Имперский колонист (СИ)

— Спасибо, Агата, — отозвался я.
Из отражения на меня смотрел молодой широкоплечий блондин с голубыми глазами. За прошедшие в этом мире девятнадцать лет я уже привык к своей новой внешности. Да и чего там говорить, после тысячи лет на службе у Смерти, я уже позабыл, как выглядел изначально.
Теперь же я вырос в настоящего красавчика, в чём безусловная заслуга четы Князевых. Что Владислав Константинович, в прошлом ярый сердцеед, что Елизавета Ростиславовна, на руку которой претендовал даже великий князь, могли бы занимать места в конкурсах красоты.
  
Закончив собираться, я допил чуть остывший кофе и взмахом руки вызвал проекцию своей брони. В оригинале боевой доспех предназначался для штурмовых подразделений армейского спецназа, если бы только не цена за единицу. В итоге чудесную разработку зарубили на корню, её создатель прогорел, а я купил дело всей его жизни и теперь дорабатывал в меру своих потребностей.
Немного повозившись с внутренностями доспеха, я оторвался от работы, только услышав голос Агаты.
— Его благородие Владислав Константинович прибыл, — сообщил ИИ. — Он будет ждать вас в своём кабинете через пять минут.
— Спасибо, Агата, — отозвался я и взмахом руки погасил проекцию.
Кабинет главы рода Князевых располагался в нескольких метрах от крыла жилого. Биометрический замок на двери мигнул зелёным огоньком. Стоило приложить к сенсору палец, и створка отъехала в стену.
Отец обернулся ко мне с бокалом в руке. Смятый смокинг лежал на спинке кресла, демонстрируя настроение Владислава Константиновича. Он явно пребывал в смятении, но внешне держал себя в руках, как обязывало положение.
Разумеется, никто не заставлял следовать правилам общества в стенах собственного дома в узком кругу семьи и приближённых слуг. Однако, оставаясь в этих рамках, гораздо проще сдержать эмоции.
Мы были похожи настолько, что нас запросто можно было бы спутать, если бы не разница в возрасте. Впрочем, оба моих старших брата тоже пошли в породу Князевых, и только Дарья, четвёртый и самый любимый ребёнок, была копией матушки.
— Ярослав, присядь, — указав рукой с бокалом на кресло у стены, кивнул мне глава рода.
— Хорошо, отец, — отозвался я, после чего опустился на предложенное место.
Владислав Константинович всё ещё сохранил мужскую стать, превратившись из молодого красавца в солидного мужчину, на которого готовы были вешаться все дамы в округе. К их несчастью, Елизавета Ростиславовна была единственной женщиной, на которую отец обращал внимание.
— Как ты знаешь, поставки энделиона из Аэлендора позволяют нашему роду оставаться на плаву и занимать то место в обществе, которое у нас есть, — начал он издалека. — На протяжении нескольких поколений Князевы занимались переработкой магических камней, обеспечивая львиную долю поставок в государственную казну.
Само собой, это не было для меня новостью, хотя я и был лишь третьим сыном Князевых. Это Игорь Владиславович, первенец и наследник, погрузился в дела рода, перенимая опыт главы. Мои знания лежали в более практической плоскости.
— Сейчас наступило такое время, — продолжил отец, — что многое может поменяться. Пришлось подёргать за ниточки, чтобы про Князевых не забыли в нужный момент. И этот момент наступил, Ярослав.
Взяв паузу, отец осушил бокал залпом и отставил пустую ёмкость на столик с напитками. Выдохнув, он плеснул себе ещё. Мне было заметно, что отец изрядно волнуется, хотя тот и старался держать себя в руках.
— В королевство Арканор, страну эльфов, которая поставляет нам основную массу камней энделиона, направляется посольство Российской Империи, — пригубив напиток, сообщил глава рода. — Будет заключено множество соглашений, включая открытие постоянно представительства в Аэлендоре и подписание стратегического союзного договора. Понимаешь, что это значит, сын?
Я кивнул.
— Если кто-то из нашего рода будет участвовать в переговорах, значит, мы имеем потенциальную возможность получить поставки энделиона в свои руки целиком, — ответил я.
