Настоящая королева

По губам Беримунда промелькнула улыбка.
— Я надеюсь жениться на женщине столь же постоянной, как вы, леди. Я бы хотел, чтобы кто-то носил траур по мне.
Принц слегка покраснел и немного смутился. Он вдруг показался Мюриель совсем юным.
— Будем надеяться, что еще очень долгое время никому не придется носить из-за вас траур, — сказала Мюриель.
Он кивнул.
— Кровь и долг заставляют меня сказать вам еще кое-что, Беримунд. Вы ведете армию — надеюсь, она направляется не в мою страну.
— Она направляется к нашей границе, — ответил Беримунд. — Однако войско веду не я. Меня прислали, леди, чтобы сопроводить вас до Кейтбаурга.
— Это очень мило, но у меня уже есть вполне надежный эскорт, — ответила Мюриель.
— Король, мой отец, проявил в данном вопросе непреклонность. Эрадал нужен в другом месте.
— Ваше величество… — начал Эрадал, но принц его прервал, и его голос прозвучал резче.
— Эрадал, если я захочу, чтобы ты говорил, то непременно тебе об этом сообщу. Мой человек, Илвар, все тебе разъяснит. А королеву буду сопровождать я.
Он повернулся к Мюриель.
— Ваших людей проводят к границе, я обещаю, что они не пострадают.
— Мои люди? Они останутся со мной.
Он покачал головой.
— Вы можете оставить горничную и одного телохранителя, остальная часть вашего эскорта должна вернуться домой.
— Это неслыханно, — заявила Мюриель. — Меня заверили, что прежний договор будет соблюдаться.
— Эрадал не имел права давать подобные заверения, — сказал принц. — Святая Церковь объявила вашу страну рассадником ереси. Прежний договор прекращает свое действие.
— И вы в это верите?
На мгновение Мюриель вновь увидела смущенное лицо юноши, но потом он поджал губы.
— Я не стану с вами спорить, леди, — Он кивнул Нейлу. — И я надеюсь, что ваши люди также не будут возражать.
— Вы берете меня в плен и хотите, чтобы они не спорили?
— Но вы ведь хотели поговорить с моим отцом, не так ли?
— Да, и я намерена отговорить его от войны.
— Тем не менее, война уже идет, и ее начала ваша дочь.
— О чем вы говорите?
— Она уничтожила пятьсот воинов святой Церкви, отправленных Фратексом Призмо охранять мир. Церковь является нашим верным союзником. Если кто-то атакует Церковь, он нападает и на нас. Более того, нам сообщают, что ваша дочь готовится к военным действиям против наших миротворцев в Копенвисе. Вот почему ваше величество, мы считаем, что находимся в состоянии войны с Кротенией, и у меня есть основания лишить ваших стражей возможности сражаться с нами. Однако я готов благородно отпустить их обратно в Кротению.
— А если я захочу вернуться вместе с ними?
Беримунд открыл рот, но ничего не сказал и ненадолго задумался. Наконец, он заявил:
— Мой отец поручил мне перехватить ваш отряд и проводить вас к нему на его условиях. Если вы более не считаете себя послом — и не хотите с ним встречаться — я провожу вас до границы. Он не сообщил мне о своем намерении взять вас в плен.
— Однако вы полагаете, что он так поступит? И я стану заложницей?
Беримунд вздохнул и отвернулся.
— Да, такой поворот событий возможен.
Мюриель глубоко вздохнула, вспоминая бесконечные дни, проведенные в башне Волчья Шкура, куда ее заточил Роберт.
— Вы человек чести, принц Беримунд — наконец, сказала Мюриель. — Если я поеду с вами, то буду просить вашей защиты.
Он помолчал, словно принимал какое-то решение, а потом кивнул.
— Вы под моей защитой, леди, если действительно именно этого хотите.
— Да.
— Очень хорошо. Ваш рыцарь может сохранить оружие, если он обещает, что не станет нападать первым.
Беримунд повернулся к Нейлу, а тот посмотрел на Мюриель. Королева кивнула.
— Я клянусь святыми, которыми клянется мой народ, — сказал рыцарь.
— Благодарю вас, — сказал Беримунд и обратился к Эрадалу. — Проводите остальных людей королевы Мюриель к границе. Они не должны пострадать, и вам не следует их обезоруживать.
Он кивнул Мюриель.
— Когда вы будете готовы, леди, мы отправимся в Кейтбаург. Мюриель почувствовала, как зашевелились волосы у нее на голове. Ветер бури долетел и до нее.
   
