Королевство грешников (ЛП)

— Свяжи её и убедись, что она не сбежит, — приказываю я по-русски одному из своих охранников, когда он берет Рею и тащит ее в заднюю часть машины.
Тяжело вздыхаю, слушая ее пронзительные протесты и метания, когда сажусь в машину. Глядя вниз на свою слегка мокрую и грязную одежду, я пытаюсь подавить свой гнев.
Вопрос за вопросом проносятся у меня в голове после того, свидетелем чего я стал.
Что случилось с Реей? Почему она так себя вела?
Почему она выкинула такой трюк? Кто ее так ударил?
Но самое главное… что происходило на самом деле?
К тому времени, как мы возвращаемся ко мне домой, уже далеко за полночь. Выйдя из машины, двое охранников вытаскивают Рею из своей машины, пока она продолжает сопротивляться.
— Отпустите меня! Вы, придурки! Отпустите меня! — кричит она.
Я киваю охранникам, чтобы они отвели ее наверх.
— В комнату для гостей.
Кивнув мне головой, они уводят ее, а я тем временем иду в свою спальню и переодеваюсь.
Когда я направляюсь в ее комнату, громкий грохот изнутри заставляет меня броситься туда. Ворвавшись внутрь, я обнаруживаю ее стоящей с ножом в руке. Четверо моих охранников пытаются приблизиться к ней, как будто она какое-то дикое животное, готовое к прыжку.
Один из мужчин пытается добраться до нее. Ее дыхание учащается, когда она без колебаний вытаскивает нож и яростно полосует его по руке и щеке.
Остальные хватаются за оружие, но я останавливаю их.
— Нет, она нужна мне живой, — приказываю я, но они сдерживаются.
Когда она смотрит на меня, я вижу отчаяние в ее глазах. Отчаянную жажду свободы, побега.
— Прекрати это. Прямо сейчас, — приказываю я.
Я подкрадываюсь к ней, а демон крадется позади меня, как моя тень. И, как будто она чувствует это, ее рука начинает дрожать, хотя она высоко держит голову. Не выказывая страха.
— Рея, брось нож. Мы можем сделать это легким или трудным путем, — бормочу я своим холодным, бесстрастным голосом.
— Меня зовут не Рея, перестань называть меня так, — она шипит свои слова, как проклятие.
Ее взгляд продолжает приковываться к охранникам, которые ждут моего приказа либо убить ее, либо увести. Понимая ее точку зрения, я смотрю на них.
— Покиньте комнату. Не возвращайтесь, пока я не скажу.
Они секунду колеблются, прежде чем удалиться, оставляя меня наедине с Реей.
— Они не причинят тебе вреда. Так что сейчас же брось нож.
Она крепко сжимает нож обеими руками.
— Твои слова для меня ничего не значат. Я не просила тебя спасать меня! Я лучше умру, чем снова подвергнусь пыткам… — Последние слова заставляют ее голос дрожать, почти на грани срыва.
Ее разбитые губы слегка дрогнули, прежде чем она сморгнула слезы, не желая показывать слабость ни мне, ни кому-либо еще.
Я понятия не имею, о чем она говорит и на какие пытки она указывает. Я видел ее прошлой ночью в "Андеграунде", и она казалась абсолютно здоровой. Что, черт возьми, произошло всего за один день, что заставило ее превратиться в потерянное, дикое животное?
— Брось нож, и мы сможем поговорить об этом. — Я поднимаю руку, затем медленно опускаю ее. — Я не причиню тебе вреда.
— Пошел. Ты.
Крепко сжимая нож, она бросается на меня, целясь в сердце. Мои толстые ноги отбрасывают меня назад и спасают как раз вовремя. Я опускаю ее запястье и выбиваю нож у нее из рук. Он со звоном падает на пол в углу.
— Нет! — Она бросается, чтобы вернуть нож, но я быстрее и хватаю ее в свои объятия, сцепляя ее руки за спиной, прижимая ее спиной к моей груди. — Нет! Пожалуйста, отпусти меня! Сжалься надо мной, — громко кричит она, вырываясь из моей хватки.
Разозлившись на ее поступок, я разворачиваю ее и бью по лицу.
— Прекрати, черт возьми, Рея! — Я кричу во всю силу своих легких, слыша, как мой голос эхом разносится по комнате.
