Лия (ЛП)
— О, Боже, Мелани! — воскликнула я. — Что случилось? — Боже мой!
Должно быть, я плакала так целую вечность, прежде чем снова смогла схватить трубку. Приложив трубку к уху, я удивилась, что звонок все еще продолжался.
— Рим, — выдохнула я, задыхаясь от эмоций, — С ним все в порядке?
— Не знаю, — честно признался он. — Его отвезли в больницу, и все это время он звал отца. Думаю, у него галлюцинации.
— Но физически... он в порядке?
— Думаю, что да. Я сейчас еду в больницу.
— Держи меня в курсе.
— Конечно. — Он снова замолчал и вздохнул. — Послушай, я сейчас в Нью-Йорке, а мои родители в истерике. Ты сможешь зайти и сказать им, что все в порядке? Они бы чувствовали себя лучше, если сказать это лично. Ты же знаешь, какие они.
— Да, — кивнула я. — Понимаю. Я скажу им. Пойду, когда успокоюсь.
— Спасибо, Лия.
— Не забудь держать меня в курсе.
— Конечно.
Я положила трубку и вытерла глаза.
— Видишь, — прошептала Мелани, поглаживая меня по спине. — Вера поможет пройти долгий путь.
Я кивнула ей.
— Знаю, прости. Просто... я ожидала другого исхода.
— Что собираешься делать?
— Я должна позаботиться о Шерил, а потом повидаться с родителями Рима.
Ее глаза пристально смотрели, пока она поглаживала меня.
— А потом я должна увидеть его.
***
Пришлось собрать всю свою силу, чтобы встать с дивана. Хотя это меньшее, что мне хотелось делать. Я все еще чувствовала слабость. Я не могла перестать дрожать, потому что не могла всецело воспринять новости. Я все еще парализована страхом.
Когда я, наконец, поднялась, Мелани уже была одета и готова.
— Я тоже пойду к Марлене и Гарольду. Хочешь, поеду с тобой? — спросила она.
— Нет, — ответила я, качая головой. — Иди прямо туда. Не знаю, как долго я пробуду у Шерил.
— Хорошо, но ты уверена, что сможешь вести машину? Ты все еще выглядишь нехорошо.
— Со мной все будет в порядке.
Я выпила чашку кофе до того, как добралась до машины. К тому времени мои нервы немного успокоились. Глубоко вздохнув, я вставила наушник в одно ухо и по дороге к Шерил включила айпод.
Песню Картера.
Я позволила его голосу успокоить меня и солгала бы, если сказала, что не рыдала большую часть пути.
Черт, Лия, а если бы он умер? Что бы ты делала?
Была бы полна сожалений, сдерживаемая собственным страхом.
К тому времени, как я добралась до трейлерного парка, чувствовала себя уже лучше. Я припарковала машину и вышла, а Шерил вышла навстречу, останавливаясь на крыльце, в спортивных штанах и свитере с дырками размером с голову.
Держа сигарету в одной руке, она помахала мне другой, и я с трудом сглотнула, стараясь не смотреть на нее, когда помахала в ответ.
Ей стало лучше с тех пор, как Рассела посадили за нападение на полицейского при отягчающих обстоятельствах два года назад. Это произошло после того, как он сел пьяным за руль и врезался в заднюю часть другой машины с семьей внутри. Было раннее утро, около двух часов дня.
Честно говоря, он гребаный идиот, так что я ничуть не удивилась.
Карма, верно?
Шерил перестала заниматься проституцией и, по ее словам, покончила с наркотиками. Но я не была уверена в этом, особенно сейчас, когда шла к ней. Она была хрупкой, с сухими волосами и бледной кожей.
С тех пор, как я узнала, что случилось с Расселом, по какой-то глупой причине я питала к ней слабость.
Может быть, потому что я знала, каково это — быть под контролем Рассела; и временами я видела ее трезвой, маленькие проблески человечности до того, как она стала зависима от наркотиков. Так что я откладывала из зарплаты пятьдесят долларов в неделю и давала ей два раза в месяц, чтобы она могла оплатить дом и поесть. Она нашла себе работу в закусочной, но та была далеко, вот почему я сейчас приехала сюда.
