Расколотый венец (ЛП)

Один катастрофический, ужасающий, оглушительный звук. Громыхающий, отдалённый рёв, который заставил моё внимание оторваться от предательской Короны и устремиться к горизонту. В Хайрат.
Зловещее облако чёрного дыма расцвело на фоне неба, сопровождаемое грохотом, от которого содрогнулся весь наш мир. Как будто сама гора рухнула в результате ужасного оползня.
Как будто Хайрат пал.
Не знаю, как я это поняла. Но что-то глубоко внутри меня, ужасное, тошнотворное чувство невыносимой правды, схватило моё сердце в кулак и крепко сжало его. Язмин успешно пробудила ту самую тварь, за укрощение которой Селеста отдала свою жизнь. И, возможно, та статуя в тронном зале Хайрата была не просто данью уважения великому существу прошлых лет. Может быть, это было надгробие на настоящей могиле.
Чёрное облако дыма сгустилось и заволокло горизонт, столб огня взметнулся прямо к небесам. И на фоне этого огненно-оранжевого и жгучего красного потока цветов в воздух поднялась фигура дракона.
Окнолог явился в наш мир.
ГЛАВА 36
НОК
Резкий лязг металла пронзил воздух, когда клинки ударились о броню. Не было никакой возможности замедлить натиск армии Варика. У них было количество, которого у нас просто-напросто не было. Стрелы просвистели над головой, их смертоносная песня закончилась глухим стуком, когда их заостренные наконечники встретились с плотью или грязью. Щиты треснули. Твари ревели. Заклинатели, убийцы, рейнландцы, лендрийцы — мы все сражались бок о бок против власти трона. Наше поле битвы было морем крови и резни, вокруг нас стоял тяжёлый запах меди. Но как бы отважно мы ни сражались, было очевидно, что мы проигрываем.
Поваленные лошади и тела обезображивали местность, и огромные силы Варика перехитрили нас. Они полностью окружили нас, не давая нам возможности отступить. И всё же мы сражались. Мы всё ещё яростно дрались против Стражей, всадников, пехоты. Несколько раз я пытался окликнуть их, чтобы доказать, что я законный король, но Варик приказал им держаться на расстоянии, пока не начнётся битва. И теперь, когда мы вонзили свои клинки друг в друга, единственное, что имело значение — это выживание. Ослепляющие столбы белого света взорвались вокруг меня, лишая моих убийц способности вызывать тени. Но не мои кровавые клинки. Глубокие порезы тянулись по всей длине моих предплечий, и при мне были двойные мечи, несокрушимые и разрушительные.
И всё же этого было недостаточно.
— Слева от тебя! — крикнул кто-то, и внезапно в воздухе замелькал почти чёрный боевой молот.
Конец его размозжил череп Стража, которого я не заметил боковым зрением, и Дез бросился вперёд. Он хорошенько дернул своё оружие, освобождая его из искореженного шлема поверженного солдата.
Я кивнул в знак благодарности, прежде чем вонзил один из своих клинков во вражеского бойца. Клинок прошёл насквозь, и солдат беспомощно ухватился за моё оружие, пока жизнь не покинула его глаза. Неподалеку Озиас и его тварь Джакс сражались с несколькими солдатами. Синяки и распухшие порезы покрывали лицо Озиаса, но он всё равно разрубил солдата тяжёлым взмахом меча. Джакс прикрывал его спину, воздвигнув стену из вулканического камня, которая царапала и жгла плоть.
Куда бы я ни повернулся, везде царил хаос. Рэйвен призвала свою легендарную кошку Мику, и стройные, грифельно-серые копии с той же силой и свирепостью, что и оригинал, рвались сквозь войска. Однако их число сокращалось, и многие Заклинатели отправляли своих собственных тварей обратно в царство для исцеления. Радужная призма цветов, когда они открыли дверь царства тварей, осыпала нас дождём, и хотя они призывали новых тварей, чтобы помочь в этом усилии, их силы ослабевали. Они не могли вечно поддерживать бесконечный поток.
Очередной Страж бросился на меня, и я упал на колени, скользнув по грязи и полоснув одним из своих клинков по тыльной стороне его пятки. Он закричал и повалился вперёд, оставив себя открытым для чудовищных лап Бу. Один сильный удар, и мужчина был мёртв. Гейджу удалось удержаться на своём Китском звере, и Бу взревел достаточно громко, чтобы несколько вражеских солдат отскочили назад. Не то, чтобы это имело значение, один кивок Гейджа, и тварь вызвала луч лунного света, который прожёг путь прямо сквозь них.
