За каменной стеной (СИ)
Тяну Руслана за руку.
Слышу, как он приглушенно усмехается.
– Кажется, ты не зря откладывала этот момент, – с улыбкой замечает он.
Довольно киваю головой, а потом – окунаюсь в мир шопинга.
Еще пару недель назад я с усмешкой отнеслась к статье про «синдром гнездования» у беременных.
Но теперь, стоит мне только увидеть все эти разные кроватки, кресло-качалки, ванночки, комоды и пеленальные столики, как я прихожу к выводу – вот он, синдром гнездования, настиг меня!
Часа полтора слоняюсь по магазинам. Руслан, как верный страж, не отходит от меня ни на шаг.
К тому же, он, в отличие от меня, не восторгается мимишностью очередной кроватки, а проверяет на прочность, удобство и уточняет у продавцов наличие сертификатов об экологичности товара.
В конце концов, мы выбираем кроватку молочно-белого цвета, такого же оттенка комод, пеленальный столик. От бортиков, подушечек я и Руслан решительно отказываемся – мы читали об их опасности для новорожденных в нескольких серьезных педиатрических журналах.
Садыков оплачивает заказ и оформляет доставку на завтра. Мне, конечно, хочется, чтобы мебель привезли уже сегодня, но дело к вечеру, а вечером я часто ощущаю сонную вялость.
– Может, заглянем в кафешку? – интересуется муж, когда мы выходим из магазина. Руслан кивает наверх – именно там разместилось уютное кафе с самыми вкусными тортиками в нашем городе.
Запрокидываю голову.
Как говорится: «и хочется, и колется».
Поесть десерт я совсем не против, а вот сидеть в общественном месте у меня нет уже никакого желания.
Устала. Хочу домой на свою любимую кроватку.
– А можно домой заказать тортик? – улыбаюсь Руслану.
– Устала? – он окидывает меня понимающим взглядом. – Можно, конечно. Поехали домой, там решим какой именно торт.
Выходим на парковку.
Зябко передергиваю плечами.
Весна, ты в курсе, что мы тебя заждались?
– Осторожно, не спеши, – Руслан обвивает меня правой рукой, чуть придерживает.
Слушаюсь его. Иду аккуратно. Знаю, какими трагичными могут быть падения на таком сроке беременности.
– Прошу, – муж открывает дверь машины.
Довольно улыбаюсь. Какой же Руслан джентльмен!
Люблю до дрожи в груди!
– Спасибо, – дарю ему улыбку, уже хочу сесть, но мужской голос останавливает меня.
– Ого, какие люди! – гремит Мансур. – Диляра! Когда я племянника-то увижу?
ГЛАВА СОРОК ШЕСТАЯ
Я застываю на месте.
Голос Мансура сейчас так напоминает мне голос его младшего брата, Фаиза!
По коже ползет мороз.
Руслан, видимо, замечает мое состояние. Он мягко заталкивает меня в салон автомобиля. Только когда рядом со мной дверь закрывается, только тогда я более-менее прихожу в себя.
Но спокойствия нет. В животике начинает бурно шевелиться ребенок. Бережно обнимаю его, глажу и шепчу молитву.
А взгляд мой, меж тем, направлен в сторону мужа.
Руслан стоит ко мне спиной. Плечи его напряжены, руки упираются в бока. Вся его поза выражает затаенную агрессию.
Что мне делать? Как быть? Как помочь любимому?
Все эти мысли голодными осами атакуют мой разум.
Вжимаюсь спиной в кожаное сиденье, когда замечаю фигуру Мансуру. Испуганно выдыхаю, обнаружив с обеих сторон от него двух парней.
Тук-тук. Тук-тук.
Сердце испуганно бьется.
Хватаюсь пальцами за кожаную обшивку. До боли в фалангах, впиваюсь ногтями.
Может, мне стоит вызвать полицию?
Судорожно роюсь в своей сумочке в поисках телефона. Как нарочно, из нее все вываливается.
Влажные салфетки, таблетки, кошелек, косметичка, обменная карта беременной, блокнот, шоколадка. Телефон падает на мои колени последним.
Хватаю его, и снова чуть не роняю. Оно и понятно – пальцы у меня трясутся, как у старой бабушки.
