Хозяин горы (СИ)

- Всё хорошо, братишка, не переживай, - обратился к нему приглушенно Буран, чуть пихнув плечом, пока все взрослые входили друг за другом с подносами, уставленными чаем и сладостями, - Свадьба завтра.
- Как завтра?
- Так. Завтра.
- Так быстро не положено.
- Я договорюсь, - хмыкнул Буран, целиком и полностью уверенный в том, что найдет нужные слова, чтобы убедить дядю Ахмета с этим делом.
Да и потом - какой смысл тянуть, если они все решили?
Решили же?
На самом деле, Булат до последнего не верил, что дядя Ахмет согласится сделать свадьбу прямо завтра, но его огромный друг действительно нашел подход к мужчине и тот дал добро с тяжелым вздохом и после слов Бурана о том, что не забирает их дочь на совсем прям завтра после никах, и она сможет проводить время с семьей столько сколько захочет её душа.
- Я же не монстр и не изверг. Я всё понимаю.
Эти слова еще долго не выходили из головы Майи, когда сваты обо всем договорились между собой и разошлись наконец, но лишь для того, чтобы заняться новыми хлопотами, потому что за ночь нужно было еще много чего переделать, чтобы быть ко всему готовыми.
Впервые их большой и уютный дом гудел так, словно стал в одночасье пчелиным ульем.
Но Майя была не в состоянии думать об этом.
Ей хотелось побыть одной.
С собственными мыслями, в которых всё было так чертовски не радужно.
Уже не было смысла рыдать и проклинать этот день.
Всё случилось так, как случилось.
И на всё была воля Аллаха.
На душу навалилась такая усталость, что и жить не хотелось, и умереть сил не было.
Уснуть тоже не вышло.
Девушка так и лежала, глядя в потолок и гоняя то мысли о будущем, то свое прошлое, где не было ничего светлого и хорошего, кроме тех редких моментов, кода папа был рядом.
В таком состоянии её и нашла мама Зарина, когда заглянула в комнату уже поздно ночью.
- Дочка, как ты?
Майя приподнялась и грустно улыбнулась:
- Даже не знаю, что ответить.
Женщина забралась на кровать и стянула со своей головы платок, чтобы вытянуться рядом со своим ребенком и обнять его.
- Я тоже с вами хочу! - тут же юркнула в комнату сестра Фатьма, которая радостно повалилась на кровать с другой стороны от мамы, чтобы она могла обнять их обеих, а Майя улыбнулась. Впервые только здесь она почувствовала, что значит материнская забота и ласка. А еще искренность.
И как же отчаянно не хотелось с этим прощаться сейчас. Вот прямо завтра.
Мама Зарина гладила Майю по плечу и сначала просто молчала, а потом вдруг улыбнулась и проговорила:
- Знаете, когда ваш папа пришел свататься к моим родителям – я была в полном ужасе от него.
Фатьма недоуменно хихикнула, а Майя удивленно приподняла брови, на что женщина закивала головой и тихо рассмеялась:
- Правда-правда! Мне было шестнадцать и в мои планы совсем не входила женитьба! Тем более на каком-то суровом, мрачном чужаке! На самом деле в той деревне, где я жила, был один парень, который нравился всем. И мне, конечно же, нравился. Каждая из девушек мечтала, что однажды он отправит сватов именно в её дом, и я об этом мечтала тоже. Он был красивый, статный, всегда рассекал в папахе и на своем коне. Мой отец его откровенно не любил и называл павлином, а я злилась из-за этого, но сказать ничего не могла. В молодости глаза видят только внешность, но не видят душу и не смотрят в будущее. Папа всегда говорил, что он не способен и себя-то прокормить, что уж говорить про семью, только если продаст своего коня, на котором красуется. Но он был веселый, обаятельный. А как он пел! Наверное даже горы заслушивались!
Мама коротко усмехнулась и сокрушенно покачала головой.
