Мой личный дракон. Наследие старого маяка

Лицо старика казалось спокойным, почти безмятежным… если бы не глаза. Они блестели, как у ястреба, заметившего мышь. Мышью, разумеется, была я.
– Тесса, познакомься, это господин Вориан Лаур. – С фальшивым воодушевлением прощебетала мачеха. – Уважаемый человек, хозяин стекольных мастерских, а также кукурузных плантаций. Он… заинтересовался нашей скромной семьей.
Я сжалась. Имя Вориана Лаура знали все. Человек с состоянием, растущим быстрее его кукурузы в жаркий летний день. Его обвиняли в жестоком обращении с работниками и в исчезновении служанок, которых так никто и не нашел. А, может, не искал?
  
– Очаровательно, – произнес старик. Его голос скрипел, как ржавое колесо. При этом он рассматривал меня, не скрываясь: от туфель до ключиц и обратно. Как товар на рынке. – Даже лучше, чем я представлял.
Он что меня представлял? Внутри все похолодело.
– Садись, милая, – ласково продолжила мачеха, указывая на стул рядом со стариком. – Только посмотри, какой ужин мы приготовили к твоему восемнадцатилетию!
На ватных ногах я поплелась к стулу, не смея ослушаться.
– Ах, Вориан, вы, как всегда, выглядите великолепно. Годы вас не берут. – Мурлыкала мачеха, разрезая птицу. – Слышала, дела идут в гору.
– О да, – лениво протянул старик, откидываясь на спинку стула, прихватив бокал вина. – Плантации растут как на дрожжах. Только в прошлом месяце приобрел еще три участка. Кукуруза, знаете ли, нынче как золото. А если правильно продавать – то и стабильнее.
– Прекрасно! Просто прекрасно! – кивала мачеха.
– Да, работа не отпускает. Еще новый цех открываю, на сто рабочих. Вот только найди бы их. Работники бегут как крысы.
– Ох, и не говорите! Люди нынче – такие лодыри.
– Никого работать не заставишь! – Продолжил старик, допивая бокал и наполняя новый. – Привыкли к подачкам, а как дело доходит до настоящего труда, никто работать не готов. Да еще и руки у всех не из того места растут. То мешок уронят, то телегу сломают. Обложил их штрафами!
– Вы совершенно правы! Неучи и тунеядцы! – Закивала мачеха с таким видом, словно лично проверяла их работу в цеху. – Молодежь сейчас такая… мягкая. Ваша строгость – пример для подражания.
Я медленно пережевывала лист салата, не чувствуя вкуса. По слухам, я знала, что «строгость» Вориана означала крошечную плату, изнурительный труд и условия, от которых любой, кто находился в здравом уме, бежал так, что только пятки сверкали.
– Вот раньше были времена! – продолжал гость, уже слегка разгоряченный алкоголем. – Тогда и дисциплина была. А сейчас… одна надежда на драконов. Ошейник на шею и вперед! Работать от рассвета до заката, пока не помрет.
Я непроизвольно поморщилась от такой жестокости.
– Неужели вам их не жаль? – не выдержав, подала голос, за что сразу получила неодобрительный взгляд от мачехи. – Драконы же наполовину люди.
В зале повисла тишина. Вориан оторвался от бокала и уставился на меня, словно я заговорила на иностранном языке. На его лице проступило выражение откровенного раздражения.
– Жаль? – процедил он. – Девочка, это звери. Умные, сильные, опасные. Они не больше человечны, чем корова или лошадь. Ты же не жалеешь кобылу, которая тащит телегу? Или быка, что пашет землю?
– Но у драконов есть человеческая половина. И есть разум. Они даже говорят на том же языке, что и мы с вами. – Не сдавалась я.
Сестрица выразительно закатила глаза. Мачеха натянуто улыбнулась. Я видела, как подрагивала ее рука. Казалось, будь ее воля, она сейчас бы дала мне хороший подзатыльник. Но всячески сдерживалась перед гостем.
– У них есть инстинкты, – отрезал Вориан. – Как и у других зверей. И как ты можешь сравнивать драконов с людьми? Люди не летают над лесами и не сжигают деревни.
– Но драконы не сжигают деревни, они спокойно живут в своих Диких Землях и никого не трогают.
– Тесса! – вскрикнула мачеха. – Немедленно прекрати говорить ерунду!
