Нильгири: Я - Великий Лабиринт (СИ)

Лавагет оглянулся по сторонам, а потом махнул несколько раз красным флажком из палки и рваной тряпки. Через минуту из-за скалы выехали четыре небольших одноосных повозки, которых тянули запряжённые ослы, ведомые подростками. - Сейчас всё будет! – сказал Феникс, указывая на них. – Вода, чтобы напиться и умыться – в первой повозке. Становитесь в очередь и подходите по двое. Еда, чтобы вы подкрепились: круг хлеба и кусок мяса - каждому в руки, во второй повозке. Тоже по двое подходите, но только один раз. Остальное получите в селении, когда вернёмся. Никого не обижу!
В третьей повозке чистая одежда. Ну, это вы сами смотрите, кому что подойдет. Одежда хорошая, не с трупов. Слегка ношенная, но не рваная. Стираная, без вшей. Так что берите смело. Обувь тоже кое-какая есть. Не самая … Но дойти до дома сможете. Там, кому надо обувь дадим. Или деньгами. А в четвёртой телеге – оружие. Пусть оно и не новое, но хорошего качества, можете взять по два предмета. Например: лук и тул. Или щит и меч. Или как-то иначе. С оружием тут вообще хорошо, надежное, заточенное, без трещин и язв в металле. Два предмета в одни руки, не больше. Кто будет жадничать здесь, получит намного меньше в селении. Я всё вижу, всё помню, так что не пытайтесь обмануть. Нильгири обманешь раз – получишь прямо в глаз! Обманешь раза два – исчезнет голова! Ха-ха! В общем, вы меня знаете, я парень щедрый, но – жестокий! Попыток обмануть меня – не прощаю! Так что берите, что даю, без хитрости и притворства, и будет вам счастье!
- А тряпьё и поломанное оружие куда? – спросил один мускулистый воин с обритой налысо головой. – Да валите в одну кучу все эти тряпки кровавые и прочий хлам! Сожжем, а наконечники и металл потом соберем. Хотя…пусть валяется. Старьё после костра даже окку брать не захотят! – Это точно! – засмеялись воины. – Мы весь мусор ради этой «потешной битвы» собрали, его всё равно выкидывать!
- А что насчёт оплаты? – спросил один «молодой и дерзкий». Сосед ткнул его локтем в бок: - Не груби господину лавагету, дубина! – Да нет, нормально всё! – махнул рукой лавагет, - Как и обещал, оплата достойная. Даже больше: У «должников» Нильгири списывает два «малых желания» из вашего долга! Подойдите, я нанесу вам на плечо «печати списания». – О-о! – радостно загорланили «должники», - Мы всего-то изобразили битву и нам сразу два «малых желания» спишут! Вот повезло сегодня!
– А тем, кто не должник? – спросил «молодой и дерзкий». – А всем остальным я дам по одному жетону «малого желания». Вы с этим жетоном в любой части мира можете просить Нильгири о помощи. Или у нас же можете обменять его на деньги, лекарства или еду. Или на соль, например. Ну, а если ваша потребность получить нашу помощь будет больше, чем стоимость этого жетона, то вы можете обговорить условия насчёт этой разницы. Договор с Нильгири всегда надёжен и никого в рабство мы не продаём! Всё строится на взаимной выгоде! – А почему нам – один жетон «малого желания», а «должникам» списывают в два раза больше? – не унимался «дерзкий». – Ну, я же сказал! – лавагет доброжелательно улыбнулся, - Выгода! Быть должником Нильгири – выгодно, потому что мы прощаем часть долга при успешном выполнении задания! Сторонних людей это никак не касается! Я не сложно выражаюсь?!
Нанэ-Кава Хаонай Газзай подошел и стал рядом с лавагетом. Сразу все желающие ещё что-то спрашивать разом заткнулись. – Старший брат! – А? – Срочные новости для тебя. Донесение. Гонец из ущелья Уруль-Куэ. Двухсотник Шашна Наккуб воина с письмом прислал. Всё прошло, как ты и сказал! Северный отряд «людей тьмы» уничтожен. Засада прошла успешно. – Сколько они потеряли? – Двадцать семь воинов - великанов[2], пятьдесят пять обычных «воинов тьмы», и толпу носильщиков. Их не считали. И, да, племянника «короля тьмы» захватили. Здоровый такой, но жирный, как свинья… Оказался трусливым. Теперь его как свинью, воины по очереди на жерди в деревню Ашди несут. Такой толстый, что два человека быстро устают. А своими ногами – нельзя. Слишком здоровый, мало ли что…
 
А, и двух шпионов театетланцев ещё. Рядом поймали. Они следовали на отдалении за «людьми тьмы» и тоже в нашу ловушку попали. Думаю, их надо расспросить хорошенько насчёт крепости. – В этом нет необходимости. Просто отпустите их. – Ты уверен? – Да. И на месте битвы не трогайте ничего! – В смысле? А добыча?! – Верните на место. Пусть театетланцы увидят, что мы бросили поле боя и ничего не взяли.
