Ткач иллюзий. Книга 1 (СИ)

Я пока изучил далеко не всё. Как говорил Джекки, это была только первая группа техник, самых примитивных, где использовалась сырая ци, причем по минимуму. Многое тут зависело от прикладываемых мною физических усилий. Но, даже освоив только эти приёмы, я становлюсь для своих сверстников очень и очень сложным противником.
И это не взирая даже на то, что они все сейчас способны заметно усиливать себя маной, а некоторые из них уже могут формировать по поверхности своего тела защитную плёнку и простейшие атакующие техники. Пока всё это у них получается довольно коряво и слабенько, но тем не менее… У меня, кстати, есть даосский аналог такой защиты — «Алмазная кожа», так что и мы не пальцем деланные.
  
Попутно я осваивал техники мгновенного перемещения на короткие расстояния, техники ускорения и многое другое, что могло здорово изменить в мою пользу баланс сил в бою.
И вот настал тот день, когда у меня накопилось два с половиной десятка заготовок для пилюль, которые мой внутренний даос признал годными для дальнейшей работы.
До начала занятий оставалось меньше трёх недель. В кампусе нашем стало гораздо более людно, и с каждым днём мне попадалось всё больше студентов, уже вернувшихся в училище.Так что те относительно спокойные дни, остававшиеся в моём распоряжении, мы решили посвятить изготовлению «Пилюль Неистощимого Источника Жизни».
Джекки заверил меня, что для этого совсем не обязательно находиться в лаборатории. Заготовки для пилюль уже были готовы. И я заблаговременно сварил достаточный объём состава, которым необходимо покрыть заполненную ци пилюлю, чтобы предотвратить утечку помещаемой в неё энергии. Так что основное действо вполне можно было провести, закрывшись в моей комнате, вдали от любопытных глаз, а не в лаборатории училища, куда мог забрести кто угодно, чтобы сварить себе какое-нибудь зелье.
Перед началом операции по наполнению заготовок энергией я немного мандражировал, хотя, вроде бы, очень обстоятельно подготовился.
Заготовки пилюль были разложены на столе, рядом стояла чаша с закрепляющим составом, около которой лежала кисть для нанесения этого состава. И мой скелет был переполнен собранной ци. Казалось, что я закачал в свои кости просто море энергии. Однако даос, в присущей ему ехидной манере, спустил меня с небес на землю:
— Позволь полюбопытствовать, — елейным голоском спросил он, — а за каким чёртом ты тут разложил все имеющиеся заготовки?
— Как зачем? Мы же сейчас в них ци будем закачивать… Разве нет?
— Непосредственно сейчас у тебя запасено ци не более, чем на три пилюли, — даос прямо-таки сочился ехидством. — А если учесть, что ты выполняешь эту процедуру в первый раз, то наверняка сможешь заполнить и запечатать только две пилюли, и это в лучшем случае…
— Не понял, — я слегка напрягся, — ты же только что говорил о трёх?
— Да, о трёх, но ты, скорее всего, сможешь сейчас изготовить только две штуки, а остальную энергию бездарно растратишь из-за тех ошибок, которые, несомненно, допустишь из-за недостатка опыта.
Теперь всё встало на свои места. Действительно, рассчитывать на то, что всё пройдёт как по маслу было с моей стороны крайне самонадеянно. И, как это ни печально признавать, но язва-даос оказался кругом прав. Энергии мне действительно хватило только на две пилюли. Причём впритык.
А со стороны процесс выглядел, наверное, довольно скучно.
Я сел, взял в чисто вымытые руки заготовку и начал перегонять в неё заблаговременно накопленную в костях ци. Благо, что сама передача энергии давалась мне намного легче и быстрее, нежели её сбор и накопление.Вот только эта кажущаяся лёгкость меня и подвела. На какой-то миг мои мысли привычно перескочили с работы непосредственно над пилюлей на абстрактные размышления о том, насколько большую кучу денег мне удастся за неё выручить, и тут же всё пошло кувырком.
Пилюля, лежавшая у меня в руках, сохраняла жемчужно-серый цвет ровно до того момента, пока я не потерял концентрацию. Стоило мне только отвлечься, как она засияла всеми оттенками зелёного. Собранная моим тяжким трудом ци весело улетучивалась в атмосферу…
