Жестокий роман. После (СИ)

Иначе зачем ублюдок он на такое намекал?
Бьорн был в командировке. Как раз по заданию Хагена. Мексика — последняя локация, о которой он упоминал.
Мое горло сдавливает боль.
Мама. Дети. Каждый из моих близких может пострадать. Этот чокнутый подонок способен на любые мерзости. У него нет тормозов.
— Твоя мать под защитой моих людей, — заявляет Марат. — И этот твой… хм, он тоже в безопасности. Можешь не волноваться.
— Откуда ты знаешь?
— Скоро сама увидишь, — отрезает он. — Теперь твоя очередь, Вика. Не хочешь ответить на пару вопросов?
Я рассказываю ему все. Не вижу смысла скрывать прошлое. Про странные встречи с Хагеном. Про его предложение об убийстве. Про дальнейший план с дачей ложных показаний.
— Ты считала, я это не вывезу, — криво усмехается Марат.
— Ты не вывезешь.
В его глазах мелькает раздражение. Весь его вид выражает явный протест. Но думаю, в итоге Марат все понимает верно. Здесь дело не просто в деньгах и рычагах влияния. У Хаген изначально совсем другой уровень возможностей. Другой старт. Он родился на самой вершине. Глупо отрицать.
— Ты же сам понимаешь, — роняю глухо. — Его люди сфабриковали это дело. Устроили все так, что записи с камер пропали, а свидетели нашлись. У него везде связи. Даже в Бюро. Уверена, он лично подбирал и Бьорна, и детей. Он контролировал программу по защите свидетелей.
— Ты никогда мне не доверяла, Вика.
— Тебя это удивляет? — нервно усмехаюсь. — Марат, ты всегда жил, как хотел. Ты брал все, что хотел. Ты даже против своего отца пошел, потому что желание заполучить меня оказалось сильнее долга перед семьей.
— И в чем проблема?
— Нельзя строить отношения на порывах и желаниях. Даже самых сильных. Ты обещал, что будешь работать честно, и снова погряз в криминале.
— Тебя это реально волновало?
— Нет, я просто ждала, когда ты наиграешься и отпустишь меня. Если бы не Хаген, я бы все равно от тебя ушла. Мы с тобой слишком разные. Во всем. Мы никогда друг друга не поймем.
Устало откидываюсь на спинку стула.
— Хаген хочет, чтобы я тебя убила. Опять. Когда ты приехал ко мне домой, я ему сразу же позвонила. Он сказал, есть только один вариант. Очень простой. Поэтому мне и пришлось выстрелить. Думаю, ты понял, почему я промахнулась.
— Ты не хотела меня убивать.
— Я никого не хотела убивать, — выпаливаю с горечью. — Но Хаген должен думать, что я согласна играть по его правилам.
Марат молчит. Изучает меня пристально, будто в самую душу проникнуть пытается, пробует прочесть мои мысли.
— Твоя смерть не даст мне никаких гарантий, — продолжаю. — Я совсем не уверена, что Хаген остановится.
— Не остановится, — мрачно заключает Марат.
— Тогда какой у тебя план?
— Пусть Хаген получит все, чего так сильно хочет.
  
34
 
— Ты знала, что у Хагена есть брат?
Хриплый голос заставляет вздрогнуть и обернуться. Марат как всегда подкрадывается бесшумно, поэтому я от неожиданности выпускаю маскарадный наряд. Красный шелк сияющей волной струится вниз к моим ногам.
— Брат? — невольно хмурюсь. — Какой еще брат?
— Близнец.
— Это какой-то бред, — бросаю с раздражением. — Такую информацию нельзя скрыть. Никаких братьев у короля нет. Он единственный ребенок в семье.
Мельчайшие детали обсуждаются в прессе. Например, только вчера я прочла очередную статью о возможных невестах для правителя Альтена.
Никакое событие не проходит мимо. Брата бы пресса точно не упустила. Пока что все новости про Хагена вращаются вокруг того на ком именно он женится в следующем году и когда у него появятся наследники.
Детей у этого ублюдка нет. Надеюсь, и не появятся. Некоторым людям нельзя иметь детей. Некоторые гены просто должны оборваться.
— Ты уверена? — Марат прищуривается, продолжая изучать меня внимательным взглядом.
— Да.
Не хочу продолжать этот странный разговор, поэтому больше ничего не прибавляю. Поднимаю платье и возвращаю в шкаф.
Неожиданное появление Марата в моей спальни напрягает. Еще и такой странный повод для разговора нашел. Тайный брат короля. Абсурд.
 
