Нильгири: Я - Великий Лабиринт (СИ)
Машина отъехала от больницы, а из окна на нее смотрел Богдан Беспалько. В зеленовато-голубом медицинском халате и такого же цвета медицинской шапочке он выглядел иначе, чем в майке и трико у себя дома. Так совпало, что он работал в этой больнице санитаром, и имел полное право там находиться. Он был очень удивлён и задумчив. Что вообще произошло? Зачем его братом интересуются следователи? Всё это было максимально непонятно. Да и вообще … Хотя он заходил в палату вместе с врачом, следователи его не узнали. Но более всего его беспокоило, что его не признали родные брат и сестра. Это было слишком странно. Года два назад они вдруг перестали ему звонить и слать сообщения. На телефонные звонки сами не отвечали, и блокировали его номер. При встрече каждый раз вели себя, словно видят впервые. Казалось, кто-то стер его из их памяти. Всё это было настолько странно, что он даже не пытался доказать им своё существование. Ну и ладно! Он будет присматривать за "младшим" на расстоянии, и вмешается, если тому будет грозить опасность. Он сжал руку в кармане медицинского халата и вытащил её. Поднес к глазам. В его кулаке был зажат лоскуток талисман, в мистическую силу которого так верит его брат…
Глава 5 Тибетский беглец
1. Техника «Обратная Земля».
------------------------------------- День Шестой.
8:36. Утро. Палата Авеля Аверьянова.
Человек, называющий себя «Второй Император» проснулся так резко, словно у него внутри нажали кнопку «Вкл». Глаза открылись сами собой, как в каком-то фильме. Ещё секунду назад он спал, а вот теперь таращится в потолок больничной палаты. Совсем не выспался! Его сон был глубоким, но коротким. Он встал, постанывая и кряхтя с кровати, и подошел к окну. Радоваться пока нечему. Успехи – «на один раз чихнуть». Культивация явно буксует. Всего девять витков энергии, кроме тех, которыми он заплел сердце. Ну и три укрепили повреждённую руку. Итого – двенадцать. Сердце усилил тремя слоями. Для нормальной работы. Почему? Потому что сердце нужно укреплять постоянно, и снимать с него «золотую оболочку» нельзя. По крайней мере, до восстановления его нормальной структуры и правильной работы. То есть еще 25 нитей потратил. 25+12 = 37. Пять дней мучений в чужом теле, а результат культивации … такой себе.
В своем прежнем теле он бы за день одел тело в «золотой каркас», орган за органом. Но «здесь вам не тут»! Вот и приходиться работать с тем, что есть и с тем, чего нет, но будет. У него были мыслишки снять «золотую оболочку» с сердца ради быстрого создания первого «скарабея», но видя, насколько всё плохо, Ра передумал. Рисковать он не будет. Пусть исцеление сердца идет своим чередом, а «нити» он другие накрутит. Лучше исцелять себя медленно и качественно, чем быстро и хреново!
Но проблема остаётся! Он здесь шестые сутки, а толку – ноль. Надо срочно что-то придумать, иначе такими темпами он бесконечно долго будет слабаком. То, что на него до сих пор не напали – само по себе чудо! Но долго ли везение продлится? Тело противилось культивации, как лещ – сковородке. Максимально. А как иначе? Организм чувствовал, что захвачен чужим сознанием, вот и бунтовал! И, главное, Ра не знал, «так должно быть» или «это ему так фортуна в лицо окрысилась»? Мол, «бери, что дают, и не выступай»! Но не будь он Императором, если не обуздает одно упрямое тощее тело! Его воля – как река с железными берегами, ничто не устоит перед его натиском! Даже тело из другого мира, в которое его закинула судьба!
Энергия «ра» циркулировала в нем слабее ожидаемого, и закручиваться в нити упрямо не хотела. В Верхнем Мире он сделал бы нить за минуту или даже меньше, а здесь – «оплетку для сердца» и восемь свободных «нитей» за шесть неполных суток! Он бы выругался, если бы в этом был бы хоть какой-то смысл. В нынешнем своём состоянии он может и за месяц не успеть создать Иб (Мистическое Сердце). Кажется, культивация ещё долго будет идти самым медленным и нудным образом. Но ему придется к этому привыкнуть. Нет, привыкать – это не его стиль! Надо вспомнить техники культивации для больных и раненых. Такие, когда человеку необходимо культивировать в наихудших условиях. Беда в том, что он знает слишком много, поэтому найти в памяти то, что ему нужно именно сейчас, это почти поиск иголки в бесчисленных копнах сена. Нет, это он приврал! С десяток стогов и одна игла такие примерно пропорции!
