Лейтенант. Часть 2. Назад в СССР (СИ)

— Ну а кого отправлять, как не меня? Ты же знаешь, как где-то в Афганистане случается задница, кого зовут? Группу «Зет». А так как половина группы уже выбыла из строя, приходится использовать запасных. То есть, меня. Даже доучиться толком не дали… Ты как? Раны есть?
— Нормально. Жрать только хочется сильно. И от воды бы я не отказался. Торчу тут уже больше суток. До этого меня в другом месте держали.
  
Дал ему свою флягу, потом выудил из рюкзака спецпаек…
Набивать желудки сейчас совсем не время — а ну как Мерзликин сейчас активирует самоуничтожение⁈ Но на ходу перекусить можно — для этого вяленое мясо самое то… Иди да жуй. Вообще, новые пайки для ГРУ СССР выгодно отличались от общевойсковых и слегка походили на современные, что были у Военторга Российской Армии в двадцатых годах двадцатого первого века. Только упаковки попроще и состав менее разнообразен.
Пока Шут пил воду, я точным выстрелом из пистолета перебил цепочку наручников — теперь напарник был свободен.
— Ты как попался-то, воин? — спросил я. — Что у вас вообще произошло?
— Ай, долго рассказывать.
— В трех словах!
— Ну… С самого начала все пошло не пойми как. Наш командир, капитан Снегирев неверно все спланировал, мы и попались. Точнее, как попались… На грузовике, под сложенным тентом и грузом мы добрались сюда, даже въехали на территорию этого бункера. Так как дело было ночью, тихо выбрались из машины и осмотрелись. Ждали удачного момента проникнуть внутрь. Дождались. Снегирев дал команду, мы выдвинулись. Но попались на входе, с той стороны как раз выходила группа духов с американцем. Завязался короткий бой — Снегирева ранило, Урду вроде бы сумел уйти. Не знаю про него ничего… Раз ты здесь, значит ушел?
— Угу… В госпитале лежит. А вот Снегирев ваш — все, отбегался. Внизу лежит, если я ничего не путаю.
— Ясно. А я решил намеренно сдаться, чтоб выбраться изнутри, а заодно оценить обстановку. Ну я этому американцу чушь наплел, тот вроде поверил, а вроде и нет. Было ясно, что убивать советского разведчика точно не станут. Так и оказалось. Меня сюда засунули и приковали к батарее. Американец приходил, вопросы задавал. Я ему лапшу на уши вешал. Даже в морду ему харчок определил! Но потом он куда-то пропал, запер меня тут. Я его часов двадцать назад видел…
— Увидишь еще. В коридоре лежит.
— Да? — Корнеев удивился ещё больше. — Ну, туда ему и дорога. Хитрый был, сукин сын и методы у него такие же.
— Шут, я добыл все что нужно, теперь время уносить ноги! — я посмотрел на свои часы.
— А как? Через главный вход не вариант, там душманов человек пятьдесят наберётся. И теперь они осторожны, знают, что наша разведка может переодеваться и маскироваться под их бойцов. Незаметно не пройти, можно и не пытаться.
— Есть другой вариант.
— Технический уровень? — хмыкнул Паша. — Тоже не вариант. Его грохнули, когда бункер консервировали. Я слышал, как американец это обсуждал с кем-то.
— Знаю, был там. Уйдем через шахту воздуховода!
— Да? — прапорщик изменился в лице. — Хм… Не знаю, такой вариант мы не рассматривали. Ты через него сюда попал?
— Угу, но это было непросто.
— Представляю. Слушай, меня сейчас другое беспокоит. Здесь на объекте есть кто-то из персонала, ещё с тех времён. Не знаю, как это могло получится… Он все слышит, разговаривает через громко-говорящую связь. Перед тем, как американец меня здесь запер, неизвестный трижды говорил. Духи испугались сначала, все шайтана приплетали. Кто-то из персонала выжил, частично расконсервировал бункер, открывал и закрывал двери. Думаю, именно поэтому духи и не могли все это время использовать все имеющиеся в лаборатории и хранилищах запасы боевых отравляющих веществ. Взяли только то, что было в коридорах. И ещё, есть предположение, что на этом объекте занимались чем-то ещё. Американец упоминал какой-то архив. Я мало что понял, но полковник Хорев то ли сам не знает, то ли просто не посчитал нужным нам это сообщить. В общем…
