Спасите меня, Кацураги-сан! Том 14 (СИ)

Я уже обдумывал, как заполучить образец вируса, чтобы самостоятельно его изучать. Для этого нужно расширить свою частную клинику и создать в её пределах небольшую лабораторию. И, разумеется, нигде не регистрировать её истинное назначение.
Уверен, даже «ВОЗ» и руководство проекта «Двенадцать» будет против того, чтобы я забрал вирус себе.
Подтверждение этому есть в договоре, который я подписывал, нанимаясь в команду «Двенадцать». Мы не имеем права забирать образцы вируса. Это могут делать только ученые, отправленные «ВОЗ» к пациентам. Никто не станет рисковать, позволяя врачу-терапевту самостоятельно изучать вирус, поэтому я и не стал брать образец у прошлого заражённого.
  
Но иного выхода нет. Мне придётся рано или поздно сделать это самостоятельно. Снова создать вакцину, против которой вирус ничего сделать не сможет.
А Купер Уайт, заразившийся «Фебрис-12» — это огромный шанс. Когда-то я сам себя заразил супербактерией и в конце концов погиб после этого. Пора переплюнуть свой прошлый уровень. У меня есть заражённый Купер, вместе с ним мы можем провернуть всё что угодно, при этом не рискуя его жизнью, поскольку он будет под наблюдением лекарей.
И поэтому я должен попытаться сделать два дела сразу. Спасти ему жизнь и извлечь из его тела вирус для дальнейших изучений.
— Доктор Кацураги, о чём вы говорите? — удивился Джейсон Конрад. — Какой смысл переправлять доктора Уайта к вам?
— Причин на то несколько, — ответил я. — Во-первых, с недавних пор доктор Уайт является гражданином Японии. Во-вторых, осматривать его должен член группы «Двенадцать». Не помощник-инфекционист, а один из основной шестёрки, избранной на олимпиаде. Не подумайте, что я каким-то образом пытаюсь вас принизить. Мне известно, что вы отличный инфекционист, доктор Конрад. Но Купер Уайт всё равно должен быть переправлен в Японию. Запросите самолёт у «ВОЗ». Уверен, они не откажут. Я направлю им требование в ближайший час.
— Хорошо, Кацураги-сан, если вы считаете, что это необходимо, я сделаю так, как вы говорите, — ответил Конрад. — Подходящий самолёт для транспортировки больных у нас в Сиднее уже есть. Скорее всего, нам выделят именно его. Думаю, доктор Уайт будет в вашем инфекционном отделении примерно через пятнадцать часов.
Отлично, как раз примерно в это время у меня начнётся рабочий день. С утра мы с Окабэ Акирой займёмся Купером. Остаётся надеяться, что вирус не убьёт его быстрее этого срока.
Что ж, когда-то Купер Уайт работал австралийским «летающим медиком». А теперь на самолёте будут доставлять его самого. Плохая ирония.
Ещё важно, чтобы у него не возникло осложнение в виде менингита. Купера, как и любого лекаря, нельзя допускать к МРТ головного мозга. В противном случае тайна наших способностей будет раскрыта и послужит открытием похлеще, чем появление «Фебрис-12».
Хотя я уже задумывался о том, не стоит ли нам раскрыть себя общественности. Или хотя бы объяснить «ВОЗ», на что мы способны. Но этот план тоже слишком опасен. В нём больше минусов, чем плюсов. С одной стороны, у нас появится больше свободы, и мы сможем помогать людям с помощью лекарской магии уже официально.
Но, с другой стороны, неизвестно, как отреагируют на это власти. Нас могут отправить в секретные лаборатории. Наверняка правительство и учёные захотят научиться передавать наши способности другим людям.
И это только в лучшем случае. В худшем нам просто никто не поверит, посчитают сумасшедшими и лишат лицензии.
Именно поэтому пока что имеет смысл действовать из тени, как и прежде. Мир пока не готов к этому открытию.
Я отправил запрос в «ВОЗ», затем созвонился с Окабэ Акирой и объяснил ему ситуацию. Главный инфекционист «Ямамото-Фарм» и азиатской группы «Двенадцать» пообещал, что придёт на работу как можно раньше, чтобы первым принять поступившего в отделение Купера Уайта.
После окончания рабочего дня я вернулся домой и устроил настоящий мозговой штурм. Метался по квартире «туда-сюда», бесконечно размышляя о дальнейшем плане действий.
