Мистер Солсбери и каслинский черт
— Вы красные?
— Да, красные!
— А почему у вас волосы не красные? Совершенно невозможно было убедить некоторых американцев в том, что за трехкомнатную квартиру со всеми удобствами в ССОР жильцы платят 20—22 рубля в месяц и что эта квартира предоставляется государством бесплатно. Многие домохозяйки удивленно взмахивали руками, когда узнавали, что у нас в родильном доме женщина может находиться столько дней, сколько необходимо, и все расходы, связанные с родами, государство берет на себя.
В мире ежесекундно рождается трое детей, 10 миллионов маленьких землян в месяц. Дети — это зеркало, в котором отражается старшее поколение. Рождение ребенка в США связано с большими денежными затруднениями. За два-три дня пребывания в родильном доме нужно заплатить до полутора тысяч долларов.
Жгучая мысль о долларах постоянно будоражит американца.
Здесь нет, очевидно, надобности описывать, как погоня за долларом движет Америку и американцев. Это очень хорошо показали и Горький, и Маяковский, и десятки других авторов об Америке. Доллар по-прежнему остается божеством, всесильным и всеобъясняющим. Разве только методы добывания его стали изощреннее.
В городе Ганнибале нам удалось встретиться с тремя пожарниками, за два года перед тем вернувшимися из Вьетнама. Проклинают войну, но в то же время добавляют:
— Мы там неплохо заработали!
Сколько они заработали, убивая вьетнамских детей и стариков, — неизвестно. По крайней мере богачами не стали. Все трое, в том числе один с семьей, живут в пожарном депо, не имеют своего угла.
Доллар определяет статус человека в американском обществе, формирует отношение между людьми не только по работе, но и в повседневных контактах.
Это было в Филадельфии. Хозяин, у которого мы гостили, приказал слуге вынести на лужайку раскладной стол и стулья, поставил банки с пивом, и началась беседа. Буквально через пятнадцать минут подъехал на машине наш знакомый г-н Адориан. Остановившись на дороге метрах в 20, напротив дома, он вышел из машины и, прислонившись к дверце, стал смотреть в нашу сторону. Товарищ, который жил у Адориана, заторопился уходить. Однако хозяин сказал, что торопиться не надо, пиво не выпито и разговор не закончен. Нам было неудобно, что человек стоит на дороге и ждет.
— Тогда давайте господина Адориана пригласим к нам? — предложили мы.
— Не стоит. Я не имею с ним дело. Он не относится к тем, с кем я завожу знакомство.
Все стало на свои места. Г-н Адориан имеет доход 40 тысяч долларов в год, а наш хозяин — 250 тысяч. Доллар четко и безоговорочно определил отношения между ними.
Доллар притягивает к себе детей.
Воспитание малышей в Америке часто называют свободным. Бросается в глаза какое-то небрежное отношение к детям. Как-то хозяйка пригласила нас в детскую комнату. Трехлетняя Кэт, забившись в уголок, спала прямо на полу. Мать, обутая в сандалии, потрогала ногой свое чадо. Девочка открыла глаза.
— Как ты себя чувствуешь, Кэт? — спросила мать.
— О’кей, мэм, — ответила малышка и, отвернувшись, стала досматривать свои цветные сны.
«Мэм» стала показывать нам детскую. Наши глаза, как и глаза американского ребенка, прежде всего увидели доллар. Он был помещен на стене в красивую рамку. В детской комнате много глиняных кошечек и собачек. Они стоят на подоконниках и столах. Это копилки. К ним ежедневно тянутся детские ручонки.
В семье и в школе прививают слепую любовь и трепетное почтение к доллару. Доллар — это жизнь, доллар — это богатство, доллар — это власть, доллар — это наслаждение. Даже во взаимоотношениях родителей с детьми примешивается эта накипь. Мы часто слышали: «Боб! Сбегай в магазин. После покупки оставь себе 25 центов». Мери приносит отцу свежие газеты. Ей тут же вручается 10 центов.
В Ганнибале нас пригласил к себе в гости розовощекий, широкоплечий, высокий фермер. Мы недолго ехали по проселочным дорогам. При въезде в усадьбу навстречу выскочил восьмилетний сын фермера. Парнишка тут же бойко отрапортовал отцу, что он покрасил 10 штакетин и за эту работу ему причитается доллар. Отец достал потрепанный бумажник и привычным движением вытянул долларовую бумажку.
