Я, Дракон... (СИ)

Я бегом отправился к входу, который автоматически стал выходом, и… Не успевал – громадина камня обрушила вход, и выйти уже нельзя. Тогда я перекинулся в форму дракона и бросился наверх – взмахнул крыльями – и взлетел, прямо через жерло вулкана, который извергся мне в брюхо, подкинув метров на пятьсот – я перекувыркнулся, выругавшись древним гномьим матом, и чуть было не упал вниз – расправил крылья и наблюдал красивую картину. Источник силы Саурона был разрушен, а вместе с ним – начал развеиваться чёрный дым над Мордором – ветер сносил эту пыль к чёртовой матери, началось не только извержение Ородруина – весь мордор трясло так, что у Рихтера шкалы не хватит – горы ходили ходуном, а башня Саурона начала заваливаться набок. Глазом моргать уже не получалось – он падал вниз, и обрушился на землю.
  
Я аппарировал в Дейл, в небо над Дейлом, если быть точным, и опустился вниз, забежав в свой дом. Было три часа ночи, все сладко спали – даже Бильбо. Кроме Гэндальфа, конечно – он вскочил как ужаленный и бегал по дому.
– Смауг! – едва я вошёл, волшебник бросился ко мне, – Где ты был? Что произошло?
– Летал по очень важным делам, а что? Что произошло?
– Магия, я чувствую, магические движения. Началось что-то.
– Нет, Гэндальф, ничего не началось, просто кое-что закончилось. Дай ка я тебе покажу. Пойдём за мной.
* * * * *
Показ своих воспоминаний в омуте памяти прошёл успешно – Гэндальф поднялся, расправив свои плечи, и широко улыбнулся.
– Это было оно?
– Ну если после его уничтожения такая свистопляска началась в Мордоре – то наверняка оно. Даже башня Саурона и та рухнула. Всё, больше эта сволочь нам жизнь травить не будет.
– Поразительно! – Гэндальф сел, – Поразительно! Ты… ты уничтожил Саурона!
– Совершенно верно. Это было нелегко, и назгулы эти ещё мешались, но это того стоило. Дракон это всё-таки сильное создание, не стоило против меня выходить даже им. Тем более, что они огня боятся, как оказалось.
Гэндальф весь как-то изменился, расслабился.
– Что же теперь будет… Об этом нужно срочно доложить Белому Совету.
– Могу подбросить. Мне всё равно в Ривенделл нужно, по делам. Заодно и Бэггинса могу поближе к Ширу подвезти.
– Это было бы очень кстати, – моргнул Гэндальф, – но всё же, я поверить не могу, что Саурона уничтожил Дракон!
– Что в этом такого странного? Я бы удивился, если бы его уничтожил Хоббит! Нас, драконов, не так то просто чем-то соблазнить, и кольца нам не нужны, чтобы быть могущественными. Меня беспокоит то, что магия Валар может уйти из средиземья.
– Почему это тебя беспокоит?
– Потому что эльфы очень от неё зависимы. Да и гномы – менее, но всё же. Как ты знаешь – мы развиваем магические способности, не связанные с Валар. Заклинания, людей – ты сам всё видел, – я налил из графина водички, – я вообще не понимаю замыслов вашего этого… творца. Эльфов жалко.
– В Валиноре им самое место, в Средиземье они прибыли из-за Мелькора.
– Всё равно. Вечная жизнь это конечно и хорошо, и плохо. Никто не хочет умирать, но судьба вечно скучать без всякого развития… – я покачал головой, – жизнь в клетке своих ограничений, за которые нельзя выйти. Если бы их общество развивалось, в этом был бы смысл. Гораздо больший, чем способен понять этот… Илуватар.
– Не говори так! – возмутился Гэндальф, – Илуватар творец всего сущего!
– Я умоляю, Гэндальф, – фыркнул я, – Максимум что он сделал – это этот мир, мир Арды. Вселенная состоит из бесчисленного количества миров, существующих в великом этериусе, даже маленькие ответвления которого охватывают бесчисленное количество галактик. Сотворение такого большого этериального домена, как Арда, конечно, дело сильное – я так смогу очень нескоро. Но всё равно – считать его творцом всего… – покачал я головой, – мир гораздо больше чем арда, намного больше. Настолько, что разум рыбёшки не сможет осознать величия океана. Создал он Арду, хорошо, зачем? Чтобы что? Запустил сюда людей – нашёл где-то, притащил – изменил некоторых – сделал эльфами, по одному ему ведомому замыслу – тоже – чтобы что? Создать новую высокоразвитую цивилизацию людей, межзвёздную цивилизацию? А эльфов оставить рядом с ними на первых порах, чтобы не ударились, как обычно это бывает – в религиозный фанатизм и междуусобицы, тормозящие развитие?
