АркАДьев: Графами не рождаются (СИ)

— Выполнено, — перебил его я.
И протянул шар.
Вебер непонимающе глянул на сферу.
— Что это?
— Мой проект, — пояснил я. И выдал заученную фразу: — Усиливающий состав первого периода, третьего актинового ряда для поддержания заклинаний огненного порядка.
— Вот как?
Бехтерев тоже заинтересовался и принялся рассматривать сферу, внутри которой плавали сгустки черноты.
— Интересно, — протянул он, поправляя съехавшие на нос очки. — Как же это… Неужели вы все это время готовили отстаивание?
— Разумеется, — соврал я, не моргнув. — Поэтому и получилось так долго.
— Интересно, — протянул Бехтерев. — Изомеры плотные, с четкими границами. Двойные связи ровные, без узлов. Так-так-так… Вижу, что и пангер очень недурственный.
Вебер тоже подключился к изучению моей работы. Судя по его вытянувшемуся лицу, он не ожидал от меня сдачи проекта. Остальные присутствовавшие угомонились и затихли — все понимали, что сейчас решается моя судьба.
— Ну так что, я допущен до турнира? — спросил я, глядя то на Бехтерева, то на Вебера. — Допущен?
Преподаватель и директор хмурили брови, кряхтели, но отвечать на самый главный для меня вопрос не спешили. Кажется, весь мир замер в ожидании их приговора. Но они всё молчали, молчали и молчали…
  
Глава 14
 
Наконец, Вебер подал голос:
— Так что, Вениамин Михайлович, вы удовлетворены? — судя по тону, ему очень хотелось услышать отрицательный ответ.
Однако Бехтерев его неприязни ко мне не разделял. Особенно теперь, когда оказалось, что я вовсе не нерадивый ученик, а тот, кто справился с самым сложным проектом. Он даже одарил меня одобрительной улыбкой. Правда, она походила больше на гримасу: видимо, нечасто химик баловал окружающих такими плюшками, вот и не выработал привычки.
— Не вижу причин не принять работу, — ответил он. — Приятно сознавать, что есть ещё ученики, способные выполнить подобное задание. Так что да, я удовлетворён. Более, чем.
Директор поджал губы и вперился в меня тяжёлым взглядом. Как бы ему ни хотелось подложить мне свинью, сделать это при других учениках он не мог. Это выглядело бы, по меньшей мере, странно.
— Что ж, это прекрасно, — проговорил он медленно, всем своим видом показывая, что на самом деле так вовсе не считает. — Поздравляю, господин Аркадьев. Вы допущены к турниру. Надеюсь, на нём вы покажете себя… не менее достойно.
— Благодарю, — я поклонился президиуму и поспешил на место рядом с Соплёй, который явился только ради того, чтобы поддержать меня.
Сам-то он отстрелялся гораздо раньше, как и говорил.
— Поздравляю! — шепнул он, наклонившись.
— Спасибо. Без тебя я бы пролетел.
— Ты мой должник. И не надо приплетать тех мужиков из переулка. Мы туда попёрлись только из-за тебя!
— Знаю. Конечно, я твой должник.
Заседание продолжалось ещё минут сорок, а затем нас всех отпустили. К моему удивлению, когда мы шли к лестнице, путь нам преградили три девчонки. Две были даже очень ничего. Если приглядеться, третья тоже, просто это не бросалось в глаза из-за круглых очков на пол-лица.
— Привет, — сказала одна, платиновая блондинка с торчащими косичками, в которые были вплетены зелёные ленты. — Ты же Максим? Аркадьев?
— К вашим услугам, сударыня, — церемонно поклонился я, с усилием заставив себя оторвать взгляд от стройных ножек и посмотреть девушке в глаза.
Которые, кстати, были большими и почти прозрачными — словно светлая серая яшма. В цвет к волосам, так сказать. Хотя, скорее, наоборот. Чёрт, почему я вообще думаю об этом⁈ Какое мне дело до того, как она выглядит? У меня есть дела поважнее. Видимо, виноваты проклятые человеческие гормоны.
Её подружки хихикнули. Видимо, подобное обращение нынче не в чести. Ладно, учту на будущее.
— Мы представляем школьное Общество изучения древних артефактов, — сказала девушка. — История, археология, все дела. Видели, как ты утёр нос Бехтереву, — добавила она, слегка понизив голос. — Это было… впечатляюще. Как и сама работа, конечно. Серьёзно.
 