— Именно, Ярослав, — подтвердил отец, после чего сел в кресло напротив меня. — Сам понимаешь, что для этой задачи должен присутствовать если не глава рода, так один из детей. Игорь не может, он наследник, его не пустит государь, даже если я буду на коленях умолять. Михаил служит в армии, а до прибытия наших войск в Аэлендор пройдёт ещё не один месяц. Да и не годится он в переговорщики, сам знаешь, какой у тебя брат вырос.
Это да, Мишка никогда не любил работать так, как это делали отец и Игорь. Вот дать в бубен, пострелять, погонять на броневике — вот это было его. Как и жизнь по Уставу, ставшему для моего брата книгой куда более родной, чем Новый Завет. Михаил был тем фанатиком армии, на которых она, собственно, и держится. Потому и карьера его на месте не стояла.
— Остаюсь я, — склонил голову я.
Отец усмехнулся.
— Да, Ярослав. В том-то и дело, что ты, — проговорил он. — Сам посуди, ты отлично разбираешься в магии, куда глубже погружён именно в исследовательскую работу, чем все остальные. К тому же участие в такой дипломатической миссии станет отличным подспорьем для любой карьеры, какую бы ты потом ни избрал.
— Отец, — подняв руку, прервал его я. — Меня не нужно уговаривать. Раз род нуждается в моём участии, мне остаётся только уточнить: когда мне быть готовым?
На лице Владислава Константиновича промелькнула довольная улыбка.
Всё-таки воспитанию достойных детей Князевы посвящали немало сил и времени. Высказывание «не род для человека, а человек для рода» в полной мере отражало действительность дворянства Российской Империи. Правильного дворянства, во всяком случае.
Так что мои слова были для отца признанием его труда и заставляли главу рода Князевых собой гордиться.
— Что ж, отрадно это слышать, — кивнул он. — Тогда я расскажу тебе и о второй задаче, которая проистекает из первой. После завершения переговоров, которые займут в самом худшем сценарии неделю времени, тебе придётся сопровождать представителя Арканора, которого отправят с дипломатическим визитом уже к нам, в Москву. Эльфы пока не объявили, кто это будет конкретно, но что лицо, приближённое к их королю, однозначно — иначе любая подпись ничтожна.
— А как же остальная делегация? — уточнил я. — Разве они не поедут обратно в Российскую Империю?
— Они останутся в посольстве, которое будет открыто, согласно этому же договору, — отмахнулся отец. — Но можешь не переживать, вместе с членом королевской семьи в любом случае отправится гвардия его величества. У тебя будет сугубо представительская функция, придающая достаточного веса на время путешествия. Можешь считать, что будешь служить гидом. Кстати, нашу делегацию в столицу Арканора тоже поведёт только один представитель эльфов. Ровно с той же задачей.
Я задумчиво кивнул.
Звучало всё вроде бы логично, однако я не верил, что всё пройдёт гладко. Потому что Арканор — не единственное государство эльфов, и союз с Российской Империей многим среди ушастых станет равносилен ударом серпом по яйцам.
Пока они продавали нам энделион, соседи ещё закрывали на это глаза. Камней магических у всех ушастых завались, так что тот факт, что эльфы Арканора умудрились продать нам снег зимой — это повод для расовой гордости. Вроде как ушастые продают аборигенам стеклянные бусы, выкупая полезные блага.
Оружие и технологии Российская Империя не продавала, а вот товары гражданского назначения вроде готовых автомобилей, техники и комплектующих — запросто. Опять же, наши зерновые культуры шли на ура среди эльфов, так как у них собственные уступали в силу отсутствия профессиональной селекции.
  
Смешно звучит, но дети лесов выращивали только магические сорта растений. Само по себе это было неплохо, но человеческий опыт превосходил по качеству то, что могли выжать ушастые из своего сырья. Уже это стоило того, чтобы торговать. А уж то, что улучшенные магией земные культуры получали дополнительную прибавку, на голову превосходя аэлендорские продукты, и вовсе возводило их в ранг элиты.