Неприятности из пробирки (СИ)

– Ты пойми, я действительно хочу быть с тобой, Диана, – с толикой сожаления произнес он и выпрямился, настраиваясь на явно сложные для него слова. – Сама же знаешь, мы будем идеальной парой…
Мужчина взял мою руку в свои и начал поглаживать ее. А я все ждала, когда же появится «но». И интонация Игоря подсказывала, что оно непременно последует.
– Но ты должна сделать аборт.
  
Если бы он меня ударил, было бы менее больно. Я отшатнулась от бывшего, как от прокаженного. Где-то рядом послышалось глухое рычание, и тут же из ближайших кустов ракетой вылетел Хам. Я не стала даже пытаться помочь Игорю – после его слов он просто умер для меня. Тут никакими нежностями уже не поможешь.
Словно во сне, я обошла беснующегося на спине мужчины кота, открыла тяжелую дверь подъезда и вяло побрела наверх. Настроение было мрачнее тучи. Около двери своей квартиры я остановилась и задумалась: хочу ли видеть сейчас дракона? Ответ был отрицательным. Казалось, даже попадись мне под руку чешуйчатый в своем истинном обличье, я все равно не сдержалась бы и наговорила много гадостей. По сути, и один, и второй – оба мужчины хотели так или иначе лишить меня моего ребенка. Рука легла на живот. Не отдам!
Я решительно развернулась и пошла вниз. Через закрытую дверь подъезда на первом этаже еще доносились крики Игоря. Ну сколько можно? За такое время чудик мог бы и прогнать его.
Тихо высунув нос из маленькой щелочки, я тут же распахнула дверь. Игорь убегал, сверкая пятками, в сторону стоянки, а Хам гарцевал на его спине, словно рыцарь на боевом скакуне. Как тут не улыбнуться? В другой ситуации проснулась бы жалость к бывшему, но не сейчас, не после его ужасных слов. Так ему и надо!
В животе требовательно заурчало. Вот вечно от нервов есть хочется! Проверив карманы на предмет кошелька, я порадовалась своей давней привычке: никогда не выходить из дома без карточки, телефона и, само собой разумеющееся, ключей. Почему-то присутствовала уверенность, что преследователи сегодня больше не появятся. Однако я то и дело оглядывалась по сторонам, пока шла к небольшому магазину за углом.
Витрина с выпечкой увлекла. Рот наполнился слюной от желания попробовать всю эту красоту. Я выбрала ореховый торт, но вовремя вспомнила грустные глаза дракона. Интересно, почему у него такая реакция на орехи? И тут в голову пришла ужасная догадка: а вдруг и мой ребенок страдает такой же смертельной аллергией? Покачав головой, я взяла булочку со сгущенкой и, подумав, прихватила несколько трубочек с воздушным белым кремом. Как раз к чаю, заедать нервное напряжение. Расплатившись за покупки, я вышла из магазина.
Над головой пролетела серая птица, кажется, горлица. С соседнего дерева кто-то глухо ухнул. Все же лето – прекрасное время года. Глядя на верхушки деревьев, я совершенно забыла о том, что иногда все же стоит смотреть на дорогу и споткнулась, зацепившись за что-то мягкое.
– Смотри под ноги! – буркнуло снизу.
Хам! Вечно он не вовремя! Я взмахнула руками, кое-как удерживая пошатнувшееся равновесие, и злобно сверкнула глазами в сторону чудика. Черная наглая морда даже не пошевелилась. Теперь моему спокойствию точно пришел конец. Едва успокоившееся раздражение пробудилось с новой силой, напрочь лишая меня желания вообще идти домой.
– Можешь не подмазываться, все равно еду не дам! – прижимая к себе пакет с выпечкой, пригрозила я коту.
Тот лишь дернул ухом и молча зашагал рядом со мной. Молча! И это завело еще сильнее.
– Доволен своей выходкой?
– Ага. И сама ты желала того же самого, – ответил Хам, не поворачиваясь ко мне.
Тут аргументов у меня не нашлось. Я ускорила шаг, неистово желая выгнать сейчас из своей квартиры и его, и загадочного мужчину. Чтобы неповадно было! И только на подходе к дому появилось желание выведать что-нибудь о драконе.
– Он все еще там? – спросила я все же у Хама, кивком головы указав на дверь.
– Когда уходил, Арр был дома.
