За каменной стеной (СИ)
– Ты не шутишь? – гляжу во все глаза на Садыкова.
Неужели мужчины способны быть такими внимательными и добрыми?!
– Нет, я говорю на полном серьезе.
– Но почему? Зачем тебе это? – я хлопаю ресницами, и с них капают крошечные слезинки. – Зачем тебе нянчиться со мной?
Садыков чуть склоняет голову набок. Окидывает меня теплым взглядом и отвечает:
– Однажды ты поймешь сама. А пока мой ответ таков – потому что я мужчина, и я хочу, чтобы у нас с тобой была настоящая семья, Диляра. Без страха, боли и одиночества.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
Внутри меня трепещет душа.
Она взволнована услышанным.
Раны ноют, страх готов вновь вцепиться в мою хрупкую душу, но что-то меняется во мне.
Я хочу верить сидящему напротив мужчине.
Верить, что у нас с ним получится семья.
Я слишком много страдала, познала слишком много боли и уродства чужих поступков, чтобы вот так, отвергнуть благородное предложение Садыкова.
Догадываюсь, нам будет непросто.
Но еще сложнее мне будет без него.
Последняя мысль яркой вспышкой озаряет моё сознание.
Моргаю, и снова смотрю на Руслана. Улыбаюсь и тихо отвечаю:
– Я согласна, Руслан. Я тоже хочу настоящую семью, где спокойно, где безопасно всем членам семьи.
– Диляра, – протягивает Садыков, и его карие глаза странно поблескивает. Нет, там не плещется вожделение! Что-то ласковое, полное тепла, источает его взор.
Невольно улыбаюсь, смущенно опускаю взгляд и добавляю:
– Только мне кажется, тебе будет очень трудно со мной.
– Я трудностей не боюсь, Диляра, – Руслан кивает в сторону ноутбука, лежащего на журнальном столике. – Хочешь, посмотрим какую-нибудь комедию?
Это предложение мне кажется невероятно соблазнительным! Давненько я просто так не смотрела кино.
Ощущая, как тело медленно расслабляется, довольно улыбаюсь и говорю:
– Очень! Хочу посмеяться.
– Все будет, – Садыков открывает ноутбук, вводит пароль. На экране появляется фото утреннего моря. Белый песок облизывают сине-зеленые волны.
– Красиво как, – киваю на экран. – Никогда не была на море. Наверное, вживую оно еще красивее.
– Да, красивее, – задержав на мне улыбающийся взгляд, отвечает Руслан.
Он набирает на клавиатуре, и экран сменяется заставкой киноприложения. Через секунды начинается фильм.
– «Такси»? – удивленно спрашиваю.
– Ага, поржать можно, – Руслан садится рядом, но расстояние между нами сохраняется. Замечаю его взгляд на себе.
– Держи, подложи под поясницу, – Садыков протягивает мне подушку, и я послушно выполняю его просьбу.
– Спасибо, – вздыхаю и кошусь в сторону перевернутого торта. Встречаюсь глазами с Русланом.
Он с улыбкой глядит на меня.
– А больше тортика не осталось? – осторожно спрашиваю.
– Осталось, – Садыков подмигивает мне. – Сейчас принесу.
Руслан уходит и спустя пять минут возвращается с большим подносом, на котором красуется и кусок торта, и стакан воды, и нарезанные фрукты. Ставит на диван, между нами, и говорит:
– Приятного вам аппетита.
– Нам?
– Тебе и ребенку, – Руслан чуть улыбается и переводит взгляд на экран, где уже вовсю разворачиваются события. Скоро и я погружаюсь в фильм.
Смотрю и одной рукой отправляю в рот тортик. Умеренно-сладкий, шоколадный, он кажется мне теперь еще вкуснее.
Еще бы!
Теперь меня не мучает горечь страха, и мир не кажется мне таким враждебным.
Наевшись вдоволь торта, ставлю пустую тарелку на поднос. Запиваю водой и чуть сдвигаюсь вбок. Хочется устроиться поудобнее, в идеале лечь, потому как мой малыш от сладкого уже начинает проявлять активность.
– Ложись, – Руслан указывает взглядом на диван.
Смотрю на молочно-бежевый диван и прихожу к выводу, что если лягу, то расстояние между мной и Садыковым исчезнет. Но и сидеть так мне теперь совсем неудобно.
