Хозяин горы (СИ)

- Я верно понимаю, что нужна операция?
- Да. И я могу начать её прямо сейчас, если получу одобрение, - тут же кивнула Лола, и обратила свой ячный взор на Буруна, который открыл было рот, чтобы согласится, но вдруг снова заговорил Дарк:
- Подожди, друг мой. Давай поговорим.
- О чём здесь можно разговорить? Мой друг в опасности!
Майя тревожно переглянулась с Аминой, словно хотела убедиться, что ей не показалось, и действительно назревал конфликт между черноглазым волком и их медведем.
Нет, не показалось.
Амина тоже выглядела растерянной и смотрела на Бурана так, словно хотела успокоить взглядом. Вот только едва ли он видел и в эту минуту не чувствовал нарастаяющую панику девушек.
А это было ой как не хорошо!
То, что всё предельно серьезно стало ясно еще и по тому, как тут же напрягся Морозный, а следом за ним и волки.
- Парни, полегче, - раздался голос Белого, который по-прежнему был за пилота и сейчас управлял самолетом самостоятельно, - Не забывайте, где вы находитесь, и что рядом с вами люди. Любые вопросы можно решить на земле, когда мы приземлимся.
Это был голос разума и очень верные слова!
И будь ситуация иной, то Буран ни за что не остановился бы.
Потому что когда дикая необузданная кровь берсерка закипает - его ничего уже не способно остановить от сумасшедшей ярости и жажды крови.
Ничего.
Кроме любимой женщины.
Его пары.
Той, ради кого мир крутится и вращается вокруг них.
Поэтому буран медленно моргнул и задержал дыхание, чтобы не дать огню по венам разнестись еще дальше.
Он сосредоточился на том, как дышит его Майя. Как она взволнована и напугана происходящим.
На этом нужно было остановиться здесь и сейчас, чтобы не допустить беды и не приближаться к точке не возврата ни на единый шаг больше.
К тому же, Дарк действительно не имел ввиду ничего плохого.
Он не был настроен воинственно и даже развернул раскрытые ладони к берсерку, словно сдавался, давая этим понять, что он не хочет войны.
- Позволь мне объяснить, Буран. И поделиться своими мыслями на этот счет.
- Давай,- кивнул Буран и опустился прямо на пол возле ног Майи, словно верный пёс, который черпал свой покой и уют только из её присутствия рядом.
- Я ни в коем случае не желаю зла твоему другу, и хочу помочь ему не меньше тебя.
- Даже не смотря на то, что он человек? – чуть прищурился Буран.
- Даже не смотря на это. Люди тоже бывают верными и преданными, хотя и очень редко, - откровенно отозвался Дарк и опустился грациозно в пассажирское кресло, которое стояло напротив медведя, чтобы видеть его лицо во время разговора.
Волк был максимально расслаблен и всем своим видом показывал, что не несет угрозы ни медведям, ни тем более людям, которые находились на борту.
- Лола, скажи, могут ли последствия травм сказаться на общем состоянии пациента даже после операции? Иными словами, есть ли вероятность того, что что-то пойдет не так?
- Такая вероятность есть всегда, - кивнула волчица, которая пока тоже не понимала, к чему именно ведет Дарк.
- Скажи мне, а кровь палача сможет снизить такой риск до минимального предела?
Буран округлил глаза, а Лола, напротив, прищурилась, но пока никто не понимал, к чему ведет хитроумный Дарк.
- Где мы возьмём кровь палачей? – пробасил Морозный, - Эти ребята полубоги, не забывай об этом!
- Разве они не рядом с нами? – чуть изогнул иссиня-черную бровь Дарк, чьи черные глаза призрачно блестели в тусклом свете самолета.
- Это ничего не меняет! То, что они помогают нам - не меняет их позиции и высокого статуса, - упрямо насупился Морозный, - Их кровь уникальна и через чур сильна. Не известно, как она подействует даже на нас! Что уж говорить про человека! Как бы не сделать ему хуже.
Буран нахмурился сильнее, потому что в словах Морозного была правда и железная арктическая логика.