Купера отправляли в такой спешке, что никто даже не удосужился прислать мне результаты его обследований. А «Фебрис-12», как известно, беспощаден и вездесущ. Он может забраться в любую систему органов.
Не стоит ожидать банальной пневмонии. Хотя она, судя по голосу Купера, уже имеет место. Он кашлял, задыхался, пытаясь передать мне информацию о произошедшем.
Каждое столкновение с этим вирусом по сути является одной из битв за дальнейшую судьбу человечества. Если допустить его утечку — последствия могут оказаться необратимыми.
Раздумывая об этом, я пришёл к выводу, что у меня есть один план на случай, если ситуация окажется слишком тяжёлой. План, который можно приводить в действие только в случае полного отчаяния.
Собрать всех известных мне лекарей в «Ямамото-Фарм» и обдать Купера Уайта такой дозой магии, что у «Фебрис-12» попросту не останется шансов на выживание. Но это — большая проблема, поскольку Рэйсэй Масаши и Дайго Рэн являются слабыми лекарями, и допуска к проекту «Двенадцать» у них нет.
На самом деле это основная причина, почему Купер летит в Японию, а не мы летим в Австралию. Я могу не справиться один, а переправить туда остальных лекарей будет довольно долго из-за проблем с получением допуска к пациенту. Здесь, в клинике, где я работаю, этот вопрос будет решить гораздо проще.
Купер был моей главной козырной картой. Моей правой рукой. Единственный лекарь, который хотя бы примерно близок к моему уровню силы. Только ему я мог доверять по-настоящему сложных пациентов. И только с ним мог обсуждать вопросы проекта «Двенадцать».
Мы обязаны спасти его любой ценой. Гибель Купера станет катастрофой, как для меня, так и для всего нашего сообщества, сражающегося против «Фебрис-12».
Поспал я совсем недолго. Вырубился часов на пять и ранним утром сразу же направился в клинику. Около входа в приёмное отделение мы совершенно случайно пересеклись с Окабэ Акирой.
— Так и знал, что вы тоже приедете раньше, чем следует, Кацураги-сан, — поприветствовал меня инфекционист. — Хотите разгрести всю свою работу перед появлением нашего общего пациента?
— Нет, я хочу пройтись по вашему отделению, Окабэ-сан, — ответил я. — Нужно ещё раз перепроверить специальный бокс, систему вентиляции. Убедиться, что всё работает как надо. Мы не имеем права допустить утечки.
— Это верное решение, Кацураги-сан! — закивал он. — Вдвоём мы справимся гораздо быстрее. Сколько у нас примерно времени до поступления пациента?
— Сложно сказать. Скорее всего, часа три, — ответил я. — Мне позвонят, когда доктора Уайта погрузят в машину в аэропорту. Центральная Токийская больница выделила тот же автомобиль, на котором доставляли прошлого пациента. Как показала практика, он очень хорошо подходит для перевозки больных с особо опасными инфекциями.
— Стойте, погодите! — замахал руками Окабэ и задержал меня прямо у входа в приёмное отделение. — Вы сказали — доктор Уайт? Купер Уайт?
— Да, Окабэ-сан, это он — тот самый пациент.
— Проклятье… А ведь он — инфекционист не хуже меня. После прошлого случая с «Фебрис-12» я немного пообщался с ним. Крайне образованный молодой человек. И очень опытный. Как же он умудрился заразиться? Неужели защитные костюмы уже не спасают?
— Это мы узнаем, только когда Уайт-сан придёт в себя и поделится с нами информацией о том, что случилось в Австралии, — сказал я.
После этой короткой беседы мы приступили к проверке инфекционного отделения. Причём сделали это не зря. Я как чувствовал, что у нас может всплыть какой-нибудь форс-мажор. Так и оказалось на самом деле. Герметичные двери, которые вели в специальный бокс, были повреждены.
  
Либо кто-то задел их каталкой, либо материал изначально оказался дефектным, но в стекле образовалось отверстие.
Одна маленькая дыра в дверях может привести к разгерметизации и распространению вируса по клинике.
Главного врача — Акихибэ Шотаро — на рабочем месте не было. Он всё ещё отходил от того, что произошло с ним ранее. Взял недельный отпуск перед тем, как снова приступить к работе. Поэтому решать проблему пришлось своими силами.