Идеальный мир для Демонолога 9 (СИ)

— Какой Алегорск, Костя? Ты рехнулся? — расхохотался Лежаков, но вскоре понял, что я говорю это совершенно серьезно. — Это бред полный. Костя… У нас ресурсов не хватит, это невозможно! Мы полгода пытались хотя бы пробиться к нему, но даже траншеи не преодолели, не говоря уже о форте. А про город и говорить бессмысленно.
— А если я скажу, что там сейчас не все боевые силы, и значительная часть ушла в пустоши на какое-то важное задание? — улыбнулся я. — М? Уже заманчивее звучит?
  
— Да пусть они хоть все свалят, Костя! Это военный город! — воскликнул он. — Его невозможно захватить силами одной части, да еще и без подготовки. Нам потребуются годы на подготовку, а за это время силы вернутся обратно!
— А если я всё-таки скажу, что могу его захватить, но нужно будет пойти на некоторые жертвы? — я так и продолжил гнуть свою линию.
— Даже не думай об этом! Какие еще жертвы? — взревел он.
— Не-не-не, вы не так меня поняли, товарищ генерал! — запротестовал я. — Не те жертвы, о которых вы подумали! Я не собираюсь проводить жертвенные ритуалы и приносить человеческие жертвы! Так уж и быть, даже пентаграмму седьмого круга призыва чертить не буду… Пока что. Я про сопутствующие жертвы во время штурма говорю, всякое ведь бывает.
— Седьмой круг? Что? — не понял Лежаков, и стоило мне открыть рот, как он поднял руку. — Неважно! Не надо мне этого знать. Да и говорил я как раз про человеческие жертвы в бою.
— А, про человеческие, всё-таки… — мы явно друг друга не понимаем и говорим о разных вещах. — Не, этих скорее всего не будет. Суть совсем в другом, товарищ генерал, просто если вы даете согласие, то придется кое-чем пожертвовать. Скорее всего. Но это не точно.
— Костя. Повторяю, даже не думай, — помотал головой Лежаков. — Это бессмысленно даже обсуждать.
— Ну так и я гипотетически интересуюсь, — развел я руками.
— Ладно, давай представим. Кхм… — он прокашлялся и сделал спокойное лицо. — Смотри, Костя. Я даю тебе любые полномочия, можешь делать, что угодно и использовать все ресурсы «Демонов войны» и приданных частей. И что будешь дальше делать? Гипотетически, разумеется.
— Не знаю, придумаю что-нибудь, — пожал я плечами.
— Так я и думал, — заключил генерал. — Поэтому мой ответ тебе — нет! Это слишком рискованно и может иметь немало печальных последствий.
— Ну и ладно, я хотя бы попытался, — потупил я взгляд и пошел прочь. — Вы хотя бы подкрепление тогда отправьте. А то парни траншеи там держат, тяжело им.
— Хорошо, Костя, это я могу, — кивнул Лежаков. — Рад, что мы поняли друг друга.
Вышел из штаба и сразу написал сообщения в несколько чатов. Нашел Берсерка, еще несколько таких же отбитых командиров, и предложил им собраться в курилке.
Катя тоже прибыла из своего отпуска и захотела присоединиться, так что отказывать ей не стал. И вот, вскоре мы всей дружной компанией встретились в беседке.
— Чего за спешка, Костя? — сразу поинтересовался Берсерк. — Я жрал сидел, пришлось котлету целиком в рот запихивать! Еле прожевал!
— Вопрос к Кате, — я посмотрел на нее. — Мы тут на одну операцию собираемся… Ты с нами?
— Пф! Конечно! — усмехнулась она.
— Но это огромный риск, ты должна это понимать, — предостерег Катю. — Эта операция безумна даже по моим меркам.
— И что? Я согласна, не переживай, — махнула она рукой.
Никто так и не понял, чего я такого задумал, но после моих слов командирам стало интересно услышать подробности. Я и обрисовал, что шансов практически нет, идти туда — форменное самоубийство, причем в извращенной форме, и вообще, никто в здравом уме на такое не должен соглашаться.
Возможно именно поэтому согласились все и стали требовать еще больше подробностей. Пусть времени на подготовку остается все меньше, но я все равно вкратце рассказал примерный план действий и желаемый результат от операции.