— Мой Боб растет настоящим бизнесменом, — с гордостью сказал он. — У него уже более 100 долларов.
В американской печати информация о Советском Союзе, жизни наших людей чрезвычайно скудна, а главное — она носит, как правило, тенденциозный, клеветнический характер. Самый большой вклад в лжеинформацию делают американские газеты и журналы. Броский заголовок на первых полосах, а подробности читайте на 46 или 306-й странице. Мало кто из американцев читает всю газету от начала до конца. Да это физически невозможно. Воскресный номер «Нью-Йорк таймс» весит 5 кг и состоит из 500 страниц. Прочитал заголовок и поверил.
В период нашего пребывания в США в филадельфийской газете «Ивнинг бюллетень» на первой странице появился огромный заголовок: «В Казахстане уничтожена фауна». Сделано это было со ссылкой на корреспондента «Комсомольской правды» В. Пескова. Где-то на 70-й странице рассказывалось о промышленном предприятии в Казахстане, которое произвело разовый сброс промышленных отходов в водоем. Но при этом ни словом не обмолвились о том, что корреспондент нашей газеты подверг резкой критике руководителей предприятия за неправильную эксплуатацию очистных сооружений.
Или вот такой пример. В Атланте, в фешенебельном здании «Реджанса Хейб Хауз» на Персиковой улице, нашей группе давала обед миллионерша Альма Карлей. Вряд ли только любопытство побудило ее пойти на такую «жертву». По крайней мере, она привела с собой известного своей клеветой на нашу страну журналиста Гопкинса. Лжеписака, видимо, надеясь, что у советских журналистов ему удастся кое-что выудить, стал задавать провокационные вопросы. Мы, конечно, дали ему бой. Но Гопкинс не унимался.
— Что, на ваш взгляд, нужно предпринять для улучшения советско-американских отношений? — спросил напоследок он.
— Отказаться от агрессивной политики США в Индокитае и поддержки израильских агрессоров на арабском Востоке, шире развивать экономические и культурные связи между нашими странами и писать в вашей прессе правду о Советском Союзе.
— Разве американские журналисты пишут неправду? — удивленно пожал плечами Гопкинс.
— Да. И очень часто.
— Факты!
— Пожалуйста. Газета «Коламбас леджерс», издающаяся, в вашем штате, не так давно писала: «Сотни жителей Челябинска, обуреваемые жаждой наживы, занимаются по ночам поисками сокровищ, которые спрятал Наполеон во время отступления из Москвы».
Надо видеть лицо Гопкинса.
— Вы знаете, эту газету издавал мой отец, но его уже нет в живых, — попытался вывернуться он, — не обижайтесь.
…В США более десяти лет проводится «эксперимент международной жизни». Согласно замыслу его организаторов, а одним из них был еще президент Эйзенхауэр, американцы должны приглашать в свои семьи иностранцев, приезжающих в Соединенные Штаты. Такой контакт, по мнению американцев, позволит людям разных стран лучше узнать друг друга. Идея в целом, конечно, неплохая. Ездить в гости не только приятно, но и полезно. Однако такие взаимоотношения оправданы, когда существует общность взглядов, интересов, нравственных начал, когда люди искренне хотят узнать правду о жизни в другой стране, стране с другим строем.
НА КАПИТОЛИЙСКОМ ХОЛМЕ
Свое повествование хотелось бы дополнить рассказом о встречах с теми, кто в сегодняшней Америке стоит у руководства. Речь, конечно, идет не о президенте и его приближенных. Мы посетили Белый дом — резиденцию президента и здание конгресса — Капитолий. Официально считается, что Капитолий — это здание, в котором работают и заседают конгрессмены. Его в США еще называют «деловым домом», хотя он на нас не произвел такого впечатления. Здесь слишком много рекламы так называемой американской демократии. Сотни гидов на разных языках втолковывают нескончаемому потоку туристов, переводя их из зала в зал, что именно здесь формировались и складывались американская история и демократия. Простому смертному, мало-мальски знакомому с Историей Америки, вынести такое трехчасовое испытание очень трудно.