Расколотый венец (ЛП)
Издав бессловесный стон, я сжала руки в кулаки по бокам. Я не хотела, чтобы моё первое правление в качестве королевы Лендрии включало в себя заключение кого-то под замок. Даже если это было ради его безопасности.
Встав передо мной, Дез положил обе руки мне на плечи и, наклонив голову, встретился со мной взглядом.
— Не заставляй меня умолять.
— Ты будешь умолять об этом?
Я посмотрела в его круглые глаза и поняла, что, возможно, я не знала Деза так хорошо, как думала. Время, которое я провела с ним до того, как столкнулась с Ноком, было наполнено кокетливым подтруниванием. Я оценила его мальчишеское обаяние, его суровую внешность. Но каждый раз, когда он пытался сформировать что-то более глубокое, я уклонялась. На самом деле, сбегала. Я так боялась кому-то доверять, что никогда не находила времени по-настоящему узнать его.
И это осознание разрушило меня так, как я не ожидала. Особенно, если он планировал присоединиться к нашей войне, где на карту была бы поставлена его жизнь. Где сама возможность узнать его настоящего ускользнула бы сквозь мои пальцы.
В горле образовался камень, и я с трудом проглотила его.
— Просто не умирай, ладно?
Его широкая, зубастая улыбка доминировала в моём видении.
— Не в твоей жизни.
Он заключил меня в объятия, от которых мои пальцы оторвались от пола, а затем он поставил меня обратно на землю. Глядя поверх моей головы, он кивком поблагодарил Нока.
Мадлен подошла к Дезу и хлопнула его ладонью по спине с такой силой, что он пошатнулся на месте.
— У меня есть место для тебя в моих рядах, при условии, что Нока это устроит.
— Меня это устраивает, — сказал Нок, махнув рукой. — Я оставлю тебя заниматься делами.
Он двинулся к двери и протянул руку в мою сторону. Как бы сильно я не хотела оставлять Деза, чтобы он освоился с его новой ролью солдата, я не могла отказать ему в выборе. Держась с Ноком за руки, мы вышли из таверны и направились к импровизированному лагерю. Солдаты быстро установили палатки, и после того, как всё было готово, они смешались вокруг походных костров и готовились ко сну. Уже наступил вечер, и на небе цвета индиго появились первые мерцающие звёзды.
Нок обнял меня за талию, пока мы шли.
— Ты готова?
— Кто-нибудь когда-нибудь по-настоящему готов к войне?
Концепция подготовки к ней казалась мне такой чуждой. Вероятно, из-за моих лет воспитания в качестве Заклинателя, когда сама мысль о драке заставляла нас съёживаться. Недостатка в крови не будет. В смерти. И хотя за время работы с Ноком я повидала такого больше, чем за всю свою жизнь, я всё ещё не была уверена, что «готова» — правильное слово.
— Полагаю, что некоторые люди живут ради этого, — Нок поднял голову к небу. — Я не один из них. Я тоже не особенно «готов» к этому. Я просто надеюсь, что мы сможем остановить Язмин до того, как всё рухнет.
— Я тоже.
Некоторое время мы просто шли молча. Воздух вокруг нас был насыщен ароматом сосны и мха, и это успокаивало неуверенность внутри меня. Здесь царила красота, даже накануне битвы. Мир. Сверчки стрекотали нежную колыбельную, а раскачивающиеся на ветру сосны доносили приглушённые разговоры солдат. Последний иней растаял во время нашего путешествия сюда, и трава под нашими ногами медленно меняла цвет с коричневого на зелёный. Мы сражались, чтобы защитить это — тот самый мир, в котором мы жили — потому что, если Окнолог восстанет, он сожжет всё дотла.
В задней части лагеря, прижавшись к линии деревьев Китского леса, стояла палатка, значительно больше, чем остальные. Нок остановился перед ней и распахнул тёмно-синюю ткань, пропуская меня внутрь. На земле были расстелены ковры, а вокруг низкого дубового стола, заваленного картами и пергаментом, было разложено несколько круглых подушек. Ещё дальше стояла импровизированная кровать из мягких шкур и пухлых перьевых подушек.
Недоверчиво приподняв бровь, я сдержала смех.
— Что это?
— Мадлен настояла, — Нок позволил ткани закрыться за ним. — Это похоже на палатку, в которой я спал как принц Вильгейма перед смертью.