Все это время в курилке стоял дикий хохот, поэтому бойцы старались обходить это место по широкой дуге, а в итоге командиры дружной толпой пошли собирать свои отряды, экипироваться и получать оружие.
— Запомните, — напоследок сказал я. — У нас есть шанс войти в историю… Хотя нет, не так. Мы обязательно войдем в историю! Вопрос только, как. Или как дегенераты, которые решили сдохнуть красиво, или как дегенераты, которые по каким-то причинам не сдохли, хотя должны были! Вы со мной?
— Костя… — помотал головой Берсерк. — Я не знаю, сколько психиатрических лечебниц отказались принимать тебя. Но очень рад, что армия всё-таки приняла. Конечно же, мы с тобой! Мы тут все такие же, пусть и не настолько пришибленные!
Прошло совсем немного времени и на плацу собралось порядка двухсот человек. Все смеются, шутят, и каждый хочет поскорее отправиться на задание, чтобы вписать свое имя в историю. В историю, в которую всё равно никто не поверит. Но мы-то все задокументируем, этот момент у меня продуман.
Нестройной толпой мы направились в сторону аэродрома, но вскоре я немного отстал. Просто заметил построение на плацу и подумал, почему бы не подойти? Их же там не просто так построили.
— Парни, а вы чего тут? — поинтересовался я. — Кто такие? Почему я вас не знаю?
— Мы срочники! — ответил кто-то из бойцов. — Направлены сюда для распределения, завтра отбываем кто куда.
— Да ну? — удивился я. — Разве к нам отправляют срочников? — действительно странно. Хотя, может это Воркутинские срочники? Тогда понятно, ведь откуда их еще отправлять в более безопасные места страны. — И вы служите не в «демонах», верно? — прищурился я. — И под кем ходите, в таком случае?
— Нас пока не определили, — признался другой боец. — А вы, простите, кто?
— Я просто обычный старший лейтенант, командир Первого отряда… — махнул я рукой.
— О, Колян, давай спросим? — один боец одернул своего товарища. — Ну?
— Не, не надо, — замямлил тот.
— Ну он явно крутой тип! Точно знает! — не сдавался тот. — Ладно, сам спрошу… Товарищ старший лейтенант! А вы не подскажете, можно ли тут совершить подвиг?
— Что? — опешил я от неожиданного вопроса. — Какой еще подвиг? Зачем тебе это?
— Просто в военкомате сказали, что если кто-то из нас совершит подвиг, то его сразу комиссуют, — пожал тот плечами. — А нам служить неохота, жаль столько времени терять.
— Да ну?
— Честное слово, у нас даже видео есть! — закивали бойцы и протянули мне телефон. И действительно, там какой-то мужик в военной форме орет, мол, ха-ха, подвиг совершите, и я обещаю лично каждому из вас, что вы будете освобождены от службы. И дальше ржет.
— Так вот, не знаете, где тут можно подвиг совершить? — уточнили бойцы.
— Пф! Это вы по адресу обратились! — хохотнул я. — Давайте за мной!
Даже не думал, что какой-то дебил из военкомата может настолько удачно пошутить. Он ведь даже не подозревает, что теперь это для него не шутки. И если он в итоге попытается отказаться от своих слов, я лично проконтролирую, чтобы это у него не вышло. А подвиг они совершат, в этом можно не сомневаться. Согласиться отправиться на задание — это уже подвиг и достаточное основание для окончания срочной службы. И начала нормальной, настоящей службы по контракту. Желательно по черному, конечно же.
Отправил запрос Деревянкину, чтобы тот вскрыл одно из моих хранилищ и вооружил бойцов, а следом мы побежали в сторону аэродрома. Меня интересовал один самолет стоимостью примерно в семьсот миллионов, так что прибежали мы к одному определенному ангару. Просто именно этот самолет идеально подходит для выполнения нашей задачи, да и вместимость у него достаточная.
— Подготовьте самолет к взлету, быстрее! — приказал я техникам, а те удивленно уставились на меня.
  
— К какому еще взлету? — нахмурился старший техник. — Где распоряжение? Это особо важное имущество, им нельзя вот так просто распоряжаться по одному приказу старшего лейтенанта.
— А старший лейтенант тут при чем? — мотнул я головой и подошел к технику, показывая ему экран телефона. — Вот, смотри.