Жестокий роман. После (СИ)
Нет, нельзя мне отключаться. Эта дрянь мигом свалит. Конечно, далеко не уйдет. Везде найду. Верну. Но я блять ее и на секунду отпускать не хочу. И так слишком долго не видел.
— А этому ты где научилась? — спрашиваю.
Действует точно профи. Не помню, чтобы раньше она настолько хорошо разбиралась в обработке ран. Да ей от вида крови дурно становилось. А тут ловко орудует. Такое чувство будто пока мы были в разлуке, каждый день помогала хирургам.
Движения четкие. Отточенные. В ее свежем досье нет ничего такого, что может это объяснить. Но черт дери, разве там должна быть правда? Там и мой сын записан как ребенок того уебка, который считается мужем моей Царицы.
— Чего вдруг решила помочь?
Ебать. Чуть не взвываю. Челюсти сжимаю так, что судорога сводит.
Боль течет как расплавленный металл. По всему телу. Пробивает аж до искр. Просто пиздец. Хотя чего ждать, когда Вика зашивает рану без анестезии?
Проклятье. А вообще, от ее пальцев такой кайф идет, что можно и потерпеть. Можно еще одной пулей себя прошить.
— Какая ты нежная, — говорю.
— Заткнись.
— Я тоже по тебе скучал.
— Марат!
— Ты подсела на роль бешеной суки?
Она дарит мне взгляд. Один. Просто убийственный. Но этого хватает. Вот моя анестезия.
— Я не расстроюсь, если ты сдохнешь, — говорит Вика.
— Тогда зачем стараешься?
— Не хочу, чтобы ты подыхал сейчас, — плечом ведет. — Слишком рано. Лучше доживи до встречи с Хагеном. Я хочу это видеть.
— Думаешь, не вывезу?
— Ну даже такой как ты должен понимать, что шансов против Хагена ноль.
Это ощущается точно она сжимает все нутро руками. И на хрен жилы вытягивает. Я даже перестаю замечать боль. Точнее боль становится совсем другой. Эта чертова сучка не верит в меня.
Ну и похуй. Я уже не остановлюсь.
— Все, — говорит она и отходит от меня.
Руки в крови. Зрелище завораживает. Просто дико. Да, ей блядь идет моя кровь на руках. Охуеть как идет.
Вика явно намеревается свалить. Направляется в сторону ванны. Но я ее перехватываю за талию, возвращаю обратно.
— Я тебя не отпускал.
На колени к себе усаживаю. Так, чтобы оседлала меня. В губы вгрызаюсь. Душу из нее вырвать хочу. Чертова сука. Моя сука. Реально верила, что может уйти на свободу?
Она отвечает. Ее губы двигаются. Язык скользит по моему языку.
Ебануться. И после этого опять повторит, что желает мне смерти?
Дьявол в деталях. И деталей здесь дохуя.
Момент выстрела, когда она намеренно целилась не туда, куда надо. Все ее слова, которые ни черта не сочетаются с поступками. С тем, как она открывается прямо сейчас. Когда наши губы слиты воедино, когда мои пальцы в ее волосах. Когда она ощущает мой дикий стояк.
Вика даже не пытается вырваться. Дышит рвано, шумно. Ее пульс моментально выдает все то, что сучка пробует скрыть.
Предала. Продала меня. Разве это важно?
Плевать. Похер. Вот правда.
Мой язык движется по ее языку. По деснам. По небу. Жадно вылизываю. Пью. Вкуснее этого проклятого рта ничего в мире нет. Алкоголь. Наркота. Адреналин. Азарт. Все меркнет.
Я прерываю поцелуй первым. Сам не знаю как. Наверное, просто слишком сильно хочу увидеть ее глаза. Здесь. Сейчас.
И глаза у нее пьяные. Шальные.
— Пусти, — шипит.
Губы у нее распухшие. А я же только начал. Я ее толком еще и не трахнул. Не то что членом. Даже ртом пока не выебал.
Она вырывается. И я не держу.
Слышу, как заходит в ванную. Как включает душ. Вижу, изгибающуюся тень на полу. Слежу за ее тонким силуэтом. Кровь бьет в башку и не только.
Сука, какой же пиздец. К чертям эту ебучую боль.
Поднимаюсь. Двигаюсь бесшумно. Застываю под стенкой. Опираюсь. Изучаю ее голое тело, которое виднеется в проеме.
Она вымывается. Тщательно. Пробует смыть мою кровь. Яростно орудует мочалкой. Пена летит во все стороны.