– Милочка, – процедил старик. – У меня порядка двадцати драконов. И я, как никто другой, знаю, что они из себя представляют. Это злобные, агрессивные твари. Пусть тебя не вводит в заблуждение их человеческое обличие.
Вивьен подлила гостю еще вина.
– Угощайтесь. И не слушайте ее. Она у нас немножко диковатая. Не понимает элементарных вещей. А вы совершенно правы. Драконы рождены, чтобы стать рабами. Как же хорошо, что у нас после Исчезновения остались артефакты.
Мне же, напротив, казалось, что это очень сомнительное наследие.
Когда-то более трехсот лет назад, наш мир был иным. В нем существовала магия. Легенды гласят, что маги могли лечить смертельные болезни одним прикосновением, а драконы парили в небе, свободные и могучие. Бок о бок с людьми они сражались в великих войнах.
Магия питала механизмы, наполняла артефакты, охраняла города. Но однажды все изменилось.
Никто не знает точно, что произошло. Одни говорят, что был нарушен древний баланс, кто-то сильно исчерпал источники. Другие – что Боги попросту отвернулись от нашего мира.
В любом случае это случилось внезапно. В одну секунду механизмы остановились, а охранные чары спали, породив хаос. Все это назвали Исчезновением. С тех пор прошло три века. Мир давно уже приспособился к иной жизни. Люди вернулись к науке и ручному труду.
Но кое-что от того времени все же осталось – артефакты. Магия каким-то образом сохранилась в предметах. И сейчас эти редкие экземпляры стоили целое состояние.
Самым популярным среди них стал ошейник подчинения, который делал рабом любого, на кого одевался. К счастью, рабство в нашем мире давно было под запретом. Среди людей. А вот драконов за людей не считали. Поэтому их отлавливали в Диких Землях. Там, среди скалистых гор и густых лесов, драконы и скрывались. Те, кому не посчастливилось попасться – становились бесплатной рабочей силой.
Один щелчок, и воля ломалась. Магия артефакта не позволяла ослушаться приказов.
Драконов использовали в самых разных сферах. На фермах они вспахивали огромные участки земли. Один крылатый мог заменить десяток быков. В городах драконы поднимали тяжелые предметы, помогая возводить высотные дома, башни и мосты.
На мой взгляд, самое ужасное заключалось в том, что все как будто забыли, что раньше драконы мирно сосуществовали с людьми. Забыли, что они разумны. Что это не просто звери. Это тоже люди, просто со второй сущностью.
Ужин продолжался под скрип приборов и звяканье бокалов. Воздух в зале был пропитан запахом фазана, пряностями и сладким соусом. И все же аппетита у меня не было.
– Раз уж мы об этом заговорили, вы знали, Вориан, что у нас тоже был ошейник? – продолжила мачеха с невозмутимой улыбкой.
Я замерла. Я знала об ошейники, он уже много лет хранился у нас. Лежал в старой, потертой шкатулке отца. Когда-то папа получил его в подарок от одного высокопоставленного чиновника за оказанную тому услугу.
Но отец так и не воспользовался артефактом. Он, как и я, считал, что это слишком жестоко. Несмотря на внушительную цену артефакта, продавать он его тоже не стал.
«Пусть одним несчастным на этой земле будет меньше», – говорил он.
– Почему же был? – глаза старика блеснули.
– На днях я отдала его ловцам. И сегодня с утра его вернули. Уже на драконе, разумеется. – Вивьен сделала большой глоток вина и продолжила. – Молодой попался, сильный. Грудь широкая, руки как у кузнеца. Зубы все на месте. Я лично проверила. Ну просто жеребец, а не дракон!
Вориан заинтересованно прищурил глаза.
– Я так понимаю, вы готовы его мне продать, Вивьен.
– Разумеется, поэтому и рассказываю вам об этом.
  
– И какая же цена?
– Договоримся, Вориан! – Мачеха попыталась кокетливо заправить прядь волос за ухо. Это получилось нелепо, учитывая подрагивающий желейный подбородок и алчно горящие глаза.
От отвращения к горлу подступила тошнота. Так вот, для чего сегодня этот гость. Вивьен уже не знала, где взять денег, и начала потихоньку распродавать вещи.