Крылья зла (ЛП)

Шок пронесся по моему телу, теплая кровь прилила к рукам.
— Хантир. — Он вытянул руки, словно подбираясь к дикому животному.
— Лэнсон, помоги мне.
Что он делает? Почему он не помогает мне? Я смутно осознавала, что Эспек пнул рукоятку моего сломанного клинка и выбежал со двора.
Смутно осознавала, что с лица Лэнсона стекает ужас.
— Лэнсон, — повторила я, едва переводя дыхание. Черти, я ведь говорила вслух, не так ли?
  
— Я не могу этого сделать, — выдохнул Лэнсон, уперев руки в бока и отступая назад, словно я была диким, бешеным вампиром, готовым наброситься на него.
А не истекающей кровью девушкой, которой нужна помощь.
Каждое движение причиняло боль. Я попыталась встать, но рана в торсе свела мышцы.
— Помоги мне! Мне нужно попасть в свою комнату. Мне нужно остановить кровотечение!
Он покачал головой. — Ты убила его, не так ли? Ты действительно убийца, как ты и говорила.
Я рассмеялась. На самом деле рассмеялась.
— Ты меня пугаешь, Хантир.
Я перестала смеяться ровно настолько, чтобы увидеть ужас на его лице. — Лэнсон, — выдохнула я, умоляя. — Я теряю слишком много крови. Мне нужна твоя помощь.
Я знала, как выглядит паника. Я слишком часто видела это, когда Лорд приводил в Фантом новых стажеров.
Широко раскрытые глаза, открытый рот.
Я точно знала, что творится в голове у Лэнсона.
У меня перед глазами все поплыло. Мое тело упало в траву.
— Прости, — зашипел Лэнсон, медленно отступая от меня. — Прости, прости меня. Мне нужно попасть в Золотой город, Хантир. Если директриса узнает, что это ты… я не могу… я не могу этого сделать.
— Лэнсон!
— Прости!
Что за хрень? Это действительно происходит? Лэнсон отступил еще дальше, едва не споткнувшись о собственные ноги, и бросил на меня взгляд, в котором чувствовалось что-то вроде предательства и отвращения.
У меня перед глазами снова все поплыло; темные туннели угрожали моему зрению.
Я теряла слишком много крови. Конечности онемели, в груди похолодело.
Я была слишком растеряна, чтобы спорить, пока Лэнсон бежал прочь, слишком напуганный темным чудовищем, представшим перед ним. Напуганный тем, что он видел во мне.
Когда мои глаза закрылись, я не стала сопротивляться.
Глава 21
Я пыталась — даже молила богиню — добраться до этой двери.
Я не знала, сколько прошло времени, я знала только, что все мое тело говорит мне продолжать двигаться, продолжать ползти.
Я была так близко, всего в нескольких футах. Но темнота окутывала мое зрение, приветливая и прохладная. Я вдруг не смогла вспомнить, когда в последний раз спала, когда в последний раз расслаблялась, когда в последний раз сдавалась. Как хорошо было бы отдаться этой тьме, перестать бороться, хотя бы раз.
Сдаться. Какая странная, чуждая мысль.
Я перестала ползти, конечности болели, кровь капала, и я сдалась.
Но споры с ним только злили его еще больше.
Руки тряслись, ноги подкашивались. Лорд стоял позади меня и наблюдал, ожидая моего следующего шага.
Это было мое первое убийство.
Лорд сказал мне, что я готова, прежде чем привел меня сюда. Я никогда не путешествовала так далеко за пределы Мидгрейва. Я не чувствовала себя готовой, но он знал больше, чем я. Если он считал, что я достаточно сильна, чтобы убить вампира, я могла ему доверять.
Кроме того, мне было тринадцать лет. Пора было научиться защищать Мидгрейв так же, как и другие Фантомы. Я не был просто ребенком, который таится в тени и следит за каждым шагом. Я была бойцом.
Убийцей.
— Ты должна быть быстрой, — прошептал Лорд позади меня. Его слова были резкими и яростными, а голос прорезал ночной морозный воздух, словно меч. — Если ты будешь медлить хотя бы мгновение, это убьет тебя. Я не помогу тебе, Хантир. Ты должна сделать это сама.