– А зачем? – Они пришлют через несколько дней туда большой отряд, чтобы поживиться. А мы используем эту ловушку во второй раз! Сделаем немного по-другому, чтобы они думали, что одолеют нашу засаду. Пусть приходят и попадут в ещё больший капкан! Ты будешь выполнять мой план в ущелья Уруль-Куэ, а я в это время начну штурм их крепости… – Думаешь, попадутся? – Уверен. Жадность превысит рассудок и осторожность! Ну и … У меня есть «пара шуток» для них, которые убедят их прийти.
– Большой брат, ты такой умный! Хочешь, я передам тебе свой пост Нанэ-Кава? Мы тогда точно всех победим, если ты станешь нашим лидером! А потом и царем нашего нового города! Неплохо да?! Соглашайся! – Мы и так их победим! И я же говорил, не хочу быть царём или вождём! Я – Нильгири! – Да ладно тебе! Из тебя, знаешь, какой царь получится хороший! Эх, всем царям – царь! – Вот тыж прилипала! Не буду я ни царём вашим, ни вождем, отстань! И, я сколько повторять должен: не называй меня «старшим братом»! – Да понял я, понял! Не сердись, старший брат, ха-ха-ха…
----------------------------------------
[1] Титул «Военный вождь» в «Союзе Трех Деревень». Имя у Нанэ-Кава – Хаонай Газзай
[2] Воинов высокого роста. «Баскетбольного», если говорить по современному.
--------------------------------------------
3. Ушех.
Наше время: 20:11 Больница. Палата Авеля Аверьянова.
Ра разложил на столе принесённые его «первыми последователями» сокровища: золотую проволоку, бирюзовые бруски и бусины, жемчуг и набор миниатюрных инструментов. Были они ювелирными или нет, Авель не знал. Главное, сразу понял, что для его целей сгодятся. Пришла пора делать «ушех». Здесь, в российском интернет - пространстве, его принято называть «усех», через «с», но в Верхнем Мире его пишут и произносят именно через «ш». В этом нет ничего странного.
В древние времена было то же самое. Многие народы одни и те же слова произносили с «разницей» «с» / «ш». Да и сейчас на российских форумах можно найти «словесную войну» насчёт «правильного названия ниндзя»: «синоби» или «шиноби»? Сторонников обеих версий – примерно поровну. Авель задумался. «Синоби», наверное, «архаичнее и историчнее, с китайским влиянием». А «шиноби» - чисто японское, учитывая страсть японцев к звуку «ш» и более «жесткому» произношению слов. Так что, оба варианта могут быть «правильными». Особенно, если учесть, что разные диалекты одного языка дают разное произношение. Но вернемся к «нашему рукоделию».
Кто-то обзывал «ушех» «ошейником», кто-то «ожерельем». Некоторые умники называли даже «нагрудником» или «воротником». В интернете много всякой чуши пишут! Ра принял только один термин - пектораль. Немного украшение, немного – броня, но главное не в этом! Сейчас все почему-то воспринимают «ушех» как «что-то декоративное», типа «вязанки из бус» или «плетение из бисера». Но никто из ныне живущих не догадался о его настоящем назначении. При том, что «ушех» выглядел ярко и колоритно, он никогда не относился ни к одежде, ни к украшениям. Второй Император Ра знал то, что не знали авторы интернет-статей про «усех». «Ушех», всегда был довольно сложным в изготовлении … прибором. Не украшением. Не одеждой. Инструментом! Назначение у него всегда было одно единственное: «усилитель - концентратор токов и магнитных полей человеческого тела».
Изготовить «личный ушех» непросто. Нет, я не спорю, поделку, бижутерию сможет сделать практически любой ювелир или дизайнер одежды. Но настоящий «ушех» - это «маленькое чудо». И как всякое чудо, ушех не терпит суеты. Итак, заготовки у Авеля есть. Материалами его обеспечили. Теперь пришло время математики. Для начала Ра составил три таблицы. И это только для расчётов длинны промежутков для золотой проволоки! Плюс две таблицы для элементов из жемчуга и бирюзы. Из картона он вырезал круг, который разделил при помощи циркуля на восемь кругов всё более малого диаметра, расчертил и разделил на сектора, в которые вписал знаки скорописи и изредка – иероглифы.