Что, снова в школу? (СИ)

— Сегодня воскресенье, завтра в школу и детям, и нам, — смущаясь его наготы, я пролепетала первое, что пришло в голову.
— Натель, ты серьезно?! — натянул он на себя белоснежную футболку. — Вставай, нас дети ждут, с ними так же необходимо поговорить.
— Да, ты прав, — заворачиваюсь в простынь и встаю с кровати в поисках своей одежды.
Насмешливый голос Костика вывел меня из замешательства.
— Интересно, что ты так тщательно прячешь? Кстати, не это ли ты ищешь? — он крутил на своём пальце мои трусики, окончательно вгоняя меня в краску.
Нахмурившись, я собрала раскиданные вещи и достала свежее нижнее белье, прошла в душ со словами: — Можешь себе оставить! — Боже, неужели я это сказала вслух? Совсем разум помутнел.
— Думаешь, побрезгую, — сказал Костик с лукавой улыбкой, и мои трусики перекочевали в карман его брюк.
— Я в душ, не скучай.
— И не собираюсь, я тоже…
Не успела я возразить, как он опять стянул с себя всю одежду и нагло прошёл за мной.
— Эй! Это самое настоящее посягательство на моё личное пространство! — возмутилась я.
— Забудь о нем! Теперь все твоё личное пространство буду занимать и я!
Закатив глаза, я с улыбкой на лице заскочила в душевую кабинку, наслаждаясь горячими упругими струями воды.
— Ты божественна, — руки Орловского легли на мои бёдра.
Закрыв глаза, я вдохнула, блаженно втягивая его аромат. Хотелось забыться ещё хотя бы на один день. И так, наверное, и было бы, если бы не один щекотливый момент. Входная дверь хлопнула, а следом за ней послышался звонкий голос моей дочери: — Мам, ты дома?!
Константин
Нежная и пылкая, пахнущая цветами. Моя. Наконец-то это сбылось, и не один раз за эту короткую ночь. Была бы моя воля, я бы не выпускал её из постели ещё дня три, пока бы мы оба не вылезли, изголодавшиеся и усталые. Но судьба, видимо, сжалилась надо мной. Натель, съязвив, легкой походкой танцовщицы направилась в душ. Простите меня, грешного, но как иначе рассмотреть это как не приглашение принять душ вместе. Скидываю заново одежду и прыгаю вслед за моей девочкой, жадно втягивая ее запах.
— Мам, ты дома? — звонкий голосок Виктории и характерный хлопок дверью говорили о том, что мы больше не одни.
— Черт! — выругалась Натель, и, развернувшись ко мне лицом, вытолкала меня, мокрого, из душа со словами: — Быстро одевайся!
— Слушай, не нервничай ты так. Всё-таки они не маленькие, все понимают, — натягивал я на влажное тело штаны под пристальным взглядом Нателлы.
— Думай, что говоришь! Давай, мышкой на кухню, типа ты меня там дожидаешься! И попробуй пискнуть, — погрозила она пальцем.
— Слушаюсь и повинуюсь! — открываю дверь и на цыпочках проскальзываю на кухню.
— Пап? — удивленный голос Андрея.
— Т-с-с, не пали контору! Сделали дружно вид, словно ничего не заметили, ясно?! — грозно посмотрел я на детей. Те только переглянулись и кивнули.
— А мама? — указала дочь вопросительно в направлении спальни.
— А мама принимает душ! А вы чего вернулись-то? — перевёл я разговор.
— Ну, как же, вы сказали, что скоро приедете…
— Вика, перестань мне выкать! Я как ни крути твой отец! Мне кажется, это неуместно…
— Я и не собиралась, — надула она капризно губки. Вся в маму, ей богу. — Вы — это я о вас обоих, о тебе, и маме, — ее невозмутимости можно было только позавидовать.
— О чем разговор? — как ни в чем не бывало зашла на кухню Натель, с ярким румянцем на щеках.
— Да вот ни о чем, тебя ждём, — развёл я руками.
— Мам, мы вас ждали, начали переживать, случилось чего? Подумали, может, вы опять поругались или ещё чего хуже! — сказав это, Виктория кинула на меня свой недовольный взгляд. Ясно одно — ее доверие мне предстоит ещё долго завоевывать.
— Да, нам было что обсудить, — растерянно ответила Натель и бросилась варить кофе.
— Именно, вы уже не маленькие дети и сами всё понимаете. Так вот, Виктория, я сделал твоей маме предложение, — перешёл я к главному.