Ладно, это после. Надо проверить «обмылки»! Ему же что-то снилось, так что что-то полезное должно быть «вытащено» из снов. Посмотрим, как продвижение на пути восстановления знаний иных миров. Техника «Обратная земля» из «Мира сумрачных снов» работает хорошо, но хаотично и медленно.
«Верхний Мир»: Техника клана Звездного Когтя «Араиора» 14-е движение. Прогресс восстановления: 1,38%.
Как-то мало, вяло, ни о чём! Пока это просто какие-то неясные очертания, но если практиковать технику «Обратная земля» из «Мира сумрачных снов» во время каждого сна, то постепенно появятся завершенные элементы техник, пригодные для применения. Но пока рано об этом говорить. Пройдет месяц или два, прежде чем что-то появится, слепленное воедино из обрывков воспоминаний. Обмылки – обмылки и есть! Сегодня было неплохо: Восстановление затронуло одну технике из мира, где он достиг мастерства. Так что – всё нормально! А пока займусь культивацией!
2. Янг По и «Ку Лао».
Тибет. Уезд Гар. Территория Цзоцзо.
Янг По вел первую группу монахов и простых учеников отряда «Ку Лао», а Менг Фу – вторую. Ученики были в серых одеяниях, а монахи в тускло-темно-оранжевых. Монахов было двенадцать, учеников – шесть. На пол - пути к горам, в особенном месте, хижине путников, они сделали привал. Ученики отдыхали в хижине и двух двухместных палатках, принесённых с собою, монахи же сели вокруг лагеря кольцом. Восемь монахов вошло в короткую медитацию, четверо осталось следить за округой. По одному на сторону света. В четыре утра их сменила вторая четвёрка монахов. Ночь и утро прошли спокойно.
Янг По и Менг Фу завтракали твердой, как камень, лепёшкой, слегка размоченной в воде с добавлением порошка из горьких лечебных трав. Ели они медленно, тщательно пережёвывая свою скромную пищу. Спешить им было некуда. Всё равно ждать местных ополченцев и проводников.
- Брат Бао Ан утром видел местного волка, - словно в никуда произнес Менг Фу. – Довольно необычный зверь. Мохнатый, бело-серый, и щурится, как местные. – Это из-за ветров, - через пару минут ответил Янг По, и продолжил методично двигать челюстями. Вот и вся их беседа за утро. Часам к десяти на юге в дали на пустынной равнине показались темные точки. Стоявший на страже на эту сторону света монах посмотрел в исцарапанный старый бинокль. После чего негромко крикнул. – Местные, отряд.
Минут через пятьдесят они пришли. Двенадцать тибетских ополченцев с современными ружьями и два проводника с каким-то «дедовским старьём» за плечами. С отставанием минут в семь подъехал мотоцикл с люлькой. Ещё трое. Мужчины. В форме и с пистолетами. Милиция. Два тибетца и китаец. Представители «центральной власти». Тибетцы китайцев не любили, но в этом деле им всем придётся действовать вместе. – Намастэ, - слова и ритуальный жест. – Намастэ. - Поздоровались. Янг По пригласил милиционеров, двух старших охотников и двух проводников войти в хижину. Там, на столе, уже была разложена карта территории Цзоцзо. У старшего милиционера должна быть информация, которая им поможет.
- Меня зовут лейтенант Ван О, я – глава отдела милиции этого сектора территории Цзоцзо. Со мной милиционеры Батлай и Бургэд – представил китайский милиционер своих помощников. – А это уважаемый глава поселения Долгеон и его старший сын Зунды. Они предводители местного ополчения. Рядом с ними наши опытные проводники: Чунта и Пхурбу. Лучше их проводников здесь не найти. - Янг По. - Менг Фу, - представились монахи. Ван О хмыкнул, впервые за три года глядя на соотечественников. Китайские монахи, как известно, говорить не любили. Слухи не врали: даже молчаливые тибетцы на их фоне выглядели «разговорчивыми».