Все будет по-моему! Часть 12 (СИ)

Кён, разумеется, мог взять своё в любой момент, но он не видел в этом интереса. Куда приятнее наблюдать за тем, как она самостоятельно отдаст то, что является для неё больной темой. Очень уж хотелось убедить её подставить попку добровольно. Если Клементина сделает то, что не позволит себе ни одна благородная леди даже мужу, то это будет означать, что она целиком и полностью принадлежит ему.
  
«Я не хочу, чтобы ты думал, что я продаю себя в обмен на ценную медицину.» — холодно сказала Клементина. — «Поэтому у меня есть условие: это никакое не обещание!»
«Да? А что же тогда?»
«Всего лишь предположение, что я испытаю к тебе достаточную благодарность, чтобы сделать это. В конце концов, ты мой парень — мой мужчина. Понимаешь? Нет ничего постыдного в том, что я позволю тебе сделать со мной то, что ты так желаешь.»
«Я уважаю твоё решение не показаться шлюхой, продающейся за пять сфер, но получается у тебя так себе…» — с отрицанием на лице Кён покрутил ладонью.
«Какой же ты мерзкий! Обожаю…» — Клементина поцеловала парня с языком, обняв его за голову. За последние два месяца она сильно привязалась к нему, как эмоционально, так и физически. Ей даже началось нравиться, как ловко он её подкалывает порой. Почему-то после порции унижений секс с ним становился гораздо приятнее.
Вскоре Клементина проглотила таблетку трансформации и села в позу лотоса.
Чего Кён не знал, что ровно в этот же момент трансформацию начала Серафима.
«Госпожа Богиня, могу ли я узнать через вас, как успехи у моего клона?» — спросил Кён. Он не питал надежды, что выяснит хоть что-нибудь, но почему бы не попробовать.
{«Эта информация платная.»} — в голове раздался величественный голос.
«И почему я не удивлён…» — фыркнул Кён. — «Кстати, я тут вспомнил, что вы обещали помочь мне с изготовлением легендарной медицины. Не хочу показаться грубым, но мне кажется, что информация о моём клоне косвенно связана с этим…»
{«Я обещала лишь помогать тебе с изготовлением медицины, брать её на своё хранение и подготавливать для будущей варки. И раз уж ты сам поднял этот вопрос, то я поделюсь информацией: цветок света уже полмесяца находится у меня в хранении.»}
У Кёна перехватило дыхание: «А раньше сказать нельзя было⁈»
 Глава 924 
Как выяснилось чуть позже, медицина света, находящаяся у богини в хранении, не сидела без дела, а улучшалась и подготавливалась, как и было обещано Её Святейшеством.
«Ясно… Тогда извиняюсь за грубость.» — с трудом выдавил из себя Кён.
{«Извинения приняты.»} — снисходительно произнесла богиня. — {«Качество люминара, — так называется физическое воплощение эссенция света, — было на высоком уровне, поэтому доведение его до совершенства завершится лишь через два дня.»}
«Приятно слышать.»
{«Я обещала помочь с изготовлением легендарной медицины, поэтому создала более подходящее место для этого щепетильного дела. Можешь заранее осмотреться.»}
Как только прозвучали последние слова, в пещере раздался оглушительный гул и землетрясение, которые, судя по всему, никак не коснулись Клементину. В стене образовалась расщелина, быстро переросшая в полноценный проход, ведущий куда-то вниз.
У Кёна раскрылся рот. Пироблоин, который неспособны поцарапать даже пиковые властелины, вот так просто деформировался, будто какая-то глина! Захлопнув рот, парень зашёл в туннель. Он вёл вниз, и, судя по всему, достаточно глубоко.
«Для чего именно предназначена легендарная медицина?» — спросил Кён по пути. — «Нет, я помню, что вы говорили, что она дарует наивысший из возможных талант и повысит качество силы… Но каков её концептуальный смысл?»
{«Тебе эта информация ни к чему, мальчик.»}
«Ещё раз назовёте меня мальчиком…» — Кён усилием невероятной воли заставил тьму в душе заткнуться. Эти эмоции совершенно ни к чему хорошему не приведут. Как бы сильно ему не хотелось заставить небесную суку обращаться к нему нормально, он не мог, ведь у него нет ни единой карты в рукаве. Любые трепыхания лишь укрепят её желание называть его подобным образом и наслаждаться его бессильной яростью.
