До свадьбы заживёт (СИ)

 На живописной огромной поляне, где совсем недавно был покос и одуряюще вкусно пахло срезанной травой, в высокое безоблачное небо ушел небольшой черный шарик – метеозонд.
 - Зачем это? – светлые волосы Гора метались как живые под свежим ветерком.
 - Чтобы узнать истинное направление ветра, - охотно ввел в курс дела Зайка, - там, на высоте четырехсот метров, он может дуть в другую сторону.
  
 Димка стоял рядом с Гором и с возрастающим волнением смотрел, как из прицепа грузовичка вытаскивают корзину, горелку, разные баллоны и мешок как у деда Мороза, в котором, как оказалось, находился сам шар, а потом разматывают на земле купол шара – яркого, разноцветного.
 Шесть человек подготавливали к полёту махину, которую сейчас наполняли воздухом.
 - Валер, - позвал Дима сбледнувшего с лица Гудова, который осторожно выпытывал, а не перевернется ли корзина прямо в воздухе (на него смотрели с жалостью, как на нездорового, но отвечали вежливо и толково), - тут подготовки до хрена, как этот Гера собирался всё за несколько часов сделать?
 - За деньги всё можно, - отмахнулся Валерий, нервно оглядывая поляну, к которой подъехала еще одна кавалькада машин, откуда стали выгружать похожее оборудование. - А как приземляться будем? – Гудов потряс край корзины, проверяя на прочность.
 - Гудов, не суетись под клиентом, - цветные дреды, соперничающие красками с шаром, даже не шелохнулись, - посажу аккуратно, даже не заметишь.
 Слова, сказанные уверенным тоном, Валеру не очень успокоили, но суетиться он и впрямь перестал.
 А Димка с Гором пристроились помогать в сборке шара.
 Вот он – миг, когда плавно-величественно поднимается к небу махина чуть не в шесть этажей, а в самом широком месте в полпятиэтажки!
 Почти полностью заполненный горячим воздухом шар затмевал небо, и наконец-то Костя позвал всех в корзину.
 Легко перемахнув через край, парни втянули Гудова, слабо пытавшегося остаться на полянке и посидеть на травке, и полет начался.
 Земля уходила дальше, дальше… почти незаметный подъем.
 Гудов, криво улыбаясь, скромно притулился на небольшой лавочке и не мог отвести взгляда от открытого пламени горелки. Изредка сглатывая, он похлопал Зайку по ноге, привлекая внимание:
 - А шар в воздухе не за… не загорится? – шепотом спросил он.
 - Нет, - мягко ответил Костик, - ты встань посередине корзины, посмотри вокруг. Вон, видишь? Еще наши поднялись.
 И впрямь – на значительном расстоянии от них плыл в воздухе еще один шар, ярко-красный, в виде сердца.
 - Совсем как мое открыто для тебя, - Гор встал за спиной у Димы, положив обе ладони по бокам от него, а подбородком упершись в плечо. Кольцо на его пальце блеснуло, поймав солнечный луч.
 - И мое – для тебя, - Димка всё никак не мог удержаться и ласкал-трогал своего обручального дракона.
 Гор любовно переплел свои пальцы с его, и кольца соприкоснулись.
 - Парни, - неожиданно спросил Зайка, - а вы давно встречаетесь?
 - Полгода, - машинально отозвался Игорь, даже не заметив разрушения легенды о гетеросексуальности.
 Зайка хмыкнул. У Гудова отвисла челюсть.
 А Димка даже не услышал ни вопроса, ни ответа. Он спиной прижимался к груди Гора и пил глазами невиданное зрелище – сейчас они пролетали над лесом, и Костя опустил корзину низко-низко над верхушками деревьев.
 Ночью шел дождь, все ветки были усыпаны «мокрыми» бриллиантами… Дима поднял ладонь к лицу – камешек в пасти дракона перекликнулся с природной алмазной пылью, брызнув в глаза сияющей радугой.
 - Спасибо, Горушка, - шепнул счастливо, погладив по щеке.
 Игорь сам ощущал себя как во сне. Над кромкой леса, под мерный и уютный треск горелки они летели в полной тишине. Под ногами верхушки деревьев и живописные поля с деревушками, а над головой сопит огнедышащий драконище и несет, несет с ветерком по необъятным просторам!
 И Дима смотрит восторженно-влюбленно, Господи, есть ли еще такое счастье на свете?!
 Тонкий профиль Игоря над плечом - не налюбоваться. Какой же он красивый! Тот почувствовал взгляд и повернул голову, лукаво улыбаясь и блестя серыми глазами, его волосы слегка шевелились от ветра.
 - Нравится?
 - Ты, - одними губами сказал Дима.
 Какие бы ни открывались заманчивые виды внизу - самый лучший находился рядом.
 ***
 Гудов молча смотрел на пару перед ним.
 Теперь-то и впрямь понятно, что пару.
 Конечно. Да кто бы не соблазнился на Бронзового мальчика, повелся и Березовский.
 Шансов нет, с печалью понял Валерий. Прощай, золотой лучик. Мелькнул, поманил счастьем и достался другому…
 Забыв про свой страх высоты, Гудов смотрел на склон оврага, весь в птичьих гнездах-норах, на ручей с камышами, канал, по которому навстречу друг другу шли два теплохода и баржа. Костик, подмигнув пожухшему Валере, плавно-незаметно стал спускаться к самой воде.
 Гор заливисто рассмеялся:
 - Отличный подарок тем, кто сейчас на водной прогулке!
 - И не говори, - подхватил и Дима, - сразу два шара над головами зависли!
 И правда, огромное сердце и яркий купол их шара тихо дрейфовали между теплоходиками. С судов им замахали руками и восторженно закричали люди, бывшие на палубах.
 - И слышимость какая! – удивленно сказал Валерий, когда им проорали вопрос о «погоде наверху».
 - Просто мы над водой, а звук тут распространяется «на ура», - объяснил Костя, раскрывшийся Гудову совсем с новой стороны своей натуры.
 Шел второй час полета, и пора было возвращаться. Вдруг заговорила рация, до этого молчавшая: «Тайгер! Прием! Место посадки переносим, милиция по периметру!»
 И точно – задрав головы кверху и придерживая фуражки, из машин с голубыми номерами на них пялилась местные стражи порядка.
  
 - У нас проблемы? – свесившись через борт корзины, поинтересовался Гудов у Зайки.
 - Не-а! – громко отозвался тот, тоже перегнувшись через борт. - Меня тут знают! – слегка кокетливо сказал он, опустив шар прямо над милиционерами.