Измена. Просто так не сдамся (СИ)
- Ну, это вряд ли. Но все же есть правда в твоих словах, потому что опаздывать зело, как некрасиво, - шепчет муж мне прямо в губы. - Все, ведьмачка - рыжульная, я побежал. Пиши. Звони. На связи.
Если бы каждый из нас мог знать, что случится в этот день, то вероятно, мы бы оба предпочли провести время до самого вечера в объятиях друг друга…
Глава 3
Попрощавшись с мужем, в галерею еду в прекрасном настроении под блюзовое сопровождение.
Вспоминаю как я семнадцатилетней девчонкой случайно налетела в коридоре строительного института на блондинистого атлета с лицом богатыря Алеши Поповича.
Он, роняя рулоны чертежей, успел поймать меня в свои крепкие объятия и вот уже двадцать семь лет не выпускает из них.
В строительный институт я не прошла по набранным баллам. И в день, когда собрала вещи, чтобы возвращаться в свой рабочий поселок, примчался Юрка.
- Юлька, не дури с отъездом. Мне тетка сказала, что в институте культуры недобор. Ты можешь поступить пока в него, а на следующий год переведешься в строительный. Короче, я тебя не отпускаю, - выдрав из моих рук вещи, решительно заявил Шацкий.
На мой вопрос: “Почему?” - Юрка ответил просто: “Сдохну без тебя, рыжуля!”
Тогда между нами еще ничего не было, кроме редких поцелуев и ночных прогулок. Юрка до моего восемнадцатилетия относился ко мне очень трепетно.
После его празднования сделал мне предложение.
Сыграв свадьбу год мы жили у его тетки в комнате, где по стене окна стояла односпальная кровать и тумбочка. От края кровати до двери оставалось всего сантиметров тридцать.
Нам большая площадь особо и не нужна была.
Днем мы учились. Юра заканчивал институт, а я усиленно трудилась на зачетку.
Вечерами мы работали. Юрчик занимался чертежами, а я помогала преподавателю в обработке его научных статей.
Ну, а ночами мы любили друг друга до изнеможения. К выпуску Юрки из института налюбили нашу Дашку. До декрета я училась. Потом взяла академ и поехала к мужу на стройку.
Жить нам пришлось в теплом вагончике, а новорожденную малышку вместо кроватки мы положили в раскрытый чемодан. Отсутствие нормальных жилищных условий нам не мешало совсем.
После академки я перешла на заочку. Во время сессий жила с малышкой у Юркиной тетки.
На последних курсах дочка оставалась с мужем. Отцом Юрочка оказался отличным. Ему я могла доверять на тысячу процентов.
По разным стройкам нас мотало лет пять. Дашка поменяла много детских садов. Бытовые вопросы и постоянные переезды нам нисколько не мешали.
Сейчас мне даже кажется, что наоборот они сплотили нас еще больше.
И только потому, что у нас было самое главное - ЛЮБОВЬ и стремление Юры сделать нашу жизнь лучше.
Даже при небольших доходах он умудрялся меня и Дашку баловать разными вкусностями и подарками.
Лучше мы стали жить, когда Юре предложили работу в Москве. Тогда стройтрест выделил нам однокомнатную квартиру, в которой мы радовались, как дети Деду Морозу.
Через несколько лет Юрка попал в нужное место и к нужным людям. Вместе с ними у мужа появился свой бизнес и деньги, а у нашей семьи большая трехкомнатная квартира.
Юркин бизнес достаточно быстро основательно встал на ноги.
Через семь лет муж перевез нас в свой дом. Незадолго до свадьбы дочери на мое сорокалетие любимый подарил мне помещение под галерею.
Когда кто-то говорит, что благополучие это деньги, я всегда мысленно благодарю высшие силы за Юрочку.
Потому как знаю точно: мой муж - это и есть мое благополучие.
Думаете, я играю понятиями или просто выбрала для себя удобную позицию? Нет…
Ничего подобно. Я искренне люблю и уважаю своего мужа. Горжусь им как человеком слова и дела. И рада, что за все годы совместной жизни он ни разу не дал мне ни малейшего повода сомневаться в себе.
