Ткач иллюзий. Книга 1 (СИ)

Считая приговор несправедливым, так как дочь его никого не убивала и оказалась среди преступников исключительно в силу своей наивности, он решил спасти её, тем самым сделав и её и себя изгоями.
В одну из ночей он создал пространственный переход в камеру, где её содержали, и вытащил девушку из тюрьмы. Три последующих месяца они скрывались. Они бежали через весь Китай, а погоня наступала им на пятки. И только когда они смогли пересечь северную границу Внутренней Монголии и попасть в Россию, погоня на некоторое время отстала, так как преследовать их на территории другого государства без соответствующей подготовки было проблематично.
  
Оказавшись в России, Хо не стал расслабляться: он знал, что от него просто так не отстанут. Но, поскольку дочь его оказалась вдобавок ко всему ещё и беременной, то он вынужден был остановиться в одном из полузаброшенных сёл Приамурья.
Поскольку земли эти были казёнными, то внимания на него никто не обращал, так как ближайший представитель российских властей находился на удалении сотни километров от найденного им пристанища, а остальным было совершенно всё равно. Ну, заселились какие-то люди в халупу на отшибе, да и ладно…
А потом были мучительные роды… Его дочь умерла, родив двух… слепых лисят — рыжего и чёрного. Осознав, в какой ситуации он очутился, Хо чуть не сошёл с ума. Но он преодолел и это испытание.
Прежде, чем его внучки смогли обрести человеческий облик, прошло долгих пятьдесят лет. Само собой, чтобы спокойно прожить эти десятилетия, ему пришлось уйти глубоко в тайгу. Только там, вдали от людей, лисята могли стать взрослыми и дожить до того возраста, когда у них, наконец, появилась возможность обрести человеческий облик. И им предстояло ещё и повзрослеть, так как будучи лисами, они к пятидесяти годам достигли уровня развития, соответствующего уровню развития четырнадцатилетнего подростка.
После того, как сёстры обрели человеческий облик, настала пора возвращаться к цивилизации.
Естественно, ему пришлось сменить имя и изменить свой облик — в этом ему помог старый тунгусский шаман. Он провёл маго-пластическую операцию, и после неё Хо родная мать не узнала бы, будь старушка к тому времени жива.
Семейство перебралось сначала в Читу, но потом они решили переехать поближе к столице Российской Империи. В конце концов, Хо с внучками осели в Дмитрове, в местном Чайна-тауне.
Узнать в дядюшке Хо того, кто давным-давно пошёл против Имперского правосудия, было совершенно невозможно, а о существовании его внучек никто из тех, кто знал его раньше, и вовсе не догадывался. Так что преследования можно было сильно не опасаться, хотя и на глаза сверх необходимого лезть не стоило.
Со временем семья укоренилась в Чайна-тауне города Дмитрова, и успела там прожить к моменту нашего знакомства уже года четыре.Будучи специалистом как раз в магии пространства, Хо смог создать пространственную аномалию, где и размещался его магазин.
Выходы из пространственной аномалии также обеспечивали ему доступ в два глухих района Китая и на один из Японских островов. Через эти проходы он вёл закупки товара для последующей перепродажи в России. Но главным было не это.
Имелся ещё один выход, существование которого было необходимо как для того, чтобы сёстры могли обеспечивать себя жизненной энергией, так и для подпитывания заклинания самой пространственной аномалии.
Лисам, как вы знаете, для поддержания жизни необходимо, помимо обыкновенной пищи, поглощать жизненную энергию. И в немалых объёмах, кстати. И этот проход позволял решить обе эти проблемы. Сёстры охотились в том мире, куда и вёл этот выход, стараясь далеко от этого самого выхода не удаляться. Так что мир был, по большому счёту, совершенно неисследованным.
Охотились они на местное зверьё, которое, кстати, обладало могучей энергетикой и своей дикой звериной магией. Поэтому они и называли этих зверей духовными. И, убив какого-нибудь тамошнего кабанчика, любая из сестёр обеспечивала себя жизненной энергией примерно на месяц. Ну и мясо, конечно, тоже не пропадало.
