Мир лабиринта и костей (СИ)

Омагой управлял король великанов Киллиан из рода Дасмальто, и ни одно решение в пределах дворца не принималось без его согласия. Однако он почти не обращал на них внимания, предпочитая уделять время Фортинбрасу, Стелле и Клаудии, а также Гилберту, который до сих пор держался как можно дальше от всех и делал вид, будто он прекрасно понимает, что происходит. Джонатан также знал, что его ужасно злила ограниченность в перемещении — некоторые залы и коридоры были закрыты для них, у других дежурили стражники, которые всегда были готовы проводить их обратно. Даже к Стефану, хорошо известному в Омаге, относились так же. Неприкосновенность была только у Пайпер, которая, как прекрасно видел Джонатан, разрывалась, не представляя, за какое дело лучше взяться.
— Киллиан пообещал, что никто вам не навредит, — в который раз повторила Пайпер, крепко держа его под руку.
— У меня создалось впечатление, будто ему нет до нас никакого дела.
— Это неправда. Киллиан просто сложный. Немного. О, кажется, мы свернули к конюшням. Давай обратно.
Джонатан, вообще-то, не рвался на экскурсию, но быстро понял, что таким образом Пайпер хочет немного успокоиться. Когда Клаудия и Джинн, один из их союзников, вернулись из города, они что-то очень долго и яростно обсуждали за закрытыми дверями, а Пайпер так и не решилась к ним присоединиться. Теперь Фортинбрас и Киллиан где-то пропадали, Гилберт был под присмотром Стефана и Марселин, — они негласно решили на всякий случай быть рядом, чтобы предотвратить очередной конфликт, — а Николас и Кит составляли компанию Твайле, которая второй день отсиживалась в своей комнате. Где была Стелла, Джонатан понятия не имел.
— Ты ему доверяешь? — осторожно спросил он.
Джонатан знал, что за ними постоянно следят. Слуги, которые то и дело проходят мимо, стражники, случайные гости, мелкие драу. Даже сигилы были созданы таким образом, чтобы следить за каждым из них.
— Ты не называешь его королём, — напомнил Джонатан, когда Пайпер так ничего и не ответила.
Она нахмурилась, непонимающе уставившись на него.
— Ну-у… Да. Зачем? Он дядя Фортинбраса и Гилберта. К тому же, он сам не в восторге от того, что является королём.
— Да, конечно. Дядя Фортинбраса, — многозначительно добавил он.
Пайпер громко фыркнула.
— Только не начинай.
— Я и не начинаю. Но как искатель и уж тем более глава Ордена, позволь рассказать тебе несколько слухов, которые я собрал.
— Каким образом? — удивилась Пайпер, рассеянным взмахом руки поприветствовав какую-то женщину, прошмыгнувшую мимо них. Джонатан даже не успел рассмотреть, кто это был, а ведь Пайпер знакомила его с каждым, кого знала лично.
— Я искатель, — повторил он, посмотрев на неё сверху вниз, — и я всегда смогу собрать нужную информацию. Так вот, впервые ты попала в Омагу через портал, затем столкнулась с Катоном Беспощадным, вождём Дикой Охоты, который поначалу принял тебя за любовницу Третьего.
Пайпер прыснула от смеха.
— Ну?
— Что — ну? — посмеиваясь, уточнила она.
— Брось, я не такой уж и старик, чтобы не замечать очевидного.
— Тоже считаешь, что Гилберту тут тошно?
— Мы говорим не о Гилберте.
— И какой ты после этого друг? — сокрушённо прошептала Пайпер, покачав головой.
— Почему во дворце болтают о том, что ты любовница Фортинбраса?
— Потому что Катон псих! — выпалила она, сильнее сжав предплечье Джонатана. — Он лишь заботился обо мне, потому что я была не приспособлена к этому миру.
— Катон? — не понял Джонатан.
— Фортинбрас!
— И как это связано со слухами о том, что ты…
— Боги, никак! — Пайпер остановилась, отпустив его руку, и зло уставилась на него. — Что на тебя нашло?
— Я не хочу слышать о том, будто тебя считают чьей-то любовницей!
Пайпер недоверчиво сощурилась и сказала:
— Осталась одна попытка.
