Неприятности из пробирки (СИ)

– Да, – довольно протянула она и начала расписывать, какой он хороший, сколько у него заслуг и как мастерски расправляется со всеми делами.
По окончании разговора у меня был записан его номер телефона, а в ушах еще стояли отголоски многочисленных заверений, что подруга обо всем договорится, и даже появилась лукавая улыбка на лице. Возможно, следовало сразу надавить на начальницу. А я снова сделала ошибку, повела себя как бедная овечка, не умеющая два слова связать, хотя прежде перед ней всегда умела отстоять свое мнение.
  
Благо мозги вовремя встали на место. Захотелось отправиться к Алевтине и заявить о своих правах. Но все же лучше сперва поговорить со знающим человеком и хорошенько подготовиться, чтобы случайно не сесть в лужу. Я довольно потянулась и тут вздрогнула от грохота со стороны спальни.
Оттуда раздалось невнятное бормотание, а затем послышались звуки несущегося ко мне мамонта.
– Ди, давай жрать! – подал голос появившийся Хам, который тут же запрыгнул на стул и уставился на меня своими наглыми глазами. – Чего сидишь? Я давно не кормлен!
– Может, сперва расскажешь, где был?
Он жалостливо округлил глазки, спрыгнул на пол и даже собрался потереться своими худосочными боками о мои ноги.
– А давай перейдем сразу к еде…
  