— Спасибо, — ответил я. — Это очень мило с твоей стороны — подойти и сказать это.
— Меня зовут Вероника, — девушка протянула руку, которую я слегка пожал. — А это — Наташа и Катя, — представила она подружек.
— Приятно познакомиться.
Сопля незаметно, но требовательно и даже с лёгким возмущением ткнул меня пальцем в бок.
— Ах, да, пардон! Это мой… друг, Со… Анатолий.
Сопля поспешно кивнул и изобразил светскую улыбку. Девушки бросили на него мимолётные взгляды, но не заинтересовались. Видимо, в Обществе были в чести только интеллектуалы. Смешно, что в их числе оказался я, а не Сопля, который, пожалуй, занял бы там место по праву. С другой стороны, почему его не пригласили? Может, внешность тоже оценивалась?
— Мы хотим пригласить тебя вступить в наши ряды, — сказала Вероника. — Обществу нужны такие пар… люди.
Хм… Копаться в земле и разглядывать древние штуковины, пытаясь понять, когда именно они оказались погребены под слоем глины и чернозёма? Нет уж, благодарю покорно!
— Увы, хотя ваше предложение весьма лестно, боюсь…
В этот момент Сопля, сообразивший, к чему я веду, больно ущипнул меня за бок. От неожиданности я даже вздрогнул. Какого чёрта ему надо⁈
— На секундочку! — проговорил он, проявив несвойственную решимость, и потянул меня за рукав в сторонку.
— Прошу прощения, — пришлось изобразить извиняющуюся улыбку.
Демоны, такими темпами я стану просто образцовым аристократом!
— Конечно, мы подождём, — кивнула Вероника.
— В чём дело? — спросил я, как только мы отошли. — Какого хрена ты меня щипал⁈
— Ты что, отказаться решил⁈ — прошипел, тараща глаза, Сопля.
— Естественно! Девчонки миленькие, конечно, однако…
— Какое может быть «однако»⁈ — возмутился парень. — Этого достаточно! Ты с ума сошёл — отшивать их⁈ Да я в это общество второй год мечтаю попасть!
— И в чём проблема?
— Откуда мне знать? Туда только по приглашению вот этой троицы можно вступить.
— Почему это?
— Основательницы. Они решают, кого звать. Треть школы с ума сходит, мечтая оказаться там.
— И поглазеть на этих малышек?
— Почему нет?
— Ладно, согласен. В смысле — понимаю. Но я не ботан, так что…
— Макс, ты мне должен!
Проклятье!
— Допустим. И что?
— Как что⁈ Это твой шанс рассчитаться.
— Каким образом? Они меня пригласили, а не тебя.
— Скажи, что без меня не пойдёшь!
— Ха! Да они пошлют нас обоих! Думаешь, эта троица привыкла, чтобы им ставили условия? Тем более, троечники.
— Макс, наверное, ты не заметил, но ты уже не обычный троечник, на которого никто не посмотрит.
— Да? Просвети, что я пропустил.
— Ты надрал зад Королёву. Думаешь, никто этого не заметил?
— Велика важность! Он просто зарвавшийся выскочка.
— Именно! Представляешь, сколько народу он достал? Для многих ты герой!
— А для многих — сопляк, которого надо поставить на место.
— Но точно не для этих трёх красоток! Макс, ну, пожалуйста! Я ведь тебе помог, когда тебе было нужно! И даже на чёрный рынок с тобой пошёл! И меня там чуть не убили, между прочим.
— Ты забыл про то, что тебя ещё и чуть не изнасиловали, — усмехнулся я.
— Вот-вот! Так что давай ты согласишься, а?
О, проклятье! Но долг платежом красен. Тут без вариантов.
— Ладно. Но только ради тебя!
— Честно⁈ Спасибо, Макс!
Мы вернулись к основательницам главного ботан-клуба школы.
— Я с удовольствием приму ваше исключительное предложение, — сказал я, и девчонки тут же просияли. — Но есть одна загвоздка. Мы с Толей всё делаем вместе. Не разлей вода.
Мы с Вероникой уставились друг на друга. Я видел, как в её прекрасных глазах мелькнули сомнения. Она взглянула на подружек.
— Вроде, он тоже умный, — осторожно заметила брюнетка с россыпью веснушек вокруг слегка вздёрнутого носика. — Можно и его принять, в принципе.