— Ничего, кроме самого лучшего для короля, — сказала я.
— И королевы.
Скользнув руками вокруг моей талии, он положил подбородок мне на плечо. Его тёплое дыхание дразнило моё ухо, и мурашки побежали по моей коже.
Вытянув шею, чтобы дать ему лучший доступ, я прислонилась спиной к его груди.
— Полагаю, в этом есть некоторые преимущества.
— Так и есть.
Его руки блуждали вверх, проскальзывая под мою блузку, чтобы провести по животу. Прикусив губу, я закрыла глаза и сосредоточилась только на его прикосновении. Завтра мы выступим в поход. Завтра мы начнём нашу атаку. Завтра мы должны будем сосредоточиться на войне. На всём остальном, кроме нас.
Но не сегодня.
Повернувшись в его объятиях, я встала на цыпочки и притянула его лицо к своему. Его губы накрыли мой рот, и я почувствовала его мягкий выдох, когда всё его тело растворилось во мне. Как будто прикосновение ко мне наполняло его жизнью. С надеждой. И прикосновение к нему наполнило меня таким глубоким, наполняющим чувством любви, что стало трудно дышать. Независимо от того, сколько раз мы чувствовали объятия друг друга раньше, возвращение домой в его объятия всегда производило на меня такой эффект. И потребность исследовать каждый дюйм его тела, подтвердить то, что, как я знала, скрывалось под его одеждой, была настолько плотской и реальной, что я никогда не могла и мечтать отрицать это.
Подняв меня, он понёс меня через палатку, пока мы не добрались до кровати. Мы вместе опустились на одеяла, каждый из нас снимал с другого одежду, пока не осталось ничего, кроме нашей обнажённой кожи. Лежа под ним, я позволила своим пальцам скользить по контурам его груди. Почувствовала твердый гранит его мышц, когда они напряглись под моим прикосновением. Нок был так прекрасен. Пылок. То, как он смотрел на меня, как будто я была единственной вещью в этом мире, было чем-то, что наполнит мои мечты на долгие годы.
Когда он оперся на предплечья по обе стороны от моей головы, он приблизил губы к моей ключице.
— Я люблю тебя, Лина.
— Я люблю тебя, Нок.
Он переместился к моей груди в то же самое время, когда мы соединились, и я думала, что взорвусь от удовольствия. Пьянящие стоны вырвались из моего горла, и я обвила руками его шею, зарываясь пальцами в его волосы. Я хотела, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Потому что прямо тогда мы были в безопасности. Мы были счастливы. Мы парили в моменте, полностью созданном нашей любовью, и не было ничего, что могло бы поставить это под угрозу. И как бы я ни понимала, что это не может длиться вечно, я всё равно молилась богам, чтобы они нашли способ растянуть время для меня, хотя бы на этот раз.
Мы рассыпались вместе на задыхающемся выдохе, наши конечности переплелись, а тела покрылись потом. Не было нужды в словах. Мы сказали достаточно своими медленными прикосновениями, мягкими дорожками, которые наши пальцы прокладывали вдоль наших рук. Груди. Живота. И когда Нок осыпал лёгкими поцелуями мою шею, его язык скользнул, чтобы подразнить мягкое местечко за моим ухом, мы снова уступили друг другу. Сейчас было время потакать себе, чувствовать. Насладиться этими последними мгновениями покоя перед тем, как утреннее солнце неизбежно займёт небо и вытащит нас из постели.
Я не знала, сколько времени прошло, прежде чем мы, наконец, позволили себе отдохнуть, но когда я уткнулась носом в его грудь и позволила бою его сердцебиения погрузить меня в сон, я заставила себя держаться за счастье, которое Нок пробудил во мне. Я не была уверена, что принесут ближайшие дни, но, по крайней мере, у меня было это.
ГЛАВА 34
НОК
К тому времени, когда мы прибыли на третье утро, Вильгейм уже ждал нас. Мы даже не успели добраться до железнодорожных путей, обозначающих окраины города, как увидели армию Варика. Стражи за Стражами в своих огромных ртутных доспехах стояли перед бесчисленными солдатами с тёмно-синими знамёнами, на которых гордо красовалась эмблема серебряного грифона. Мы остановились на безопасном расстоянии, но это не уменьшило угрозу. Одним движением запястья Варик мог приказать им атаковать, и они были бы перед нами в течение нескольких минут.