 
Гейдж резко переключил своё внимание на меня.
— Что теперь?
Что теперь? Мой пристальный взгляд пробежался по нашему окружению. Я не знал. Я не видел выхода из этого положения. Я не мог…
Неожиданный клинок просвистел в воздухе и вонзился мне в плечо. Горячая кровь брызнула на грудь, и я закричал. Яростно швырнул свой меч в сторону вражеского солдата, оцарапав его броню. Он отступил на шаг, вытаскивая лезвие на ходу, и раскаленная добела агония пронзила меня до самых костей. Но прежде чем я смог превратить капающую кровь в оружие, которое, несомненно, положило бы конец его жизни, вибрирующий шар искрящейся магии пролетел прямо мимо моего лица. Магия обожгла мою щёку под шлемом, но затем взорвалась на мужчине передо мной.
Вытянув шею, я проследил за следом из выжженной травы к ногам Айлы. Расставив ноги и вытянув руки перед собой, она согнула напряжённые пальцы, которые всё ещё были покрыты чем-то похожим на сотни электрических токов. Она излучала тот же тип магии, что и маг, с которым я столкнулся в день своей смерти. Я никогда не был так благодарен, что снова увидел этот разрушительный ход.
Не произнеся ни слова, она призвала ещё один шар молнии и направила свою атаку на приближающуюся армию. На этот раз, однако, вместо одного шара, она выпустила бесконечный поток потрескивающей, электрической синей магии, и она с лёгкостью выкосила приближающуюся линию, пока её сила не иссякла. Она упала на землю на одно колено, тяжело дыша, её тело сотрясалось.
Только что она была одна, а в следующую секунду один из убийц Дарриена появился в вихре теней с высоко поднятым клинком. У Айлы хватило сил только на то, чтобы с вызовом поднять голову. Прежде чем лезвие успело опуститься, по земле протянулась жгуче-красная жилка. А затем перед ней возникла стена из камня и жара. Клинок убийцы ударился о камень. Озиас появился у него за спиной и глубоко вонзил свой клинок в шею мужчины.
Мы не могли продолжать в том же духе. Куда бы мы ни повернулись, везде был новый враг с более свежими силами, чистым оружием и достаточным мастерством, чтобы победить нас. Но я не сдамся. Не мог сдаться. Где-то в замке Лина, Кост, Калем и наши братья рисковали своими жизнями, чтобы уничтожить Язмин. Не было другого выбора, кроме как двигаться вперёд. Если мы хотели мира, то должны были продолжать сражаться.
Готовясь броситься на Стража, я завёл свой кровавый меч назад и держал его параллельно своей груди.
У меня так и не появилось шанса нанести удар. Вместо этого леденящий душу, потусторонний рёв разнёсся над битвой, заглушив все наши крики и поставив всех в тупик. Мучительное чувство страха затопило мои конечности. Я медленно повернулся на звук.
Массивная чёрная туча закрыла горизонт, и в её клубящемся центре сиял столб огня, который, казалось, прожигал дыру прямо в самом небе. Снова этот ужасающий рёв донесся из глубин водоворота, и внезапно на фоне дыма проступили очертания огромного дракона.
Мне хватило одного взгляда на пораженное лицо Гейджа, и я понял: Язмин подняла Окнолога.
Мощные крылья зверя вытолкнули облако наружу, и оно поползло по земле к нам, как змеи в траве. Вскоре солнце скрылось за толстым слоем угольного дыма, ржаво-оранжевый свет едва освещал землю.
— Боги, помогите нам всем, — сказал Гейдж, его руки обмякли на коленях.
Окнолог поднялся выше в небо. Такой же огромный, как гора, в которую был встроен Хайрат, и такого же алебастрового оттенка, он устремился к столице. В мгновение ока он будет рядом с нами. То, что заняло у нас часы, дни, на путешествие, он преодолел за считанные минуты. Рога обрамляли его череп и прорезали клубящийся дым, оставляя за собой тонкий след почти чистого неба. Его драгоценные, рубиновые глаза прожигали страхом до самых костей. И когда он подлетел ближе, он открыл свою пасть. Бурлящий оранжево-красный свет озарил нижнюю часть его живота, пронёсся вдоль горла и образовал взрыв ужасающего огня, который вырвался изо рта. Он нацелил свою атаку прямо на нас. Этот поток ненасытного пламени уничтожил треть наших людей в мгновение ока, вместе с большой частью армии Варика. Окнологу было всё равно. Он издал рёв, который больше походил на злобный смех, и полетел над выжженной землёй в направлении Вильгейма.