Глава 7
 
И снова ребенок проснулся раньше меня. Несколько мягких толчков заставили пожалеть о выпитом на ночь стакане воды. Откинув одеяло в сторону, я побежала в ванную и споткнулась спросонья о неспешно выходящего оттуда Хама. Вот умел он оказаться не в том месте и не в то время.
– Прочь! – прикрикнула я, отпихивая медлительное животное. На удивление тот не стал комментировать мою грубость, – видимо, проникся сочувствием в кои-то веки.
Всего пара минут – и жизнь начала налаживаться. Все-таки сколько нам для счастья надо?
– Доброе утро, страна! – сказала я, улыбнувшись своему отражению в зеркале над умывальником.
– Доброе будет, когда я поем! – донеслось со стороны кровати.
Троглодит растянулся на еще хранящей мой след белой простыне и закинул свою лапу за ухо, словно приготовился не слушать нотации. Он даже не задумывался, что еду еще заслужить надо. Мог хотя бы раз показать себя с хорошей стороны. Вот в жизни всегда так. Кто-то начинал свое утро с чашечки горячего кофе, а я – с кормежки ненасытного экспоната, без конца требующего его покормить.
– У меня к тебе будет настоятельная просьба, нет, даже приказ! – начала я, отправившись на кухню, чтобы насыпать двойную порцию корма. Лишь бы не продолжил ничего говорить! – Сегодня ты меня не преследуешь. Мне нужно поехать к адвокату, и если я тебя там замечу – отведу на кастрацию, так и знай.
Только подбежавший кот забавно округлил глаза. Понял, значит. Хорошо, хоть не придется объяснять, что означает эта операция. Догадливый какой!
– Злая ты. Злая и вредная. Неудивительно, что до сих пор одна.
Хам демонстративно поднял нос кверху и с королевской грацией прошествовал к миске с кормом. Многие оскорбления сходили ему с лап. Но не это! Я подбежала к дивану и запустила в это ужасное создание подушкой.
– Мя-а-а-у! – проорал Хам, подпрыгивая почти на метр ввысь.
Я засмеялась, чувствуя себя отомщенной, и с неким удовлетворением пошла собираться на встречу с адвокатом. Этот визит должен был пролить свет на ситуацию, в которую мне довелось попасть по вине ушлой начальницы и гормональной терапии.
Достав свою любимую темную юбку-карандаш и попытавшись ее надеть, я взвыла от досады. Неужели мои бедра так разошлись? Плотная ткань застряла где-то на полпути, упорно не желая проскакивать выше. Пришлось отправить ее обратно в шкаф до лучших времен и начать искать там что-то более свободное по крою. Приталенные вещи мне больше не подходили. Обтягивающие блузки не скрыли бы слегка выпуклый животик. Я едва не подпрыгнула от радости, когда нашла платье, купленное в те мрачные времена, когда мы с Игорем рассталась и благодаря заеданию горя мороженым и плюшками мой вес значительно увеличился. Удивительно, что это нежно-голубое чудо не подверглось тотальному уничтожению.
Собрав волосы в высокий хвост, я сделала легкий макияж и вернулась к возившемуся около миски Хаму.
– Я тебя редко о чем-то прошу, но в этот раз говорю серьезно. Не иди за мной. Только не к адвокату!
– Мяу! – ответило наглое животное, лениво выгрызая что-то из растопыренных когтей.
– Я предупредила, – пригрозила я и продемонстрировала пальцами работу ножниц, словно отрезала ими кое-что.
Хам заметно напрягся и нервно дернул хвостом. Вот бы он в кои-то веки послушался, не увязался за мной, повел себя наилучшим образом. Я даже начала в это верить, добравшись до адвокатской конторы без приключений. Хотя все же надежды было мало. Раньше замок и просьбы не препятствовали мистическому освобождению чудика. Может, хоть угроза кастрации приструнит его?
Как же глупо было верить в это! Едва я сделала первый шаг в белое здание с колоннами на входе, как знакомая темная тень проскользнула передо мной, внося в спокойствие главного холла стихийный кавардак.
– Да чтоб тебя! – прошипела я, усиленно делая вид, будто он забежал сюда случайно.
Знакомая картина повторилась. Немногочисленные присутствующие обратили свой взор на мохнатого чудика. Мужчина в костюме быстро среагировал и начал его догонять, выкрикивая что-то на ходу. А я поторопилась к взволнованной секретарше и назвала свое имя.
– Мне назначено. – В голосе так и сквозила нервозность. Да еще пальцы, как назло, забарабанили по столешнице, отчего пришлось опустить руку вниз.
– П-проходите, вас ждут, – сказала секретарша, опасливо косясь в сторону мельтешащего между стендами черного комка шерсти. – Извините, это не ваш кот?
– Кто? – Я вздрогнула, словно пойманный на месте преступления воришка. – Нет, первый раз его вижу.
И как в дешевой мелодраме, именно в этот момент Хам умудрился посмотреть в мою сторону и встретиться со мной взглядом. О, каким красноречивым он был! Я демонстративно пожала плечами и пошла в кабинет адвоката, ни разу не обернувшись. Ну а что он хотел? Я его предупреждала.
Только спустя час мне удалось покинуть это здание. Даже удивительно, насколько незаметно пролетело время, ведь не было ни минуты, чтобы я заскучала или хотя бы подумала о скорейшем уходе. Валентин Валерьевич на поверку оказался толковым человеком. Он в деталях расписал все мои права. Также адвокат подробно рассказал, какие меры мы можем предпринять и как лучше действовать в данной ситуации.
Направляясь к выходу, я точно определилась, что возвращаться на работу больше не желаю. Если и получится восстановиться в своей должности, то жизни мне там не будет. Уж лучше сразу распрощаться с Алевтиной, взыскать с нее кругленькую сумму и спокойно скрыться с глаз долой, чтобы ненароком не попасть под горячую руку.
Едва я оказалась на улице, как мысли о проблемах позабылись. Просто там витал аромат свежей выпечки, доносящийся, вероятно, из магазинчика поблизости. В животе требовательно заурчало. Двигаясь подобно мышке из мультфильма за тонкой ниточкой вкуснейшего запаха, я пересекла улицу и подошла к нужному мне прилавку. Помимо булочек, здесь нашлись и манящие на вид орешки. Недолго думая, я купила все, что в данный момент пожелала душа. Иногда себя побаловать тоже нужно.
– Как же вкусно пахнет!
– С пылу с жару, тепленькие еще, – сказала продавец, подавая пакет, наполненный самым настоящим сокровищем.
Только снующие туда-сюда люди удерживали меня от пробы хотя бы одной булочки прямо здесь и сейчас. Нет, уж лучше насладиться ими дома. Приметив рядом небольшой супермаркет, я решила заодно купить продукты на ужин. Как раз Хам до сих пор не появился в зоне видимости – хороший повод без создаваемого им хаоса пройтись по магазину.
Оказалось непривычным бродить вдоль прилавков, спокойно класть в корзину понравившиеся вещи, не страшась, что в любой момент объявится кот и за ним начнется массовая погоня. Я вдоволь насладилась своей свободой. Мне даже не хотелось покидать это здание.