- Да, милый. Все получила. Распаковала, как ты и велел, в присутствии сотрудников транспортной компании и страхового агента. - с нежностью в голосе отвечаю на звонок мужа, смотря на коллаж наших семейных фотографий на моем столе. - Под актом описи все расписались. Ну, что ты, любимый мой, я не воспринимаю твои слова, как контроль. Конечно же, понимаю, что это опека и забота. Не переживай. Как у тебя дела, милый?
Пока Юрочка коротко рассказывает о совещании в Минстрое, я раскладываю документы по папкам и отправлю в полиграфическую компанию тексты для адресных приглашений, буклетов и рекламных проспектов.
- Рыжуль, я сейчас еду на встречу с одним важным для меня человеком.
- Угу! Наш ужин отменяется и переносится на другой день. Я правильно поняла, любимый? - уточняю, потому что мне тоже хочется немного задержаться в галерее, чтобы самой принять новые витрины для китайских экспонатов, которые привезут чуть позже обещанного времени.
- Юлек, если встреча подзатянется, то я предупрежу. Но…Задерживаться не планировал…
Пощебетав еще немного, мы с мужем прощаемся до встречи дома.
После разговора с Юрой иду в запасник, где стоят в ящиках в ожидании витрин экспонаты китайской галереи.
Партнер моего биеннале назвал свою экспозицию в соответствии с китайской традицией – строкой из стихотворения поэта эпохи Тан Ли Бо – "Очищается сердце мое, идя по Чистой реке..."
Надеваю белые перчатки и с любовью осматриваю фарфоровые скульптуры Конфуция и белоснежную царя обезьян Сунь Уку́на.
Вглядываюсь в элементы национального костюма, народные китайские картины и образцы каллиграфии.
Любуюсь гордость китайской стороны – скульптурой Князя-дракона Восточного моря, которая была сделана в XVII веке неизвестным мастером.
От осмотра меня отвлекает моя сотрудница - молодой искусствовед Мария.
- Юлия Борисовна, Вас спрашивает девушка, - мягким голосом сообщает Маша.
Вспоминаю, что у меня еще назначена встреча с очень талантливым арт-консультантом Софьей из Тель Авива.
- Спасибо, Мария. Можете недолго занять нашу гостью. Я через минутки две выйду.
Складываю экспонаты в ящики, снимаю перчатки, поправляю волосы и иду в торговый зал галереи, где слышны голоса - мягкий тихий Марии и громкий высокий, который, как я понимаю, принадлежит гостье.
Подхожу, приветливо улыбаясь. Представляюсь, понимая, что яркая блондинка с алой помадой на пухлых губах точно не арт- консультант.
Девушка внимательно и даже несколько придирчиво окидывает меня взглядом и представляется:
- Элона. Можно просто Эля.
Киваю головой и уточняю:
- Чем обязана вашему визиту, Элона? Хотите что-то присмотреть для интерьера?
- Интересное предложение. Но…В другой раз, - мазнув взглядом по стенам и коллекции экспонатов, которые стоят в зале продаж, отвечает женщина.
Приподнимаю удивленно бровь, но вопроса не задаю, жду пока гостья сама обозначит причину своего визита.
- У меня к вам дело...личное…
Блондинка делает паузу, вероятно, ожидая мою реакцию.
Продолжаю молчать, не желая ей помогать своими вопросами.
- Я - любовница вашего мужа, - с акцентом на каждом слове тоном победительницы произносит фря лет на двадцать моложе меня.
От неожиданности дергаю головой, словно меня ударили по лбу.
Взмахиваю ресницами и сжимаю челюсти, чтобы сдержать непроизвольный нервный смешок.
- Извините, - тут же раздается сконфуженный голос Марии. - Юлия Борисовна, мне можно идти.
- Да, конечно, милая, - отвечаю очень спокойно, хотя у меня все внутри дрожит и в ушах стоит гул, словно сигналит локомотив.
Как только моя сотрудница уходит, поворачиваю голову с приветливой маской на лице в сторону непрошенной гостьи.
Смотрю на нее молча, даже не веду бровью.
Держу паузу, создавая эффект неловкости и вынуждая паршивку начать говорить первой.
И она ожидаемо не выдерживает.
- Юра вас не любит, - прищурив лисьи глаза, с вызовом в голосе выдыхает Элона.
- Думаете, вас любит? - пожимаю плечами и мягко улыбаюсь, потому что уже успела взять себя в руки.