ГЛАВА 6
 
УБЕЖДЕНИЯ МЕНЯЮТСЯ
 
У Казио не осталось приятных воспоминаний о замке Данмрог. В одном броске камня от замка он беспомощно наблюдал, как мужчин и женщин прибивают к столбам, вспарывают им животы, вытаскивают внутренности. К тому же эти же негодяи пытались повесить и его. Если бы не Энни и ее диковинное могущество, он бы здесь и погиб. В любом случае, спасся он чудом.
Но даже и без этих воспоминаний он чувствовал себя паршиво. Что задумала Энни? Честна ли она с ним — действительно ли он так необходим ей здесь — или она наказала его за то, что он не пошел ей навстречу?
Он вспомнил, как Энни вышла в ту ночь на поляну, царственная и могущественная.
На самом деле, она вызывала ужас. И с тех пор он множество раз видел ее силу и испытывал страх. Теперь он уже не мог думать о ней, как о нимфе, которую впервые увидел в озере, в Вителлио.
Может быть, она уже не была той нимфой. Может быть, той Энни вообще больше нет.
Возможно, он не захочет служить новой Энни.
Он вздохнул, глядя на серые стены и три башни крепости.
— Что мне известно об управлении замком? — пробормотал он на своем родном языке.
— Мы здесь для того, чтобы помочь вам, сэр, — ответил на том же языке капитан Эсли.
Казио повернулся к командиру отряда, который предоставила ему Энни. Капитан был невысоким мужчиной с красивой черной бородой и густыми бровями, похожими на гусеницы. Из-под бровей выглядывали темные паза.
— За девятидневку, которую мы провели вместе, вы не соизволили сказать мне, что понимаете мой язык?
— Не так уж хорошо я его понимаю, — ответил Эсли. — Однако в молодости я сражался за меддиссо из Курхавии и кое-что помню.
— Если вы услышите, как я говорю что-то не слишком уважительное о королеве…
— Я не стану слушать такие вещи.
— Ладно. Вы хороший человек. Виро дено.
Эсли улыбнулся и кивнул в сторону замка.
— Похоже, замок в хорошем состоянии. Если только Церковь не пошлет против нас пол-легифа, мы сможем сдержать его с помощью местного гарнизона.
— В таком случае нам следует с ним познакомиться, — заметил Казио.
— Уверен, что они вас помнят, сэр.
Однако капитан ошибся — во всяком случае, стража у ворот не вспомнила Казио, и солдаты послали за своим начальством, чтобы хоть кто-нибудь ознакомился с королевским письмом, прежде чем впустить в замок сто пятьдесят вооруженных солдат. Казио не мог их винить.
Им пришлось ждать почти колокол. Казио устроился в тени грушевого дерева и закрыл глаза.
Его разбудил Эсли, осторожно похлопав по плечу.
— Кто-то, наконец, вышел, сэр.
— Ага, — пробормотал Казио, вставая на ноги. — И кто же с нами будет беседовать?
К ним вышел немолодой человек в вышитом темно-оранжевом камзоле и красных обтягивающих штанах. Обветренное морщинистое лицо частично скрывала седая борода. На голове красовалась шляпа с обвисшими полями под цвет штанов.
— Я Кладен МейпКладен де Плант Алнир, управитель Дома Данмрог, — сказал он. — К кому я имею честь обращаться?
— Казио да Пачиомадио да Чиоваттио, которому ужасно надоело ждать.
— Прошу меня простить, — сказал Кладен. — Я был не одет, когда вы появились, и решил, что мне нужно поднять людей. После тех неприятностей, которые были у нас в прошлом году, я не имею права рисковать. Могу я взглянуть на письмо?
Казио протянул ему письмо, и управляющий быстро его прочитал.
— Ну, что ж, здесь все в прядке, — сказал он. — Рад, что ее величество решила прислать нам подкрепление. Со всех сторон доходят слухи о передвижениях войск, хотя здесь, к счастью, все спокойно. — Он вернул письмо Казио. — А теперь следуйте за мной, мы найдем вам подходящие покои, после чего вы сможете осмотреть замок. Хорошо, что теперь ответственность больше не будет лежать на моих плечах.