– Кхм, – Гэндальф мало что понял из моих речей.
– Тогда зачем эльфов делать бессмертными? На мой взгляд, они куда более перспективны и полезны. Хотя их бессмертие условное. Ты видел здесь детей-волшебников?
– Видел, и что?
– С точки зрения этой эльфийской теории – каждый из них бессмертен не меньше чем эльфы. Души, связанные с этериусом – из него исходят и в него уходят, накопив свой опыт. Пока не обретут новую жизнь. Волшебники с этой точки зрения бессмертны как эльфы, только стареют и умирают как люди, а так… этериус не терпит пустоты. И он вечен – он старше, чем само время и больше, чем пространство, – я взгрустнул, – Эльфов правда жалко. Потеряли кольца, соберут манатки и уплывут в Валинор.
– Жалеть нужно оставшихся, потому что они здесь на чужой земле.
– Планета то общая, ты от этого никуда не сбежишь, – хмыкнул я, – да и Валинор рядом – стоит развить технологии путешествия и уже Валинор окажется в двух часах лёту отсюда, от Эребора. Разве что расслоить арду на домен и субдомен, в котором другое пространство.
– Как это?
– Как этот дом, Гэндальф. Который снаружи раз в пятьдесят меньше, чем внутри. Это считай расширение мира за счёт этериуса – внесение правок в работу с пространством мистера Илуватара. Замысел творца мне непонятен. Что с эльфами делать? Должны ли они уходить? Жаждут ли они жизни или вечного существования, как камень?
– Прожитые века и тысячелетия не проходят для них бесследно. А их очень хорошая память не даёт им забыть ничего.
– Да это же издевательство. Забывание чего-либо это важный механизм нашей психики и наша защита от запоминания лишнего. Как регулярное мытьё рук – чтобы смыть всю налипшую грязь.
– Эльфы так не умеют.
– Нужно подумать над их народом. Серьёзно поразмыслить. Я мог бы постараться оставить их в средиземье, или ничего не делать и они уйдут.
– Я думаю, там им лучше. И мне тоже не место среди смертных, – сказал со вздохом Гэндальф, – да и тебе тоже.
– Вот уж дудки, – фыркнул я, – сидеть целую вечность под наблюдением местных полубогов в ожидании конца света и ничего не делать? Нет уж, такого издевательства я не потерплю. Что вы хотите сделать со средиземьем? Какой цели достичь? – спросил я с вызовом, – я сомневаюсь, что вечно толочь в ступе одну и ту же воду с королями, крестьянами и техническим развития доиндустриального уровня – это предел мечтаний создателя.
– Замысел создателя неизвестен никому, кроме может быть владыки Манвэ, который тоже лишь близок к его пониманию.
– То есть втихую всё проворачивает и информацией не делится. Опять никаких мануалов, зачем это всё завертелось и что хотим сделать. Ладно, проедем эту тему. Всё равно никто не ответит из компетентных товарищей. Магия Валар определённо скоро покинет средиземье – так ведь должно было произойти? Эльфы, кольца, Саурон, всё такое – и скоро здесь не останется магии Валар. Но это не значит, что магия исчезнет – просто источник её будет другой.
– Да, пожалуй, так, – согласился Гэндальф, – я сам не понимаю, как это так, но похоже, что ты прав. И магия останется в мире.
  
– Потому что её нельзя убрать. Надо бы что-то решить с Эльфами. Мне их жалко – но что делать… – я покачал головой, – может и правда им лучше уйти из средиземья?
– Я не исключаю такого.
– Тьма, однако, останется в средиземье навсегда. И орки не передохли все – Моргот всё ещё существует. Просто Саурона убрали. Итак, – я скрестил пальцы в замок, – тем не менее, желание найти выход для эльфов есть. Саурон создал своё кольцо – а через него создал кольцо эльфов этот, как его… эльфийский кузнец…