждала, они все должны быть раскрыты. Древним оранжереям нужно выпустить ростки, чтобы магия по всему миру зацвела новыми красками.
Агат сидел за повозками и шатрами, чуть в стороне. Прямо на земле, скрестив ноги и закрыв глаза. Он явно ощущал магию, и Берилл замер, не зная, стоит ли мешать. Видимо, Агат услышал его, потому что открыл глаза и громко проворчал:
— Да иди уже сюда!
Берилл приблизился и уселся рядом. Впереди расстилалось озеро, где-то в вышине прокричал парящий ястреб.
— Мне нужно вернуться в столицу, — сказал Берилл. — Дела.
— А ты думаешь, почему я так старательно тут сижу? Вообще-то пытаюсь расширить поток магии. Чтобы тоже на время всё тут оставить и поехать с тобой.
— О, ты не говорил, что планируешь.
— Алмаз и мой брат. Я хочу его увидеть.
— Он… уже не тот.
— Не говори как император! — внезапно вспылил Агат. — Ты же не отказался от мысли забрать его во дворец?
— Конечно. Там его дом. Он стремился к нему. Может, что-то вспомнит… может, снадобья Ашнары или твоя сила поможет.
Агат фыркнул:
— Моя сила пока только свет включает.
— Я знаю, что ты можешь больше. И ты это знаешь.
— Да… я чувствую магию как грёзы, но она отзывчивая. Кажется, стоит направить — и всё будет! Это моя сущность. Часть меня. Просто я не привык себе доверять.
— Это ничего, Шиан. Я в тебя верю. И я рядом.