Снимаю блокировку, вскидываю голову, чтобы убедиться в том, что мое решение – верное.
Гляжу в лобовое стекло – и замираю.
Словно в замедленной съемке наблюдаю за тем, как Руслан что-то говорит. Два незнакомых парня пятятся назад и останавливаются позади брата Фаиза.
Сам Мансур стоит, как вкопанный.
Он что-то говорит Садыкову, пренебрежительно кивает головой в сторону машины. Кривая ухмылка пробегается по слащавой морде. Без сомнений, речь идет обо мне и ребенке.
Руслан чуть склоняет голову набок.
Что это значит?
Через секунду все резко меняется.
Садыков хватает Мансура за шею и впечатывает его щекой в капот машины. Не вижу выражения лица брата Фаиза – голова его повернута ко мне затылком.
Два парня обмениваются взглядами, делают попытку прийти на помощь, но раздается то ли щелчок, то ли хлопок – и они, как в комедийном фильме, подпрыгивают, а после – убегают.
Только мне совсем не весело.
Когда они скрываются, происходит то, к чему я не была прежде готова.
Руслан чуть наклоняется к Мансуру и что-то вдавливает в его висок.
Вижу, как начинает тот дрожать. Все сильнее и сильнее.
Что происходит? Что такого говорит мой муж?
Вглядываюсь, как завороженная, в эту темную картину.
И замечаю в пальцах Руслана пистолет.
Сердце ухает вниз.
О, Всевышний, неужели из-за меня мой любимый способен убить человека? Нет, нет! Я не хочу, чтобы он брал такой грех на себя!
Тянусь к ручке двери, чтобы открыть её и оборвать это безумие, но Руслан опережает меня.
Садыков стаскивает Мансура с капота, а потом швыряет его с такой силой, что тот падает на колени и заливается истошным воплем.
Как ни в чем не бывало, Руслан возвращается к машине и садится за руль. Блокирует двери и направляет автомобиль в сторону выезда с подземной парковки.
– Диляра, любимая, мне жаль, что тебе пришлось это увидеть, – первым начинает разговор он.
– У тебя оружие. У тебя пистолет, – сглатываю, – зачем? Почему?
– Спокойно, любимая, пистолет у меня уже лет 15, для самообороны. Я не сделал ничего плохого. Зато теперь Мансур получил урок, который, я думаю, запомнит на всю жизнь.
Молчу и перевариваю услышанное.
– Давай, лучше подумаем, какой фильм будем смотреть вечером, – с улыбкой произносит любимый. – Еще и тортик я тебе обещал. Какой хочешь? Как обычно, с кокосовой стружкой?
Сама не замечаю, как мои губы растягиваются в улыбке. Руслан всегда знает, как развеселить меня.
– Да, хочу. С кокосовой стружкой. А еще – с малиновой прослойкой, – довольно жмурюсь. – А кино. Давай, посмотрим «День Сурка»?
– Давай, – Руслан легонько сжимает мою левую ладонь, – посмотрим, моя маленькая.
От его нежного обращения меня окатывает теплой волной.
Всевышний! Спасибо Тебе за это счастье!
Собираюсь сказать Руслану что-то в ответ, уже открываю рот, но что-то огромное, черное, со всей силы влетает в машину.
Треск, скрежет – режут мой слух.
Кто-то кричит, отчего у меня разрываются легкие.
Я зависаю и переворачиваюсь в воздухе.
Последнее, что вижу – кровь на своих ладонях.
А после – чернота накрывает меня своим властным покровом.
ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ
Руслан
Смотрю на бледное лицо Диляры, частично скрытое под маской, и начинаю ненавидеть этот мир.
Почему?
Почему именно она?
Сердце бьется на разрыв. Каждый его стук – удар острием лезвия.
Чувствую себя зверем. Внутри все ревёт и воет.
Я – зверь, умирающий от боли за свою любимую и ребенка.
Ловлю на себе косые взгляды медперсонала.
Знаю, что мое присутствие на операции – нарушение.
Они не смогли заставить меня уйти.
Сижу возле головы Диляры.
Профессор – Сулейман Искандерович и его ассистенты, проводят операцию кесарево сечения.