Настоящая королева

— Хорошо.
— Мы с этим покончили?
— Угу.
— Прекрасно.
— И все? Тебе больше нечего сказать?
Эспер на мгновение закрыл глаза.
— Ты знаешь, как я к тебе отношусь, Винна. Но, может быть тебе лучше…
— Остановись, — перебила его она. — Просто замолчи, Эспер. Для меня не существует понятия лучше. Есть только ты. Ты знаешь, я никогда не просила у тебя больше того, что ты мог дать, и ты дал мне очень много. — Она погладила свой живот. — Я никогда не думала, что жизнь с тобой, лесничий, будет нормальной. Ты мне ничего такого не обещал, и я по-прежнему этого не жду. Но чтобы не случилось, у нас есть ребенок.
Он посмотрел на ее живот и вспомнил, как на свет появился греффин.
— Винна?
— Что?
Грим побери Сарнвудскую Колдунью.
— Давай найдем какое-нибудь безопасное место. Такое, где ты сможешь, ничего не опасаясь, родить этого ребенка.
— Ты пойдешь со мной?
— Угу.
Она улыбнулась и бросилась к нему на грудь, прижавшись к нему животом.
— Как же я по тебе скучала, Эспер Белый. Ты даже представить себе не можешь, как сильно я по тебе скучала. — Она взяла его за руки. — Куда мы отправимся?
Он поцеловал ее руки и ответил на вопрос. Он собирался сказать, что они отправятся в Виргенью или в Назгейв, в любое место вне досягаемости тяжелой болезни, уничтожавшей мир.
— В Заячьи горы, — услышал он свой ответ. — Там я смогу нас защитить.
И он снова ее поцеловал.
  
ГЛАВА 4
 
ДВЕ СЛУЖАНКИ
 
Топот копыт Резвой громом разносился во все стороны, когда Энни скакала по Рукаву. Улыбка не сходила с ее губ, она вскрикивала от радости — и пусть ее слышат все святые!
Прошло так много времени с тех пор, как она садилась в седло просто ради удовольствия. Когда-то она могла позволить себе развлекаться таким образом сколь угодно долго, ускользая от преследователей, которых ее мать посылала за ней, чтобы она вернулась к занятиям. Она и Резвая, а иногда ее сопровождала Остра.
Теперь Остра рядом с Казио. Энни надеялась, что они счастливы.
От этих мыслей настроение у нее слегка испортилось. Теперь она уже не девочка, которая не знает забот, верно? Всадники, сопровождавшие Энни, больше не являются преследователями; это телохранители, подчиняющиеся любому ее приказу.
Впереди, там, где Рукав сворачивал, Энни увидела новых всадников и слегка придержала лошадь. Всадники были одеты в красное, золотое и черное, а их щиты украшало изображение змеи и волны. Энни не узнавала ни цвета, ни герб. Они на скаку стреляли из небольших луков в мишени и делали это очень неплохо.
Энни продолжала наблюдать и вскоре поняла, что один из всадников, более хрупкий, чем остальные — женщина. Теперь Энни не сводила с нее взгляда, наблюдая, как она привстала на стременах и небрежно пустила стрелу. Через мгновение стрела уже подрагивала в самом центре одной из мишеней. Женщина развернула своего скакуна и одновременно достала новую стрелу из колчана.
— Чьи это цвета? — спросила Энни у капитана Элтьера, невысокого лысеющего воина, командира своей стражи.
— Графа Кейп-Шавеля, ваше величество, — ответил он.
— А там есть воины женщины?
— Мне об этом ничего не известно, мадам.
Вскоре всадники прекратили упражнения и к ним подъехал граф и женщина.
Они остановились примерно в десяти королевских ярдах, спешились и преклонили колени. Энни увидела, что девушка очень молода, скорее всею, ей было не больше пятнадцати лет.
— Встаньте, — сказала Энни. — Как ваши дела сегодня Кейп-Шавель?
— Превосходно. Тренирую свою легкую кавалерию.
— А это один из ваших лучников?
Его улыбка стала еще шире.
— Моя сестра Эмили. Она не является воином отряда, но я не могу запретить ей участвовать в тренировке.
Эмили сделала реверанс.
— Рада встрече с вами, ваше величество.
— Вы очень неплохо владеете луком, — сказала Энни девушке.
— Благодарю вас, ваше величество.
Повинуясь неожиданному импульсу. Энни предложила:
— Вы не откажетесь составить мне компанию?
— Эго будет честью для нас, — ответил граф.
 
