АркАДьев: Графами не рождаются (СИ)

Ящер самодовольно ухмыльнулся. Голубые, похожие на два кристаллика льда глаза зыркнули на меня. Противник понимал, что преимущество на его стороне, и получал от этого удовольствие. Однако самоуверенность никогда до добра не доводит.
Ещё одна атака.
И вновь рядом со мной словно пролетела молния. Лезвие рассекло воздух, и только чудо помогло мне уйти от него.
Шаг вперед. Выпад.
Ш-ш-а-х!
Мне удалось отвести шпагу противника в сторону. А заодно и почувствовать его силу. Рука крепкая. И длинная. И это так неудобно, что хоть ругайся. Впрочем, этим тут не поможешь. Нужно настроиться под бой. Привыкнуть к длинным конечностям противника. И к его скорости.
Ух!
Я вновь увернулся. Правда, на этот раз почувствовал, как лезвие шаркнуло по одежде.
Зрители ахнули.
Мы с противником разошлись в стороны. Я быстро пощупал плечо. Крови не было. Отлично!
Ящер, видимо, желая поиграть на толпу, принялся крутить «мельницу» — точь-в-точь, как Вебер. Правда, делал это гораздо быстрей, от чего директор заметно сморщился. Ох, зря Ящер выпендривается! Вебер ему это ещё припомнит.
Я же быстро глянул на свою одежду. Судя по ровному разрезу, лезвие заточено остро. И явно профессионалом. Клинок в моих руках неровня этому. Тут опять, видимо, постарался Вебер. Значит, не так уж и случайно нам достались именно эти шпаги. По-любому, у моего противника изначально имелись преимущества: и его длина рук, и острота лезвия.
Не беда. Справлюсь и с тем, что имею.
Пора показать этому зазнавшемуся сморчку, что я умею. Каким бы мастером он себя ни считал, в моём мире его раздавили бы за пару минут. Даже быстрее.
Сделав пальцами сложный жест, я вывел руну «хирген» и напитал её силой, которую взял прямо с потоков Корней, не боясь, что буду за это наказан. В правилах турнира нет запрета на использование магии, светлой или тёмной. Каждый должен показывать максимум того, на что способен. Это я точно помнил, потому что освежил положения в памяти и перечитал. Так, на всякий случай: мало ли что начнет говорить Вебер.
И пока Ящер выплясывал со своими клоунскими номерами перед толпой, я атаковал.
Шаг вперед. Выпад. Удар. Ещё удар!
Комбинированная атака была неожиданной. Ящер ухнул, отклонил плечо. И весьма вовремя. Ещё удар. И бросок конструкта.
Чёрный шар вылетел из ладони и попал точно в цель!
Ящера отбросило в сторону. На добрых десять метров. Толпа вновь ахнула, теперь гораздо громче.
Вебер выпучил глаза.
А я, не дожидаясь, чем все кончится, рванул к противнику. Мной уже двигали звериные инстинкты, которые шептали одно — врага нужно добить!
Правила твердят — если противник лежит, то поединок следует остановить. И правило это находится в разделе «Для особого внимания арбитра». То есть, останавливать поединок должен не участник. Этой лазейкой я и намеревался воспользоваться.
Но Вебер бой не останавливал. Вместо этого он прорычал:
— Поднимайся!
Это явно относилось к Ящеру. И даже опасное сближение, которое я сейчас предпринял, не вразумило Вебера. Он хотел только одного — чтобы я проиграл. Очевидно, ещё не понял, что мне не просто повезло.
— Поднимайся! — повторил директор, и Ящер подскочил, как ужаленный.
Я почувствовал горьковатый запах магии — Вебер использовал какой-то конструкт, чтобы поставить на ноги моего противника. А вот это уже было абсолютно не по правилам. Только никто, казалось, этого не заметил. И даже наблюдатели словно бы отвлеклись, смотря куда угодно, но только не на арену.
Трусливые собаки! Ну, или Вебер докинул ещё и отвод глаз. Неважно!
Я атаковал. Рубанул прямо вертикально. Противник ловко отбил удар, совершив двойной перевод. Мы разошлись в противоположные стороны.
Ящер занял стойку быка, удерживая оружие над головой. Теперь в глазах противника уже не было прежней самоуверенности и надменности. Ящер был сосредоточен.
А ещё он творил магию.