— Сосредоточься! — тут же среагировал даос. — Тут надо думать о деле, а не мечтать о будущем богатстве.
— Ага, дурень думкой богатеет, — самокритично подумал я, пытаясь вновь сфокусировать своё внимание на проклятой пилюле.
В общем, изготовление первой пилюли стало для меня чем-то вроде эпического подвига.
Мало того, что истратил на это изделие непозволительно много энергии, так ещё и перемазался пахучим и липким фиксирующим составом, пытаясь нанести его на поверхность своего изделия. Дело в том, что требовалось параллельно следить за своевременным предотвращением возможной утечки ци из уже почти готовой пилюли, и концентрация моя из-за этого постоянно сбивалась.
Так или иначе, через полтора часа неимоверных морально-волевых превозмоганий на заранее подстеленной салфеточке сушилась первая собственноручно изготовленная мною Пилюля Неистощимого Источника Жизни.
На протяжении этих полутора часов я не совершал никаких физических усилий. Да что там говорить, я сохранял почти полную неподвижность. А глядя на этот яшмового цвета шарик, внезапно почувствовал, что сижу тут мокрый как мышь, и крупные капли пота скатываются по вискам.
— Что, умаялся, касатик? — участливо и в то же время с некоторой издёвкой поинтересовался даос.
— Не без этого, не без этого, — вяло ответил я, после чего добавил народную мудрость, — первый блин, как известно, комом…
— Ну, ничего, — успокоил меня Джекки, — зато теперь у тебя есть бесценный опыт. Как это у вас говорят-то? — он немного запнулся, видимо, вспоминая что-то, — а, вот… за одного битого двух небитых дают. Так что посиди минут пятнадцать, подумай о приятных округлостях фигуры Ху Линь, — этот гад не удержался и гнусненько так захихикал. — В общем, отдохни душой, а потом будем закреплять достигнутый успех.
— Вторую? — я не был уверен, что пятнадцати минут размышлений о приятном будет достаточно, чтобы подготовиться к следующему подходу.
— Её родимую, — подтвердил мою догадку даос.
Судя по и этой фразе, да и по некоторым другим словам, сказанным им ранее, можно было уверенно предположить, что мой внутренний китаец уже немного обрусел.
Отпущенные мне пятнадцать минут я посвятил, к своему собственному удивлению, не мысленному раздеванию очаровательной лисички, а меркантильным и циничным прикидкам того, на что следует потратить доходы, которые планирую получить от продажи чудодейственных пилюль, и как вообще организовывать саму их реализацию.
Так толком ничего и не надумав, я был возвращён к действительности моим внутренним даосом:
— Очень похвально, что вместо погружения во влажные подростковые грёзы ты, подобно добродетельному мужу, размышлял о вечном, — наверное, я слишком громко думал, и он таки подслушал мои думы. — Размышлять о деньгах — это всегда своевременно и неизменно полезно, — назидательно изрёк жадный китаец, но потом, вспомнив недавний казус с потерей ци, поправился: — ну, если и не всегда, то почти всегда.
Создание второй пилюли заняло в полтора раза больше времени, да и вымотался я до предела. Самым сложным оказалось не отвлекаться на посторонние мысли и душить их в самом зародыше.
Моё сознание во время работы по передаче энергии, как сказал даос, должно быть подобно совершенно спокойной поверхности горного озера. И на этой водной глади, как в полированном серебряном зеркале, отражаюсь только я и предмет, на который обращено всё моё внимание, то есть эта пилюля. А посторонние мысли– это мелкая рыбёшка, которая так и норовит всплыть и выскочить из воды, рождая мелкие круговые волны, дробящие отражения на мелкие осколки и нарушающие гармонию.
  
Но если посторонние мысли, притворяющиеся рыбками, замечать до того, как им удаётся всплыть, то они исчезают, и поверхность озера остается подобной идеальному зеркалу. В общем, я прочувствовал все эти премудрости и, следует отметить, хоть и утомился морально, но с работой справился гораздо лучше, чем в первый раз.