Они вскочили в седла и поехали вдоль берега Рукава, постепенно спускающегося вниз, к заболоченным землям.
— А это, должно быть, Тенистый Эслен, сказала Эмили, по называя на мрачные каменные сооружения, которые виднелись сквозь листву.
— Верно, — ответила Энни, чувствуя легкий озноб.
Еще одно место, где она прежде проводила много времени, но сейчас ей совсем не хотелось туда возвращаться.
— Какой он огромный, — заметила Эмили. — Гораздо больше чем в Рейли.
— Наверное, здесь умерло больше людей, — сказала Энни.
— Ах, вот как, — смущенно ответила девушка словно вспомнив, сколько членов семьи Энни нашло здесь свой последний приют в последнее время.
— Поедем лучше в другую сторону, — предложила Энни — На Инис поприятнее.
Она вновь пустила Резвую галопом, и остальные последовали за ней. Энни сразу поняла, что граф и его сестра превосходно чувствуют себя в седле.
Она поскакала в сторону гор близнецов — Тома Вота и Тома Каста, мечтательно поглядывая на Змею, крутой извилистый спуск, по которому она не раз уходила от погони. Сегодня не получится. Она направила Резвую к поросшему травой склону Тома Каста, и вскоре они уже оказались на его вершине, откуда открывался вид на остров Инис.
— Как красиво, — восхищенно проговорила Эмили. — Удивительный пейзаж.
Энни бывала здесь сотни раз, но после возвращения — впервые. Она с удивлением обнаружила, что теперь воспринимает все иначе.
К востоку тремя великолепными ярусами поднимался город Эслен. Ярусы венчал замок с множеством башенок. На севере катила свои воды река Свежесть и раскинулось огромное озеро, появившееся здесь после того, как эти земли затопил ее дядя Роберт. Теперь на реке и озере виднелись сотни кораблей с флагами Лири, Кротении и Хорнлада. На юге, в лучах полуденного солнца, над заболоченными землями поднимался туман, дальше подобно рыбной чешуе блистали воды могучей реки Ведьмы, а на западе…
— Торнрат, — вздохнул граф.
— Я и представить себе не могла, — прошептала Эмили.
— Самая мощная стена, когда-либо выстроенная руками человека, — сказал капитан Элтьер.
Так оно и было. Остров Инис образовался в месте слияния Свежести и Ведьмы, где они впадали в Пенную бухту. Торнрат разделял залив на две части — стена камня цвета слоновой кости длиной более трех лиг. Над стеной высилось семь башен, в ней имелось семь арочных пролетов, через каждый из которых мог пройти военный корабль. Стене было семьсот лет; с тех пор, как ее возвели, Эслен никто не сумел взять со стороны моря.
— Это просто грандиозно, — сказала Эмили. — Спасибо, что вы показали нам это. — Глаза девушки сверкали.
Энни кивнула.
— Ну, вы проделали долгий путь, чтобы это увидеть.
Она повернулась к ее брату.
— Почему вы взяли Эмили с собой, Кейп-Шавель? Я уверена, что в Виргенье она была бы в большей безопасности.
— Нет, едва ли, — возразил ее брат. — Там она могла стать заложницей, которую использовали бы для того, чтобы заставить меня вернуться. А здесь я буду за ней приглядывать.
— В любом случае, — заявила Эмили, — я предпочитаю быть здесь, даже если бы дома мне ничто не грозило. Тут так интересно.
— А что вы станете делать, если ваш брат отправится на воину?
— Я рассчитывал на милость ваше величество, — сказал граф.
— Что вы хотели просить, Кейп-Шавель?
— Если бы нашлась леди, которой нужна горничная… — он смущенно смолк.
— А это еще что такое? — удивилась Эмили. — Почему я не могу поехать с тобой? — Она повернулась к Энни. — Я совсем не умею шить.
— Возможно, я смогу сделать предложение, которое вам обоим понравится, — сказала Энни. — Сейчас мне нужна горничная, а ваш брат, во всяком случае в ближайшее время, будет оставаться рядом со мной. Я бы хотела лично посмотреть, на что способны его люди.