— Шут, все нормально. Архив у меня, американец мертв. Материал я отснял на фотоплёнку, есть видеозаписи. А тот человек, чей голос ты слышал, уничтожит объект в самое ближайшее время! И лучше бы нам быть подальше отсюда…
— А… — лицо Корнеева приобрело глуповатое выражение. — Тогда какого черта я тут расселся?
Я лишь усмехнулся.
— Держи! — я протянул ему пистолет ТТ, что забрал у Тома и горсть патронов к нему. — Извини, другого оружия пока нет. Это так, на всякий случай…
— Сойдёт! — запихав в рот пару кусков вяленого мяса, отозвался Паша принимая оружие. — Уходим!
Мы покинули помещение «12Б», выбрались в коридор. Прошли вперёд буквально несколько метров, но вдруг замерцали люминесцентные лампы. Несколько секунд и электричество вообще отключилось. Ещё несколько секунд лампы сохраняли быстро слабеющий эффект свечения, а затем все окутала кромешная темнота.
Мы остановились в нерешительности.
— Приплыли!
— Это так и задумано? — тихо спросил Шут.
— Нет. Не думаю.
Я выудил из разгрузки лампу химического света, надломил. Эту часть центрального коридора озарил мягкий зеленоватый свет.
— И что дальше?
— За мной… Заглянем кое-куда! — я уверенно двинулся вперёд. Корнеев за мной.
Я искал тот «Г — образный» проход, что вел к пункту управления, а заодно и к убежищу Мерзликина.
Само собой, та комната за стеклом это не все пространство, где прятался и жил Дмитрий. Там наверняка есть место для сна, мастерская или лаборатория, склад. Возможно, медчасть.
Конечно же, беглый осмотр ничего не дал, но я был уверен в своем предложении — невозможно прожить десять лет в одном помещении, где даже кровати нет. Он должен был оборудовать себе какое-то гнездо…
Вот нужный поворот, вот гермодверь. Она открыта, значит Мерзликин не посчитал нужным блокировать пункт управления снова. Здесь тоже темно, но из помещения за стеклом, через открытую дверь пробивается тусклый жёлтый свет… Скорее всего, он там!
Я рванул к помещению, Корнеев за мной по пятам.
— Мерзликин, что происходит? — громко спросил я, вбегая в помещение. — Почему электр…
Я не договорил, потому что это уже не имело никакого смысла. Дмитрий Иванович без движения сидел на стуле, руки в районе запястий в крови. А рядом, на столе, лежал нож со следами крови… На мертвенно-бледном лице застыла безмятежная полуулыбка, взор устремлён в потолок. С первых же секунд все стало ясно — тот не захотел умирать постепенно, в жутких мучениях, а сделал всё быстро и решительно. Ну, оно и понятно — все те болячки что он приобрел в замкнутом помещении, отравляющий газ, присутствие в голове чужого подсознания…
— Ну, вот он и освободился… — помрачнев, пробормотал я.
Вероятно он, наконец-то, все же осмыслил свое бесцельное существование, прожитые десять лет взаперти, свое состояние здоровья… Очевидно, что он не захотел вновь становится чудовищем за стеклом без какой-либо внятной цели. Неважно насколько, просто не захотел. Быть может голос в его голове снова дал о себе знать и не выдержавший напора Мерзликин принял единственно верное решение — закончить всё быстро и решительно.
— Это кто? — спросил Паша.
— Обладатель того самого голоса из динамиков.
— Он что, реально десять лет провел взаперти⁈ — изумился Шут. — Да ну, это невозможно!
— К сожалению, возможно.
— М-м… И что теперь?
— А хрен его знает… — тяжко вздохнул я. — Как теперь все здесь уничтожить? Духи влезут и все вынесут. Не думаю, что консервация и блокировка главного входа еще работает.
— Ну… — Шут почесал затылок. — У нас нет столько взрывчатки! Здесь нужно пять-десять тонн… Черт возьми, да я даже условно не могу сказать, сколько нужно в тротиловом эквиваленте…
  
— Так много не нужно! — отмахнулся я. — Варианты?
А что тут придумаешь?
Было тихо, темно. Объект пуст.
Хаотично осмотревшись по сторонам, я вдруг понял одну важную вещь — разбираться здесь придется долго, а времени на это совершенно нет. Мерзликин, Мерзликин… Тьфу! Ну не мог же ты просто взять и покончить с собой, а?