А в сердцах местных зверей можно было найти голубоватые кристаллы, в которых содержался значительный заряд маны, бывший тем больше, чем старше и сильнее было побеждённое животное.
Эти кристаллы и обеспечивали энергоснабжение пространственного заклинания, созданного Хо, так как сам он был не в силах аккумулировать нужный объём маны для обеспечения его стабильности…
* * *
Уже вечерело, небо начало потихоньку темнеть, да и народу на улицах заметно поубавилось.
Я шёл обратно в общагу, плечи мне оттягивал увесистый рюкзак, куда дядюшка Хо от души напихал всяких пакетиков и свёрточков, а мозг был занят разговором с моим внутренним китайцем:
— Обрати внимание, мы с тобой почти не ошиблись в наших предположениях, — в интонациях Джекки сквозило некоторое самодовольство.
— Ну да, — устало согласился я, — мы-таки познакомились и все члены этой семьи, что меня радует, чувствуют себя немного обязанными мне.
— И вовсе не немного, — поправил меня даос, — а очень даже сильно. И это открывает перед тобой некоторые возможности.
— И что за возможности ты тут углядел? — поинтересовался я.
— Ты сможешь сделать этим двум лисичкам очень заманчивое предложение, — Джекки явно растягивал удовольствие, избегая отвечать по существу.
— Изложи суть, — хмыкнул я, — не растекайся мыслью по древу.
— Кто растекается, — переспросил Джекки, — по какому такому древу? — да, до полного обрусения ему ещё как от Дмитрова до Пекина.
— Не грузись, это устойчивый речевой оборот. Лучше изложи свою идею доходчиво, ага?
— Зануда ты, — вздохнул даос, но всё-таки приступил к изложению своих мыслей. — Эти лисички сейчас обладают очень ограниченными возможностями, ввиду своей молодости.
— Ну, не сказал бы. Охотятся на серьёзных тварей с использованием только холодного оружия и преимущественно успешно. То, что Ху Линь была серьёзно ранена, это скорее неблагоприятное стечение обстоятельств. Кто ж знал, что на визг забиваемого ей кабанчика на неё из кустов внезапно выскочит матёрый секач? Да и то она почти успела увернуться от его магического удара, а сестра быстро разделалась с этим агрессивным вепрем. Она же и обеспечила эвакуацию неудачливой охотницы.
— Ты пойми, они — создания, прочно завязанные на ци, но с ци обращаться их никто не учит, так как некому. Понимаешь?
— Предлагаешь мне заняться их образованием? — усмехнулся я. — Учителем я себя, если честно, совсем не ощущаю. Да и что это даст конкретно мне?
— Какой ты недогадливый, однако, — хмыкнул даос. — Ты получишь их уважение и лояльность, а если учесть, что они, фактически, изолированы от общества себе подобных, то ты, приложив минимум усилий, сможешь привлечь их к себе на службу.
— Ну и толку с них? — недоверчиво поинтересовался я. — Они такие же неумехи, как и я.
— Всё верно, — даос не отставал, — но у них замечательный потенциал.
И тут он начал заунывным голосом декламировать отрывок из какого-то китайского трактата:
— Люди и твари принадлежат к разным породам, а лисы находятся где-то посередине. У живых и мертвых пути различны, лисьи же пути лежат где-то между ними. Бессмертные и оборотни идут разными дорогами, а лисы — между ними.
— Это ты мне рассказываешь про их уникальность? — прервал я горе-лектора.
— Да, хочу, чтобы ты понял, какие заманчивые возможности откроются, если удастся привлечь этих лисичек себе на службу, — пояснил даос, после чего опять принялся вдохновенно нудить: — Если лисице исполнилось пятьдесят лет, она приобретает способность принимать облик прекрасной молодой девушки. В возрасте ста лет она может становиться волшебницей, владеющей многими тайнами колдовства. А когда лисица достигнет тысячелетнего возраста, ей открываются законы Неба, и она становится Небесной Девятихвостой лисой.
  
Тут мне вспомнился незабвенный Наруто, внутри которого прятался девятихвостый лис Кюби Курама. И характер у этого Кюби был весьма и весьма тяжёлым, надо сказать…