Что именно из своего арсенала он применит, понять сейчас, за такое короткое время, было невозможно. Поэтому я сделал самое простое — на огненную основу накидал всего, что только смог вспомнить. Получившийся уродец был неуклюж, кривоват. Но сейчас не до красоты.
 
Я глядел на Ящера. Он — на меня. Каждый понимал, что эта атака будет решающей. И никто не спешил.
Зрители затаили дыхание.
Дуэль взглядами длилась долго. Мы кружили, словно звери или заклятые враги, глядя друг на друга пристально и даже не мигая. Любая мелочь, даже такая, может решить исход битвы. Секундное замешательство — и противник опередит тебя.
Первым нервы не выдержали у Ящера.
Уловив миг броска по мышцам предплечья, которые чуть дернулись у Ящера, я швырнул конструкт.
И не прогадал.
Шипастый уродливый шар, похожий на попавшего под колеса автомобиля ежа, шипя, полетел прямо в противника. Ящер уже швырял свой конструкт, но слишком запоздало и не вовремя. Его огненная стрела пролетела выше, а вот мой «ёжик» попал точно в цель.
С булькающим звуком шар врезался прямо в грудь противника и взорвался, обдав того болотно-серой магической субстанцией, прожигающей плоть. Если бы не защита, от противника уже ничего бы не осталось. А так по телу прокатилась лишь волна нестерпимой боли. Но закричать Ящер не успел. Созданный мной «ёжик» был плохо выверен в магической плане и потому повёл себя непредсказуемо. Болотная кислота вдруг вспыхнула ярко-алым пламенем, а потом и вовсе превратилась в настоящий огненный торнадо.
Я вопросительно глянул на Вебера, как бы спрашивая — поединок может считаться законченным? Но директор молчал. Его рот был сомкнут в одну едва заметную ниточку, и только глаза вылезли из орбит и дико вращались.
Ящер, надо отдать ему должное, довольно скоро взял себя в руки и одним отчаянным движением создал магический защитный конструкт, который хлестанул его крыльями огромной птицы, гася пламя.
Противник дымился, словно уголек из костра. Вид у него тоже был тот ещё: одежда подпалена, лицо в саже, взгляд злобный. Такого позора он давно не испытывал, если вообще когда-то переживал.
— Продолжаем! — бросил Вебер.
Со всех сторон начали раздаваться улюлюканье и свист.
— Продолжаем! — ещё громче закричал Вебер.
В его голосе прорезались истеричные нотки. Похоже, директор делал на этот поединок большие ставки и не желал признавать просчёт.
Я рванул вперёд. Сердце моё наполнилось яростью, и теперь я готов был драться по-настоящему.
Первый выпад Ящер отразил. Но второй, третий, четвертый…
Каждый последующий удар он ошибался всё сильней и сильней, делал блоки не там и невпопад. А я всё бил, бил, бил, оттесняя противника к самой стене арены.
В какой-то момент противник допустил непростительную ошибку, и я одним ударом сбил его с ног. Ящер расстелился на земле. Его шпага звякнула и отлетела в сторону. Противник дёрнулся, чтобы поднять оружие, но было поздно — острие моей шпаги было направлено ему в горло. Вспомнив, что шея надёжно защищена амулетом, я быстро переместил острие в область сердца. Дюйм — это очень мало, но при таком уколе ни у кого не возникнет сомнений в исходе поединка. Веберу придётся закончить бой. Мысль о том, что он потеряет куда больше, чем планировал, доставила мне удовольствие и вызвала на лице улыбку. Наверное, более кровожадную, чем мне хотелось бы, ибо Ящер смотрел на меня не только удивлённо, но и испуганно.
Такого исхода он явно не ожидал. По лицу парня стекали крупные капли пота, затекая прямо в глаза. Но он не обращал на это внимания. Ящер смотрел лишь на меня и на лезвие, которое было направлено на него.
А я ждал, не нанося последнего удара. Хотя мог бы.
Но это не настоящая битва. Это всего лишь турнир. Не нужно, чтобы люди на трибунах видели меня таким, каким видели настоящие враги — те, кого я безжалостно разрубал и пронзал в былые битвы. Здесь для всех я только молодой парень, пытающийся выиграть турнир. Пусть всё так и остаётся.
— Ну же! — рявкнул я, обращаясь к Веберу.