- Ваш папа мне совсем не понравился. Я всю ночь прорыдала, потому что понимала, что отец согласился на нашу свадьбу и завтра должны были прийти сваты. Ночью даже думала бросить всё и убежать, но совесть не позволила. Не хотела, чтобы из-за моего поступка страдала моя незамужняя младшая сестра и о родителях стали бы плохо говорить. Поэтому я терпела и молчала. Перед днем свадьбы в мою комнату пришел папа, сел рядом и сказал, что в этом мужчине он увидел хорошего мужа для меня и отличного отца для моих детей, потому что он не бросит, не предаст, никогда не обидит, а еще уважает старших и приехал на машине, которую заработал сам, своим потом и кровью. Папа говорил, что этому человеку ему не страшно отдать меня, и когда придет день умирать – он будет спокоен за мою безопасность и жизнь. Он будет знать, что я всегда буду в тепле, что у нас всегда будет еда и одежда, и в доме будет уют. А я слушала и злилась, но почему-то запомнила каждое слово.
 
Женщина снова покачала головой, явно поражаясь самой себе, и поцеловала притихшую Майю в горячий висок, когда продолжила:
- Ваш отец казался мне таким холодным, замкнутым и через чур серьезным. Тогда мне это не нравилось. Но в первый день после свадьбы, когда я лежала в кровати и не хотела вставать - он сам приготовил мне завтрак. Он доил соседскую корову, чтобы сделать мне омлет и сварить чай, и проснулся в пять утра, потому что хотел привезти из соседнего аула горячий свежий хлеб. Всё это я поняла только спустя несколько лет жизни с ним. Мы объехали с ним пол мира, и я видела то, что другим девочкам из моего аула даже не снилось! Куда бы мы не ехали я видела, что мой муж относится с уважением к пожилым, а люди отвечают ему добром и искренностью. Его любят, его уважают, к его словам прислушиваются. И всегда у меня было всё, что бы только я не захотела. Как-то мы приехали в Домбай, было очень жарко, и я захотела мороженное. Ваш папа пошел за ним, и когда шел обратно - я сидела на скамейке и впервые подумала какой же красивый у меня муж. Какой он правильный и как же я им горжусь! С тех пор я часто вспоминала слова своего отца, и была ему благодарна за то, что он выбрал мне именно такого мужа. В самые тяжелые времена мне был не страшно, потому что я точно знала, что мой Ахмат решит любой вопрос. Так было всегда и всегда будет. Очень важно видеть этот душевный свет и сталь внутри, которая не даст сломаться и станет крепкой основой для создания новой семьи. А любовь она вырастает из ежедневного труда, из благодарности своему супругу за его верность, за его заботу, за руку, которая всегда будет держать твою, чтобы вокруг вас не происходило. Послушай меня, дочка, - мама Зарина взяла ладонь притихшей Майи и поцеловала её, положив затем на свое лицо, - Верь интуиции своего отца и моему сердцу! Этот мужчина – хороший. У него добрые глаза и большое отважное сердце. Он станет тебе верным мужем и хорошим отцом для твоих детей. Просто поверь нашему с папой жизненному опыту и ничего не бойся! Мы всегда будем рядом с тобой, а наш дом навсегда останется твоим домом! Хорошо, родная?
- Хорошо, - кивнула Майя в ответ и прижалась к женщине, которая обнимала двумя руками своих дочек.
Стало ли Майе легче от услышанного?
Нет. Ни сколько.
Она просто знала только одно - это был её крест, и теперь его нужно будет нести до конца дней.
Или того момента, пока их скоротечный брак не распадется по какой-нибудь причине.
То, что этих причин будет тьма, девушка почему-то не сомневалась.
Начать хотя бы с того, что она будет не единственной женой.
Впрочем, к утра Майя уже думала о том, что это не так уж и плохо, потому что на роль любимой и единственной она не собиралась претендовать, а вот готовить, убирать – это всегда с радостью! Идеальны вариантом было бы, чтобы первая жена ублажала и развлекала мужа, а сама Майя бы спокойно жила на новом месте и желательно в глаза не видела своего мужа, каким бы там хорошим он не был по мнению родителей!
Именно с этими мыслями она собиралась рано утром на собственную свадьбу - холодная, отрешенная, но готовая к новой жизни в других условиях, которые девушка совсем не ждала.
******************** Буран так не нервничал в свою первую свадьбу.