Я нашла ей другой трейлер поближе к работе, так что ей не придется ездить на автобусе. Настоящий трейлерный парк был намного лучше этого, и он был чистым и опрятным в очень хорошем районе. У него даже была команда обслуживания, которая заботилась о садах. Там живет много пожилых людей, и по сравнению с этой заброшенной дырой, кажется образцом здоровья.
— Как поживаешь? — спросила она, когда я, наконец, подошла к ней.
— Хорошо, — тихо ответила я. — Ты готова идти?
Мне не хотелось болтать. Я просто хотела быстро отвезти ее и добраться до дома Марлены.
— Ты неважно выглядишь, — заметила Шерил. — Это из-за аварии с твоим мальчиком?
Я удивленно взглянула на нее.
— Ты слышала?
— Все только об этом и говорят. Но ты не волнуйся. Я уверена, что он в порядке. Они уже нашли выжившего. Вытащили его из воды. Держу пари, это он.
Я снова с трудом сглотнула.
— Да, это так.
— Все происходит не просто так.
— И какая же причина? — Я чувствовала себя глупо, прося у нее ответы.
— Понятия не имею. Думаю, это больше научит тебя ценить жизнь. — Она выпустила облако дыма, бросила окурок на землю и растоптала. — В одну минуту ты жив, а в другую уже нет. Такова жизнь.
— Да…
Я помогла донести несколько коробок, и мы погрузили их в машину. Она села в машину и стала меня ждать.
Я оглядела трейлерный парк, вспоминая, как весело тут было детьми. Мой взгляд упал на старый сдутый баскетбольный мяч, лежащий посреди лужайки.
Мне нравилось смотреть, как играет Картер.
Я любила Картера.
До сих пор.
По щеке скатилась слеза, пока я думала о наших совместных моментах. Он был моей второй половинкой, а я убеждала себя, что мы живем в разных мирах. Конечно, наши жизни были разными, но это не означало, что мы не были одними и теми же людьми.
Я повернулась к его старому трейлеру и увидела другую машину, не ту, на которой ездил его отец. Я посмотрела на окно, в которое он обычно забирался, и судорожно вздохнула.
Я скучала по нему.
Я хотела его.
— Ты никогда не думала, что, возможно, слишком поздно что-то исправлять? — Спросила я Шерил, открывая дверцу машины и не сводя глаз с трейлера.
— Если ты не попытаешься, то никогда не узнаешь, — ответила она.
***
Марлена и Гарольд были в смятении, но все равно обрадовались. Мы плакали, обдумывая «что если», и я чувствовала на себе проницательный взгляд Марлены.
— Перестань терять время, — сказала она мне перед уходом. — Любовь причиняет боль, но она того стоит.
Когда я вернулась вечером домой, Мелани ушла на работу. Сначала она не хотела меня оставлять, но я заверила, что со мной все будет в порядке. Он был жив – это все, что имело значение. А если бы нет?..
Что ж, я бы распалась на куски.
Я долго сидела на кровати, погруженная в тишину и думая о следующем шаге. Встав с кровати, я достала коробку из-под обуви и поспешно вытащила письма. Я разорвала последний конверт дрожащими руками и начала читать.
Номер письма: 4
Попытки согреть твое сердце моим шармом Картера: 4
Показатель успеха: 0
Парный рейтинг за письмо: 0/10 (потому что рассказывать тебе обо всех фантазиях, которые крутятся в моей голове, не слишком хорошо для любовного письма)
Любовный рейтинг: 10/10 (я отчаянный и жалкий)
Я даже не уверен, читаешь ли ты. Я был бы у твоей двери прямо сейчас, если бы знал, что это сработает, но все говорят мне, что ты исцеляешься. Не думаю, что это правда. Думаю, ты просто отвлекаешься от правды.
Что у нас все было по-настоящему.
Это я все испортил.
Я боялся, боялся боли. Я был свидетелем любви в самой жалкой форме, но это не имело значения, когда я был мальчиком. Я любил свою мать всем сердцем. Несмотря на ее психическое заболевание, я надеялся, что ей станет лучше, и когда жизнь стала слишком тяжелой, она выбрала легкий путь и оставила позади двух сломленных людей. В тот день я закрылся ото всех.