– Диляра, давай, ложись. Ноги вытяни, под икры подушку положи.
Делаю, как он говорит. Краснею, обнаруживая что мои стопы упираются в теплое бедро Руслана. Они хоть и скрыты плотной тканью шорт, но все равно, мне очень…
Стыдно.
– Диляра, все нормально. Я же тебе уже делал массаж. Так что расслабься, пожалуйста.
Садыков снова смотрит кино, и мне ничего не остается, как тоже переключить свое внимание на фильм. История, несмотря на то, что я уже когда-то видела её, захватывает меня, и я начинаю хихикать.
А вот Садыков ржет.
И так тепло, весело мне становится, что я тоже начинаю смеяться.
Смеюсь от души, и малыш в животике, кажется, тоже радуется! Мягко шевелится, касается, будто гладит меня.
И впервые за это мучительное время я чувствую себя счастливой.
Сама не понимаю, как погружаюсь в дрему. Просыпаюсь среди ночи и обнаруживаю свои стопы лежащими на бедрах Руслана. Его широкие ладони лежат поверх них. Сам Садыков, кажется, тоже спит.
Голова его наклонена к груди. Грудь медленно поднимается-опускается.
Догадываюсь, как «удобно» ему спать сидя.
Чувствую себя немного виноватой в данной ситуации.
Хочу подвинуться, так как спина в таком положении уже затекла. Медленно шевелю ногами, и Руслан просыпается.
– Диляра, – сонная улыбка касается его губ. – Судороги?
– Нет, – мои стопы соскальзывают, я поворачиваюсь на бок. – Просто не очень удобно.
– Пойдем наверх?
Замечаю, что не вздрагиваю от этого вопроса. Не знаю, всегда так будет или это временно, однако я ощущаю себя куда лучше, чем в прошлые дни.
Для меня – не вздрагивать от вопроса – уже большой показатель.
– Пойдем, – впервые в жизни, без страха, соглашаюсь я.
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
Просыпаюсь от желания сходить в туалет.
Что поделать – теперь для моего беременного организма это – норма.
Открываю глаза, обвожу задумчивым взглядом спальню. Вспоминаю – кто я, где я, с кем я.
И надо сказать, эти воспоминания теперь не вызывают у меня лютый страх.
Бросаю взгляд на другую половину кровати. Руслана нет. Прислушиваюсь – в ванной комнате тишина. Значит, Садыков куда-то ушел.
Прохожу в ванную. Здесь чисто и вкусно пахнет дорогим мылом. Делаю свои дела, а потом решаю принять душ. Вчера я торопилась, а сейчас – хочу насладиться чистой водой и ароматным гелем для душа.
Намыливаю голову шампунем, закрываю глаза и позволяю теплым потокам стекать по моим волосам и телу. Как, оказывается, хорошо никуда не торопиться!
Минут пятнадцать я провожу под душем, затем принимаюсь тщательно промакивать тело пушистым банным полотенцем. Тереть кожу мне нельзя – она очень чувствительная и ранимая. Царапины, синяки – все проходит неделями.
Одеваю свежее бельё и выхожу из ванной.
Садыкова все еще нет.
Хмурюсь.
Куда он подевался?
Жму на кнопку телефона – 06:15.
Неужели Руслан в такое время уже работает?
Размышляя над этим, достаю фен и начинаю сушить волосы. Терпеть не могу это дело! Волосы густые, и на все это уходит минут пятнадцать. Если не высушить их хорошенько, то они выглядят не очень, да и простыть легко.
Закончив заниматься волосами, окидываю спальню задумчивым взглядом.
Кругом – чистота, порядок. Ни одной мужской вещи, брошенной на кровать или кресло. Интересно, Руслан действительно такой аккуратный или просто старается проявляться так?
Я вот, наверное, раздолбайка.
Даже на туалетном столике – и то уже царит хаос. Баночки крема, пудра, помада, резинки для волос. Вздыхаю, укоряя этим вздохом себя. Навожу порядок на столике, заглядываю в ванну, чтобы убедиться, что там после меня чисто.
Где же Руслан?
Сердце начинает тревожиться.
Накидываю тонкий халатик и выхожу в коридор.