— Пре-дло-жение?! — по слогам переспросила она.
— Да, все правильно! Пора исправить то, что произошло много лет назад. А вы что, против? — смотрю я на детей и, в частности, на Андрея.
 
— Отец, ты вправе сам решать…
— А как же мы, Андрей? — перебила его Виктория.
— А что вам, собственно, мешает быть вместе? — приподнимаю я брови, осматривая своих детей.
— Ну, как же?! Если вы поженитесь, то мы, получается, будем брат и сестра…
— Вы и так брат и сестра, даже если мы не поженимся! Успокойтесь. К вашему счастью, вы сводные, так что лично я не вижу препятствий. В любом случае всегда найдётся тот, кто осудит.
— Хорошо, — кивает Виктория и продолжает, — мам, что ты ответила?
Невооруженным взглядом отмечаю, как напряглась спина Натель. Да, действительно, я тоже жду ответа.
— Ничего, — разворачивается она с туркой в руках, — как ты понимаешь, а я надеюсь, это так, я сама нахожусь в неком шоке от происходящего, и, если учитывать то, что я сейчас не способна трезво соображать, значит, и с ответом повременила! — посмотрела она прямо в мои глаза.
Так, начинается! Окинув тройку своим недовольным взглядом, я только хотел возразить, как Натель быстро проговорила:
— Но я обещала подумать!
— О чем тут думать?! Я люблю тебя, ты меня тоже, это же ясно как белый день! Сдаём экзамены, женимся и отправляемся в путешествие все вчетвером! — хлопнул я в ладоши.
— Экзамены?! — переспросила Натель.
— Дети — экзамены, мы — в загс, — исправился я.
— Почему нас никто не хочет спросить, что мы обо всем этом думаем?! — встала в стойку Вики.
— Вики, — одернул ее Андрей.
— Что, Вики?! Разве это нормально? Мало того, что всю жизнь от меня скрывали правду, так не успела я обзавестись отцом, как он посягает на мое личное пространство…
— Поддерживаю! — вмешалась Натель, разливая кофе в чашки.
— Так! — хлопнул я в ладоши, нахмурившись из-за того, что разговор переставал мне нравиться. — Без паники, свадьба будет, девочки мои. Нравится вам это или нет, я больше не позволю эмоциям и обидам мешать нашему счастью! Всем все понятно?!
Нателла
Более дурацкой ситуации и не придумаешь! Надо что-то с этим делать. Орловский слишком быстро пытается ворваться в нашу жизнь, сметая все на своём пути.
— Мам? — в очередной раз поворачивается ко мне моя куколка.
На лице ее читается безысходность. Она в растерянности, я в растерянности, а вот Орловские держатся, все у этих мужчин под контролем.
— Так, разговоры в сторону. Предлагаю провести этот день как-то необычно и попытаться сблизиться, что скажете? — посмотрел Костик на нас с Викторией. Андрей только стоял и улыбался уголками губ, прекрасно зная своего отца, что тот не отступит. Впрочем, я тоже кое-что знала об этой его черте характера.
— Какие будут предложения? — сдалась я.
Ну, не можем же мы сидеть в кухоньке и продолжать выяснять, кто прав и как нам дальше жить. Можно просто попробовать отпустить ситуацию и посмотреть, что из этого получится.
— Все готовы? Значит, едем, — поднялся со своего места Костик, отхлебывая глоток кофе.
Дети переглянулись, и, не возражая, последовали примеру Костика.
Ладно, так и быть, идем прогуляемся. Может, чего путного нагуляем.
Воскресенье, семейный день, стоит ли привыкать к таким благополучным переменам?
Наша «почти веселая» компания дружно вышла на лестничную клетку. Не успела я повернуть в дверном замке ключ, как позади нас открылась дверь напротив. Светка! Боже, я совсем про неё забыла!
— Привет дружному семейству, — с явной обидой в голосе сказала подруга.
— Светуль, прости, совсем забыла зайти к тебе, — виновато заломила я руки, всматриваясь в ее лицо и пытаясь понять, сильно ли она злится.
Подруга делает в нашу сторону несколько шагов и с улыбкой на губах тихо говорит:
— Да все нормально. Главное, что вы разобрались наконец-то со всеми недосказанностями! Кстати, ты как знаешь, а я завтра в школу не пойду! Она вот тут мне сидит, — приложила она свою ладонь к горлу, сделав при этом смешное лицо.