Мы и так слишком часто общаемся в эти дни. Другого выхода нет. Нужно обсудить детали безумного плана. Мы постоянно оказываемся рядом. И это бесит.
Хуже всего — дети начинают привязываться к Марату. Не знаю, как у него получается, но их буквально очаровывает. Сложно вообразить, как этот агрессивный тип способен на нормальное общение, на нежность, на ласку.
Я смотрю на него и сразу вижу монстра из оружейной комнаты. Монстра из прошлого, который рвал меня в клочья. И монстра из настоящего, который гнался за мной точно одержимый совсем недавно.
А мои дети не чувствуют от него ни опасности, ни угрозы. Это видно. Они спокойные, расслабленные. Марат их не пугает. Ни капли.
Утром он искал щенков вместе с Микки, а потом с интересом слушал Бекки, когда моя дочка рассказывала ему про коллекцию своих разноцветных пони, которые остались дома.
— Зачем этот спектакль? — не выдержала я, когда мы снова остались наедине.
— Ты о чем? — он сделал вид, будто ничего не понял.
— Зачем ты притворяешься, что тебе интересно общаться с детьми? Для чего разыгрывать такой спектакль?
— Я не играю, Вика.
— Ну конечно.
— Мне правда это интересно.
— Слушать про пони? — хмыкаю. — Ловить Снежка? Кормить Брауни с ладони? Тебе самому не смешно?
— Ты любишь этих детей.
Он сказал это очень серьезно. Поймал мой взгляд. В его глаза не мелькнуло даже слабой тени насмешки или притворства.
Марат всегда выражался прямо.
— Люблю, — тихо произнесла я.
— А я люблю тебя, Вика.
Мне больше нравилось, когда мы обсуждали Хагена и варианта того, как с ним можно расправиться раз и навсегда. Мне легче было говорить о берсерках, о той безумной теории, которую Марат выдвинул насчет своих диких припадков.
— Ты так и не представил мне того, кто будет присматривать за детьми, когда мы уедем в Нордкап, — решила перевести тему.
— Завтра утром ты все узнаешь.
— Ты так уверен, что я одобрю любую твою кандидатуру?
— Здесь я точно не сомневаюсь.
Чем больше проходило времени, тем тяжелее становилось.
Я не могла не признавать очевидное. Марат отлично умел найти общий язык с детьми. Ему это удавалось.
Но также очевидно то, что он опасен. Угроза самого высшего разряда.
Он плохо контролирует свои животные порывы. На “выход берсерка” можно списать абсолютно любой из его диких поступков. И что? От этого не легче. Это все никак не оправдывает его.
Черт. Почему бы ему прямо сейчас не убраться из моей спальни?
— Мне кажется, мы все обсудили днем, — прочищаю горло и закрываю шкаф, смотрю на Марата.
— Я думал о твоих словах. О том, как ты описала встречи с Хагеном. Он вел себя по-разному.
— Думаешь, я встречалась с его близнецом? — иронично приподнимаю бровь. — Даже твоя история про дар берсерка выглядит правдоподобнее.
— Присядь, Вика, — говорит он и сам располагается на диване, выразительно хлопает по месту рядом с собой. — Тебе стоит взглянуть на то, что удалось раскопать моему брату.
— Что там?
— Архивная статья.
Марат протягивает мне свой мобильный телефон. И я с удивлением пробегаю взглядом по экрану.
— Ты уверен, что эта статья подлинная?
Текст на официальном языке Альтена. Узнаю буквы характерные именно для их алфавита. Смесь норвежского и немецкого.
Пусть я ничего не понимаю, сам текст читать совсем необязательно. Здесь главное снимки. Фотографии королевской семьи, на которых отчетливо можно увидеть двух маленьких Хагенов.
Близнецы. Внешне они выглядят совершенно одинаково.
И на меня накатывают воспоминания из рабочего кабинета в университете. Тот Хаген пугал до дрожи. Он был совсем не похож на хладнокровного короля, с которым мне пришлось встретиться позже. В ресторане. В авто.