Я сжала челюсти и поборола мысли, которые нахлынули на меня — мысли, которые говорили мне, что я недостаточно хороша. Недостаточно быстра. Недостаточно сильна.
Эти мысли были бесполезны. Я была таким же хорошим бойцом, как и остальные Фантомы, а к тому времени, когда я достигну их возраста, я стану еще лучше.
Я стану лучшей.
Я услышала вампира раньше, чем увидела его. Мне будут сниться кошмары о наполовину булькающих, мерзких звуках, которые доносились изо рта существа, когда оно приближалось ко мне.
Сердце колотилось так быстро, что мне казалось, я умру в любую секунду.
Мой маленький нож казался слишком тяжелым в потной руке.
— Сосредоточься, — шипел Лорд позади меня. — Не разочаруй меня, дитя.
Я моргнула, когда вампир снова зашагал вперед, двигаясь быстрее, чем я ожидала. Конечно, я и раньше видела вампиров, но никогда так… близко.
Никогда, когда между нами не было ничего, кроме моего ножа.
Я подняла лезвие над головой, готовая пронзить грудь существа, если оно сделает еще один шаг.
— Сейчас! — крикнул Лорд позади меня.
Я не думала. Не колебалась. С криком я прыгнула вперед и вонзила клинок в грудь голодного, отвратительного вампира, пронзив его сердце, как учил меня Лорд.
Лезвие рассекло разлагающееся тело с такой легкостью, что я подумала, что промахнулась мимо сердца.
Но через несколько мгновений тварь рухнула на землю.
И я наконец перевела дух, вытаскивая оружие из мертвого тела.
— Очень хорошо, — похвалил Лорд у меня за спиной. Этих двух слов было достаточно, чтобы весь мой мир воспламенился. — Сделай это еще раз.
Глава 22
Кто-то поднял меня с пола.
Крепкие и сильные руки обхватили мое тело.
Это был он. Вульф.
— Не умирай, мать твою, — прошептал он. Не один раз, как я поняла, а снова и снова. Как будто эти слова могли мне помочь. Как будто они могли вытеснить тьму.
Я снова закрыла глаза, прислонив тяжелую голову к его груди.
— Черт возьми, Хантир, — пробормотал он, пинком открывая дверь и занося меня в спальню.
Я смутно почувствовала, как он укладывает меня на кровать. Еще больше я поняла, что он обшаривает мое тело руками, несомненно, в поисках источника крови.
Он не стал медлить, даже не стал тратить время на то, чтобы поднять мое платье над головой. Он сорвал его, оставив меня в нагрудной повязке, вытирая кровь, и, наконец, определил источник, произнося под нос ругательства.
— Ты теряешь слишком много крови. — Он звучал еще злее, чем обычно.
Его теплые руки прижались к моему торсу над глубокой раной.
— Что, черт возьми, произошло? Кто это с тобой сделал?
Я пыталась рассказать ему, пыталась вспомнить. Но мой мозг был так затуманен, мое сознание было таким…
— Нет, — прорычал он, усаживая меня на кровать так, чтобы одной рукой давить на мой торс, а другой наклоняясь, чтобы встретиться с моими глазами. — Ты не можешь умереть. Ты не можешь позволить им победить. Ты понимаешь меня? Если ты закроешь глаза, я убью тебя на хрен. А теперь сосредоточься, Хантир. Скажи мне, кто к тебе прикасался. Это был Лэнсон?
Думай, Хантир, думай.
Я вспомнила бал, танцы, драку.
Его.
Лэнсон был таким другим, таким… таким холодным.
А Эспек даже не моргнул, когда вонзил в меня свой клинок, оставив умирать.
В груди защемило, на глаза навернулись глупые слезы. Как я могла быть такой наивной?
  
Вульф изучал мое лицо, ожидая, что я скажу. Но мне не нужно было этого делать. Я никогда не умела хорошо скрывать свои эмоции.
Выражение лица Вульфа смягчилось, затем его глаза потемнели от гнева.
— Он умрет за это, — сказал Вульф, вернув свое внимание к моей ране и покачав головой. — Я должен был убить этого ублюдка давным-давно.