Джонатан провёл ладонями по лицу. Разговаривать с Пайпер о парнях никогда не было испытанием: в конце концов, именно он учил её бить точно в горло в том случае, если от неё никак не отстанут. И он же гордился ей едва не больше всех, когда Пайпер подралась со своим первым парнем, с которым встречалась всего месяц: тот очень грубо пошутил про Лиз, их общую одноклассницу, и пытался её поцеловать. Дэниел тогда долго разбирался с тем, кому следует оплачивать лечение парня, пока Джонатан искренне восхищался Пайпер, которая не побоялась сломать нос и получить выговор от администрации школы, а также остранение на два месяца.
 
Пайпер могла за себя постоять. Особенно теперь, когда у неё была магия Лерайе, которая буквально делала её сильнее. Джонатан сомневался, что Пайпер позволит кому-либо распускать грязные слухи о ней или думать, будто её можно использовать. Она скорее прижмёт этих людей к стенке и будет очень долго описывать, как можно сломать хребет. Пожалуй, единственный плюс того, что Лео любит страшные фильмы.
— Я волнуюсь, — признался Джонатан, обречённо вздохнув. — Очень сильно волнуюсь. Я стараюсь поверить Фортинбрасу, потому что ему веришь ты, но это сложно. Я понятия не имею, что между вами происходит, и меня это бесит! Я хочу быть уверенным, что он не пытается использовать тебя. Что он, в конце концов, не разобьёт тебе сердце!
Кажется, Джонатан перегнул палку. Пайпер смотрела на него, как на сумасшедшего, не менее минуты. Но после она вдруг напряжённо рассмеялась и даже замахала руками, будто пыталась отогнать его слова.
— Мы сальваторы, — выдавила она сквозь смех. — И мы одной магии, но это не значит, что у нас бурный роман.
— На суде ты сказала, что веришь ему и веришь в него.
Пайпер рассмеялась ещё громче.
— Это что-то типа нашей коронной фразы! Мы друзья, не более. Как и с Николасом.
— Упаси Господь тебе целоваться с Николасом, — протараторил Джонатан.
— Я не целовалась с Фортинбрасом, — жёстко возразила Пайпер.
— На коронации Джулиана, когда вы оба исчезли.
— Это неправда! Так можно сказать про кого угодно.
— У него на губах была твоя помада.
— Ты что, рассматривал его губы?
— Я наблюдательный! И неужели ты думаешь, что я бы не понял, что он не сразу открыл дверь? К тому же Стефан потом сказал, что от него пахло твоими духами.
— Фу, вы все старые извращенцы! Не нюхайте меня!
Нахмурившись, Пайпер грозно сложила руки на груди и отступила на шаг. Джонатан ущипнул себя за переносицу.
— Пайпер, пожалуйста, — устало произнёс он. — Если он тебе нравится, просто скажи мне об этом.
— Чтобы ты запугал его и потребовал не приближаться ко мне?
Немного подумав, Джонатан ответил:
— Это вторая часть плана.
— Тебе не кажется, что ты переигрываешь? В прошлый раз тебя не интересовало, кто мне нравится.
— Сравнила обычного землянина и Третьего сальватора. Я и вправду беспокоюсь, Пайпер. Пожалуйста, скажи мне, что он тебе не нравится.
Джонатан придерживался принципа никогда не лезть в личную жизнь племянников и Кита в том числе, однако в данном случае без этого было никак. Речь шла о сальваторе, которому не доверяли, но от которого зависело слишком многое. Джонатан лишь хотел знать достаточно информации и быть уверенным, что Пайпер понимает, с кем лучше не связываться. Может, ей нужна помощь, о которой она просто боится попросить, но теперь, когда Джонатан первым начал разговор…
— Не могу, — тихо произнесла Пайпер, нервно улыбаясь. — Кажется, он мне нравится.
Джонатан на секунду зажмурился, пытаясь убедить себя, что это неправда.
— Может быть. Вероятность в пятьдесят процентов. Я не уверена, потому что он, вообще-то, сильно травмирован из-за Вторжения и не понимает, что происходит и…
— И ты считаешь, что можешь помочь ему? Пайпс, — продолжил он тут же, не позволяя ей даже слова вставить. — Кому-то просто нельзя помочь.
— Во-первых, мы сальваторы, — повторила она, особой интонацией выделив каждое из слов. — Во-вторых, мы одной магии. В-третьих, я знаю, что делать.
— Правда?