Дайсё-ян. Книга первая (СИ)
- У меня проблема.
Девушка - само внимание.
- Маша, кажется, у меня посттравматический синдром. Мне стали до отвращения неприятны прикосновения людей. Это очень странно, потому что, в прошлый раз, такого эффекта не было.
Вываливаю на Марию всё разом. Жду, что ответит. Маша, вот умничка, замечает мою оговорку, и тут же пристаёт с расспросами.
- Это не первый случай, когда к тебе приставали? Почему ты молчала? Что произошло, и кто это был?
Глаза девушки темнеют от гнева, и я начинаю жалеть о том, что сболтнул лишнее. Но, сказал «А», говори «Б», поэтому, пересказываю ей историю своего похода в клуб с ДжуВоном.
- Можешь описать его?
«Кажется, девушка всерьёз вознамерилась добраться до моего обидчика» - решаю я, разглядывая её обеспокоенное лицо. - «А какого лешего? Если она сможет найти того солдафона, пусть и поквитается с ним. Если так хочется. Может быть, научит уважать чужую жизнь?»
Перед мысленным взором всплывает «последний танец» и мне становится дурно. Еле сдерживаю очередной спазм.
- Маша, обещай мне, что не причинишь ему вреда, как тем двоим.
Девушка мотает головой в неопределённом жесте.
- Я поговорю с ним. Думаю, этого будет достаточно. - заверяет она меня в мирности своих намерений. Делаю вид что поверил и составляю словесный портрет, периодически содрогаясь от подсовываемых памятью изображений мерзкой рожи.
- Карл, составь фоторобот, пожалуйста, со слов ЮнМи, и проведи по нему поиск.
«Всё, что вы скажите, будет записано и использовано против вас» - успеваю я вспомнить, и немного скорректировать известную фразу из полицейских фильмов, прежде чем, передо мной, в полный рост, возникает фигура в солдатской форме. Фигура медленно вращается вокруг своей оси, как в какой-нибудь компьютерной игре, при выборе персонажа. Только, представший передо мной персонаж - отрицательный. Над правым плечом фигуры высвечивается текстовое окошко - сводная информация по подозреваемому.
Разглядываю получившееся изображение, а в памяти всплывают подробности произошедшего. Как ДжуВон предложил разыграть своих друзей, как провёл меня в клуб, и как я, впервые столкнулся с этим американцем. Пьяным и беззаботным.
Перевожу взгляд с лица на сводную таблицу, читаю: имя, фамилия, род занятий. Женат, двое детей. Самому младшему недавно исполнилось два года…
- Это не он. - мотаю я головой в отрицательном жесте. - Не похож.
Маша с укоризной смотрит на меня, но возмущаться не спешит. И правильно делает. Не её это дело.
Сформированное компьютером изображение гаснет.
- Позволь, я помогу тебе справиться с волосами. Если будет неприятно, скажи. - обращается ко мне Маша. Поворачиваюсь лицом к зеркалу, смотрю на её тройное отражение в трельяже. На три пары безумно красивых, изумрудного цвета, глаз девушки.
«Одна Мария поднимет мёртвого. А три - уговорят Юркина отдаться в их заботливые руки» - со вздохом принимаю я неизбежное. Киваю. Её отражения улыбаются мне в ответ - тройное удовольствие.
Девушка подходит вплотную, и, ухватившись за спинку кресла, в котором сижу, начинает медленно его вращать в разные стороны, оценивая размер причинённого ущерба. При этом, она в задумчивости покусывает нижнюю губу.
- Ты сейчас на русалку похожа. Тины не хватает и хвоста. - выносит она заключение увиденному. - Признавайся, из какого водоёма сбежала?
- Имени Тебя. - возвращаю ей «комплимент».
- Ладно, русалка, давай посмотрим, что тут можно сделать. Маша осторожно берётся за ручку застрявшей в моих волосах щётки и принимается выпутывать её, при этом, стараясь не касаться руками моей головы. А я зависаю на русалке.
В мифологии этого мира они существуют. Только, сказок, аналогичных тем, что написаны на моей земле, нет. Здесь, русалки изображаются в виде демонических персонажей, подобно сиренам, завлекающие неосторожных рыбаков в пучину морскую. В общем, ими пугают детей.