– Хм…
– Я ему сказал, чтобы он к тебе не лез, дал тебе время остыть… – зачем-то уточнил кот.
– Психологом решил подработать? – спросила я, неторопливо поднимаясь на свой этаж.
– Если будешь платить кормом, то я не против, – нагло заявил Хам, в два прыжка оказавшись у нужной двери.
Все-таки домой идти не хотелось. Вместо так необходимой прогулки после неожиданно открывшейся информации о драконе получился забег с препятствиями, впрочем, как и все в моей жизни. Я посмотрела в наглые глаза кота, проигнорировав его недвусмысленные намеки, и молча открыла дверь.
– Ди не трогать, она еще злая! – закричал во все горло Хам, шустро заскочив внутрь передо мной.
Я так и застыла на пороге. Гад четырехлапый! Своими словами он лишь усилил мою закипающую с новой силой злость. Мохнатое чудовище!
Но в квартиру зайти пришлось. Я не сразу покинула коридор, еще боролась с собой, приказывала себе успокоиться и собраться с мыслями. Не помогло. И стоило найти дракона на диване, как все ругательства застряли в горле. Мужчина усиленно делал вид, будто ему не интересно мое возвращение. Он бездумно уставился в экран включенного телевизора и не мигая смотрел в одну точку. Зачем выплескивать на него скопившийся негатив? Я не могла позволить себе очередной скандал. Не сейчас. Малышу нужна здоровая и спокойная мать, а не глупая истеричка.
Молча продефилировав мимо Арруана, я прошла в кухню. Чайник, вода, плита. Процесс приготовления чая был отточен до автоматизма. С мерзким шуршанием пакета я вытащила на тарелку сладкую выпечку, намеренно выкладывая ее красивым кружочком. Лишь бы не поднимать голову. Лишь бы не видеть присутствующих чужаков из другого мира.
Молчание кота и мужчины раздражало все сильнее. Мысленно ругая себя, непрошеных гостей, свои гормоны, что раскачивали мои эмоциональные качели настоящим «солнышком», я со злостью поставила тарелку на столешницу. Звон разлетевшейся на две ровные половинки посуды остудил пыл.
– Гадство!
А вот и качели: вместо желания убить все живое мне захотелось сесть на пол и зарыдать. Подавив первый всхлип, я побрела в сторону балкона.
– Все хорошо? – спросил дракон, но Хам тут же зашипел на него:
– Молчи! Не трогай ее!
Помощничек нашелся! Мне самой было трудно определиться с собственными желаниями, выбрать, чего хотелось больше: тишины или поддержки. Выйдя на балкон, я вдохнула полной грудью свежий воздух и прикрыла глаза. Новый всхлип оборвался резким «Ой!». Теплые ладони опустились на мои плечи, а у самого уха прозвучало тихое:
– Чш-ш-ш…
Я дернулась, пытаясь вырваться из неожиданной ловушки, но сделала только хуже. Мужчина прижал мою спину к своей груди и крепко зафиксировал положение, опустив руки на мой живот. Ребенок тут же среагировал, послав сигнал… отцу? Нет, я все еще отказывалась верить в это.
Внезапно пришло осознание, насколько мне не хватало простого человеческого тепла, чувства защищенности, заботы… Из груди вырвался новый судорожный вздох.
– Прости, что снова напугал тебя.
Приятный тембр дракона успокаивал оголенные нервы. Он словно не просто беседовал со мной, а гипнотизировал, настраивая на нужный лад. Еще пара таких фраз – и можно будет забыть о накопившихся гневе, недоумении, растерянности, страхе, навалившихся разом в один день.
Резкая трель телефонного звонка вырвала меня из дурмана. Развернувшись, я ткнулась носом прямо в широкую мужскую грудь.
– Пропусти. – Внезапно севший голос показался чужим.
Дракон молча отстранился, позволяя пройти к разрывающемуся телефону. А тот лежал на столешнице и крутился по покрытию, сопровождая мелодию сильной вибрацией.
– Да? – сказала я, приняв вызов.
– Диана Алексеева? Это Валентин Валерьевич. У меня для вас есть интересные новости.
– Слушаю, – выдохнула я в трубку, посмотрев на дракона.
Он неотрывно следил за мной взглядом золотистых глаз. Они изменили цвет? Раньше, если память не подводит, они были карими.
– Всплыла интереснейшая подробность вашего увольнения. Запись о нем датируется тремя месяцами назад… Вы понимаете, что это значит?