Ее лицо повернуто набок, грязные непослушные волосы скрывают от меня ее лицо. Схватив ее за подбородок, я поворачиваю ее к себе, встречаясь с ее глазами, полными ненависти.
— Меня зовут не Рея! Перестань называть меня так.
— Прекрати врать. Я трахал тебя часами, наблюдал за тобой днями. В одном я чертовски уверен, так это в твоем имени, — рычу я.
Она хмурится в замешательстве.
— О чем, черт возьми, ты говоришь? Я никогда в жизни тебя не встречала. И я бы не позволила тебе находиться рядом со мной. — Ее голос отражает обещание, заключенное в ее словах.
Но когда я смотрю в ее глаза, я вижу это.
Правду. Шокирующую правду, которая носит свою корону передо мной, делая меня похожим на падшего бога. Единственное, что я хорошо читаю, — это когда кто-то лжет. Но в этот момент я вижу, что она не лжет.
— Тогда как тебя зовут?
— Элиша.
Глава 10
МАКСВЕЛЛ
ПРОШЛОЕ
— Гребаная пизда, — рычит монстр в темноте. Когда он, наконец, роняет окровавленную металлическую трубу на пол, другие его товарищи тоже роняют свои. Не сказав больше ни слова и не взглянув через мое плечо, они выходят из комнаты и запирают двери. Сегодня вечером они высосали из моего тела каждую унцию энергии. В ту минуту, когда дверь закрылась, мои глаза закрылись сами по себе. Темнота окутывает меня, когда мое сознание начинает ускользать на ночь.
Но передо мной всплывает размытое видение фигуры.
Это она. Я просто знаю это.
Это мой ангел.
Я так сильно хочу прикоснуться к ней. Я хочу заключить ее в свои объятия, ощущая ее приятное тепло на своем теле. Я хочу поцеловать эти губы, чувствуя, как моя боль растворяется в воздухе.
Но сегодня я более чем слаб. Я разбит. И это разбивает мне сердце, что моему ангелу приходится видеть такую катастрофу, лежащую на грязной земле.
Как сильно я хочу держать глаза открытыми, просто чтобы увидеть ее. Но мое тело сдается, когда я погружаюсь обратно в темноту.
Но я все еще чувствую ее тепло. Она прикасается ко мне… моя окровавленная щека скользит к глубоко порезанной губе. Ее пальцы слегка касаются моих синяков, как будто она пытается нанести их на карту.
Но по какой-то неизвестной причине все кажется по-другому.
Прикосновение, ощущения… Все это кажется незнакомым.
Я знаю, что это она, но в то же время я этого не знаю.
Что происходит? Кто это на самом деле?
У меня больше нет интереса искать ответы. Еще больше темноты… заблудиться.
Когда я снова просыпаюсь, на улице все еще темно, и внутрь проникает только лунный свет. Проспал ли я весь день или все еще переживаю ту же ночь?
Я понятия не имею. По какой-то причине боль больше не ощущается на поверхности. Она есть, но терпима. Хмурясь в замешательстве, я прикасаюсь к губам и глазам, ощущая пятна жидкого антисептика. Только один человек мог обработать мои раны.
Мой ангел.
Но я чувствую чье-то присутствие позади себя, от которого у меня по коже бегут мурашки. В тот момент, когда я собираюсь обернуться, чья-то рука касается моего плеча. Мое сердце учащенно бьется.
— Не оборачивайся, — шепчет пронзительный женский голос, голос, который я узнал бы где угодно.
Мой ангел.
Я неподвижно лежу на земле, пока она не приводит меня в сидячее положение. Именно тогда я чувствую, как гладкая шелковая ткань оборачивается вокруг моих глаз, когда она завязывает мне глаза, лишая меня луча света. Меня все глубже затягивает во тьму, но я остаюсь сильным ради нее.
— Что ты делаешь, Angel? — спрашиваю я, оглядываясь через плечо.
— Я просто хотела кое-что попробовать. Ты мне доверяешь?
Я киваю.
— Всегда. — В моем голосе нет колебаний.
Я чувствую, как она двигается передо мной, когда садится ко мне на колени. Ее руки скользят по моей шее. Ощущение согревает мое тело, и все же по нему пробегает неуверенность. Я чувствую, как ее кончики пальцев скользят по моей шее сзади, поднимаются и откидывают мои волосы назад, когда мое лицо откидывается назад. На несколько мимолетных мгновений вокруг нет движения, все, что я чувствую, — это ее взгляд на мне.