Черт, надо переключиться.
Я и так слишком сильно плыву. Одного ее вида достаточно. А тут она вообще голая. Еще и настолько близко. Ебаный ад.
Кривлюсь. Стараюсь вообразить нечто реально мерзкое. И на ум приходит рожа Дипломата.
Да, этот гад конкретно бесил меня в тюряге. Не думал, что смогу кого-то до такой степени ненавидеть. Уебок перебил в рейтинге даже моего папашу.
Помню, как мы с ним встретились в библиотеке.
— Ну что, Нуб, — ухмыльнулся латинос. — Ты наконец понял, кто ты?
12
— Иди на хуй.
Я не собирался развивать общение с этим уебком. И мне было абсолютно поебать, насколько у него тут серьезное влияние.
Дипломата боялись. Я чуял чужой страх. Даже странно, как такому старикану удалось всех вокруг запугать. Силы в нем было. Физически я бы мог грохнуть этого типа одним ударом. По ходу там имелись совсем другие тяги. Деньги. Влияние. Разбираться здесь хотелось слабо. Я не видел смысла глубоко копать, потому как уже разрабатывал идеи побега.
Кстати, библиотека открывала некоторые возможности. Если слабая точка в системе безопасности и могла обнаружиться, то именно здесь. Другие отсеки — без шансов. На первый взгляд. Пока что я ничего не списывал со счетов, приглядывался и пробивал информацию.
Конечно, это все не просто так. Вариант побега через библиотеку казался слишком очевидным. Дипломат устроил меня сюда не по доброте душевной.
А с другой стороны — пожизненный срок. Терять нечего. Либо выберусь из гребаной ловушки, либо подохну.
Но подставляться намеренно я не собирался. Изучал обстановку. Время есть. Пока что спешить не стоит. Я решил двинуть на выход, когда никакая тварь точно не будет этого ожидать. Еще лучше было бы запутать следы. Работы предстояло до черта.
Дипломат подтолкнул свою телегу ко мне. Перекрыл проход.
— Тебе нужно это прочесть, — кивнул он на гору книг.
— Ты оглох?
— Это ты глух, Нуб, — усмехнулся старикан. — Глух и слеп, но я подозреваю, не безнадежен. А значит, есть шанс исправить твои недостатки.
— Ты чего ко мне приебался, дед?
— Я твой единственный шанс отсюда выбраться, — хмыкнул латинос. — Или ты веришь, будто Хаген тебе поможет?
Я промолчал. Хагену доверял не больше, чем этому мутному старикану. Вообще ничего хорошего от других не ждал. Сам все решу. Сам разберусь.
— Ясно, — кивнул Дипломат, не отводя от меня пристального взгляда. — Все еще намного хуже, чем я думал. Ты уверен, что сможешь отсюда свалить. Сам.
Блять. Хитрый уебок. Ну ничего. По сути нового он не сказал. Никаких особенных откровений. Тут любому ясно, что моя мечта свалить из тюряги при первой же возможности. Разве это секрет?
— Из этой тюрьмы никто не сбежит, — заявил латинос. — Без моего ведома тут комар не пролетит. Забудь о своих планах, если не хочешь сливать время впустую.
— А куда мне торопиться? — скривился.
— Красивая у тебя девчонка.
Он вдруг достал пару фоток и бросил их поверх книг. Было трудно не ухватиться за этими долбанные снимки.
Вика. Моя царица. Сперва я увидел ее. Залип. Только потом заметил тень рядом. А это еще кто блять такой? Что за ублюдок рядом с ней отирается? Еще и лапает, приобнял, прижался. Какого хуя?
Зубами заскрежетал. Уже понимал, что выдал себя, все гребаные эмоции на раз показал, но не стал ничего исправлять. Плевать.
— Ты знал, что она вышла замуж?
Мир качнулся. Поплыл. В ушах зашумело так, что я не слышала о чем латинос болтал дальше. Опять смотрел на фото, схватил их, смял в кулаке. По груди будто железным молотом врезало.
Круто же меня приложило. Блядь. Охуеть как круто.
— Я должен в это поверить? — усмехнулся и глянул на латиноса. — Ты мастер поебать мозги. Но явно не с того начал. Накачал каким-то дерьмом перед боем. Это же по твоей указке все. Теперь заряжаешь, будто моя женщина под другого легла.
— Она замужем, — ровно бросил Дипломат. — Если ты еще раз посмотришь на снимок, то заметишь обручальное кольцо. И там не то кольцо, которое ты ей дарил.