«Пожалуй, переложить сюжет «Русалочки», преподнеся её в качестве положительного персонажа, может оказаться не такой уж и плохой идеей. Особенно, если, в дальнейшем, удастся её экранизировать» - решаю я, наблюдая, как Маша извлекает расчёску из моих волос.
- Готово. - сообщает мне результат своих изысканий, девушка, демонстрируя щётку, на которой практически не осталось моей шевелюры, после извлечения. - Теперь, давай попробуем привести тебя в порядок.
Она откладывает щётку в сторону и извлекает из ящика стола деревянный гребешок. Кладёт его рядом со щёткой и аккуратно прикасается своими пальцами к голове ЮнМи, перебирая пряди волос в попытке найти наименее пострадавший участок.
Надолго меня не хватает.
- Маша, хватит. - прошу я девушку, подаваясь на стуле вперёд, и отстраняясь от её рук. Прикосновения девушки вызывают у меня настолько сильное отвращение, что я еле удерживаюсь, чтобы не распрощаться с выпитой накануне водой. Чувствую, как лоб покрывается испариной, и меня начинает знобить.
Маша разворачивает меня вместе со стулом лицом к себе, заглядывает в глаза.
- Настолько всё плохо? - с ощутимым беспокойством интересуется она.
Киваю.
- Может, позвать кого-нибудь из прислуги? Пусть попробуют тебя расчесать.
Представляю себе чужие руки на своей голове и тут уже не выдерживаю. Сильный спазм сдавливает мой желудок, выплёскивая его небогатое содержимое наружу. Прямо на колени девушки.
- Понятно. - констатирует она, разглядывая свои промокшие ноги. - Я сама тебя расчешу. Постараюсь без прикосновений. Только схожу, ополоснусь и халат сменю. А ты, лучше, приляг.
- Всё в порядке. - успокаиваю я девушку. - Больше не повторится.
Совсем избежать касаний ей не удаётся, но реагирую на них уже не так бурно. Сижу, стиснув зубы и покрывшись потом, стоически жду, когда Маша закончит экзекуцию. Чтобы как-то отвлечься, напрягаю мозги, в попытке включить новый скилл, подаренный богиней. Когда, с Металликой не получается, переключаюсь на что попроще - на Мадонну. Тоже, безрезультатно.
«Видимо, нужно ждать золотых искорок» - делаю я предположение, исходя из предыдущего опыта появления своих навыков. - «А сразу предоставить дар к пользованию, богине, наверное, религия не позволяет? Зачем так усложнять?»
Кручусь под неосторожными движениями расчёсывающей меня девушки, уклоняюсь от прикосновений её пальцев, когда та, разбирает волосы ЮнМи на прядки. Вспоминаю СонЁн. Как кайфовал от касаний её нежных пальцев, массирующих кожу на моей голове.
«Думаю, не случись со мной эта оказия, от Машиных прикосновений я бы кайфанул ещё больше» - решаю, сравнив действия двух девушек. - «Маша, гораздо заботливее и нежнее. Делает всё без корысти»
«Бескорыстная» девушка, тем временем, не подозревая о моих мыслях, роется в ящиках стола, а найдя искомое, хмыкает, извлекая на свет ножницы.
- Может не надо? - опасливо косясь на «два конца, два кольца…» в руках девушки, подаю я голос. Сама того не ведая, Маша отвечает классической фразой.
- Надо Юна, надо.
И лязгает ими несколько раз возле самого моего уха.
Рефлекторно дёргаюсь, чуть было не свалившись со стула. Маша же, - «Вот зараза!» - задорно смеётся.
- Что, страшно? - продолжает она меня стращать, ещё несколько раз, для острастки, лязгнув ножницами. Потом, ей надоедает дурачиться, и перейдя на серьёзный тон, она произносит:
- Сядь прямо, я подровняю тебе волосы.
Послушно выпрямляюсь в кресле. Маша, с уже знакомым мне выражением экспериментаторши на милом личике, принимается увлечённо кромсать волосы ЮнМи, пытаясь изобразить что-то вроде карэ. Внимательно наблюдаю за мельтешением ножниц вокруг своей головы, и, неожиданно, понимаю - девушка знает что делает. Из неопрятных косм, после «знакомства» с расчёской и ножницами, в чутких, Машиных руках, моя причёска обретает нормальный вид.
Маша вздыхает, откладывая ножницы.
- Жаль, накрылся наш поход в СПА. Мои девчонки в два счёта бы из тебя человека сделали.