{«И что?»} — выдержав паузу, провокационно и с едва уловимым задором спросила богиня.
Кён укусил язык до крови, сдержав рвущийся наружу язвительный ответ, и резко сменил тему: «Мой инстинкт самосохранения ещё не умер. Как я могу принимать внутрь себя что-то, свойства чего не знаю? Как я вообще могу готовить медицину, не понимая, для чего она предназначена? Любой алхимик вам скажет, что готовишь, не зная какие свойства у него должны быть, это всё равно, что делать это без рук! А ведь сейчас на кону стоят ингредиенты, ради которых я буквально перевернул планету и две луны с ног на голову!»
{«Я не горю желанием оправдываться и удовлетворять твоё любопытство. Я всего лишь хочу поскорее выполнить свою часть сделки — то, что обещала.»} — холодно сказала богиня, спустив зазнавшегося мальчишку с небес на землю.
Нежный, облизывающий уши голос богини вызывал у Кёна подёргивания в глазу. Вытащить информацию из этой суки даже сложнее, чем убедить СяоБая начать голодовку.
На самом деле существовала одна или даже две причины, почему богиня не желала давать ответ. Вторая из них, пожалуй, делает ему слишком большую честь, потому что не имеет никакой объективной для неё выгоды, лишь банальная прихоть.
«Это такой приём умышленно держать меня в интриге? А вдруг эта медицина поработит мой дух, позволив вам мною завладеть? Вы ведь однажды пытались.»
{«Ты слишком высокого о себе мнения.»}
«Ну да, наверное, каждый второй на моём месте оказался бы эффективнее…»
{«Каждый первый не заваривал бы вообще такую кашу.»}
«И кто же виноват в том, что вы умолчали о ебучем проклятии зеркальца Души⁈» — стоило теме зайти про мировую войну, как Кён словно с цепи сорвался. В нормальном состоянии он бы не позволил себе подобного, но тьма в душе не позволяла промолчать, ведь первопричиной всех бед оказалась именно дёргающая за ниточки богиня.
{«Ты пытаешься найти во мне виноватого во всех грехах, как маленький ребёнок.»} — снисходительно ответила богиня. — {«Даже если бы я знала про проклятие зеркальца Души, без зазрения совести могла бы умолчать о нём, потому что обещала лишь рассказать, как им пользоваться. Тебе следовало использовать его аккуратнее.»}
«Это всё равно что дать человеку мышьяк и сказать, что из-за него кожа будет нежнее и белее, но умолчать о главном!» — сквозь стиснутые зубы процедил Кён. — «Если вы думаете, что информация о попавшей в опасность Мии всё искупает, то ошибаетесь…»
{«Ты можешь винить меня во всех грехах, если тебе от этого полегчает. Пока ты не переходишь черту, я не стану тебя наказывать.»} — снисходительно ответила богиня и сразу добавила. — {«На самом деле ты даже не представить, насколько огромную честь я тебе оказываю, позволяя разговаривать со мной в подобном тоне.»}
Богиня давно заметила, что мальчишка совершенно не знает своего места. Любой практик с его уровнем развития мгновенно превратился бы в пыль, как только с его губ слетело бы хоть одно обвинительное слово в её сторону, но он до сих пор жив. Своими способностями и поступками он доказал, что достоин некоторых привилегий.
Кён стиснул кулаки до хруста, но больше ничего не сказал. Он всегда знал, что богиня проявляет к нему некий интерес, направляя в определённую выгодную ей сторону. Он не знал, чего она действительно хочет от него, лишь надеяться, что этот путь ему выгоден, поэтому подыгрывал ей. Вот почему в империи высших зверей он выбрал вариант с изготовлением легендарной медицины, а в империи людей — вариант с её улучшением.
  
Однако подстава с зеркальцем Души дала Кёну понять, что это сотрудничество в итоге ничем хорошим для него не обернётся. Им просто попользуются и выбросят. Должно быть, плата за перемещение в виде выполнения одного желания в ближайшие сто лет и являлось финальным штрихом в замысле богини, вот почему парень категорически не мог согласиться, из-за чего отправился на луну, чтобы найти способ сбежать от некроманта, не оставшись в долгу у этой коварной суки.