- Для этого у нас есть пара первоклассных врачей и пара человеческих умников, которые знают о мире берсерков и лабораторий предельно много. Они не допустят беды. Но что, если твой друг не просто встанет на ноги и заживёт новой жизнью, но и поможет нам?
 
- Как это?
Дарк чуть подался вперед, глядя в глаза напряженного и пока еще хмурого Бурана, начав явно издалека.
- Сейчас у твоего друга нет пути назад. Если он попал в мир берсерков, то выйти из него живым нет возможности. Он должен будет остаться, как это сделали Алекс и Грант.
Едва ли это был вопрос, но медведь кивнул.
- Да, всё верно. Отныне Булату придется находиться рядом с нами. При чём, хочет он того или нет.
Странно, но сам Буран над этими словами задумался лишь в этот момент.
Он ведь действительно не оставил другу выбора.
Никакого.
В попытках спасти его жизнь, он лишил его свободы и возможности вернуться домой. Оставалось надеяться лишь на то, что когда Булат очнется и встанет на ноги, он сможет понять Бурана и вольется в семью берсерков, словно здесь и был всю жизнь.
Они все вместе вернутся в родную сибирскую тайгу и найдут хорошую девушку Булату, чтобы он зажил полной жизнью и тоже был счастлив и влюблен, как сам Буран.
- Мне нужно еще посоветоваться с Каратом, - снова заговорил Дарк и эти слова не очень понравились медведю, потому что именно Карат был самым хитрым и не предсказуемым из всех берсерков. Да, его нестандартные подходы и чуйка чаще всего помогали семье, но когда это всё было в отношении войны – то это было хорошо. А сейчас это касалось лучшего друга, а потому было очень тревожно!
- Вижу, что это тебя не слишком воодушевляет, - улыбнулся Дарк, наблюдающий за тем, как эмоции сменялись на лице Бурана.
- Да уж. Я всё таки хочу, чтобы с Булатом всё было хорошо.
- С ним всё будет прекрасно, если у нас получится. Я думаю, ты был в горах и не знаешь, что среди берсерков появился новый друг, который теперь живёт рядом с семьей и под её защитой. Его называют Зверь, а сам себя он зовёт Бракованным.
- Не знаю такого, - пробасил Буран.
- Был рожден человеком. Прошел Вторую мировую войну, где и был отобран для эксперимента по созданию зверолюдей.
Дарк говорил что-то ещё, но его слова никак не укладывались в голове Майи.
От услышанного в буквальном смысле вставали волосы дыбом!
Вторая мировая война!
Это же прошло почти восемьдесят лет!
Участников тех событий становилось с каждым годом все меньше и меньше, и видимо этот самый Бракованный был глубоким старцем, который прошел войну, а потом еще и пытки над собой.
Было понятно, что Дарк не особо вдавался в подробности того, что происходило в те времена, да и Майя не была уверена, что хотела бы услышать это.
- Им вживляли органы и ткани берсерков, чтобы установить некую связь. Зверь перестал быть человеком, но и стал берсерком. Но главное здесь другое. Группу мужчин, кто выжил и адаптировался, называли маяками.
- Что это значит?
- Они могли переключать внимание зомбированных беров на себя, и уводить туда, куда было необходимо.
Буран хмурился с каждым услышанным словом всё сильнее, но, по крайней мере, не кидался больше на волка. Он обдумывал услышанное и внимательно смотрел на лицо Дарка, словно пытался увидеть там ответ на главный вопрос – не будет ли это всё ошибкой?
- Я правильно понимаю, что ты хочешь сделать из моего друга такой же маяк для кого-то из нашей семьи, кто побывал в лаборатории?
Волк кивнул.
И добавил приглушенно.
- И не просто для берсерка. А для того, чья сила не соизмерима с нашей. Для палача. Самого сильного и опасного.
Господи, как же было жутко от этих слов, даже если Майя мало что понимала из услышанного.
Лаборатории! Палачи! Опыты! Маяки для зомбированных!
Она только-только привыкла к тому, что её муж не совсем человек, а медведь!
И оказывается, что это было самым простым и безобидным для понимания и принятия!
- Все палачи сильнее нас вместе взятых, - пробурчал Морозный снова.