Мой Герой (СИ)

— Всем привет. Простите за опоздание. Но у меня суперновости, — Грэм делает паузу. — В пятницу, в одном небольшом клубе состоится мой первый мини-концерт.
У нас просто пропадает дар речи. Вся наша компания стоит и удивленно пялится на сияющего Грэма. Он не торопит нас, позволяет смыслу сказанных им слов дойти до наших черепных коробок.
— Вот это круто! — первый отмирает Саймон. — Чувак, а ну дай пять! — и он протягивает ладонь Грэму, а тот отбивает по ней своей пятернёй.
Сразу все наперебой начинают расспрашивать что, да как так получилось. Грэм не успевает отвечать на все вопросы.
— Да, парни, я был немного занят в последнее время и за это прошу прощения. Но мне удалось написать несколько песен. В общем, я вышел на один клуб, где можно попробовать себя на сцене и его владелец, послушав песни, сразу согласился организовать моё выступление. Так что вам всем быть обязательно, — он оглядывает всю нашу компанию и останавливает взгляд на мне. — Особенно тебе, Лара. Считай, что ты моя муза, — он смущается.
— О, Грэм, это громко сказано, — я тоже смущаюсь. — Это исключительно твой талант. И больше ничего.
— А что у тебя с лицом? — Грэм вдруг делает ко мне шаг и разглядывает мой рот. Все ребята переглядываются и упираются взглядом в Хиро.
— Хороший вопрос, Грэм, — произносит Питер. — Мы вот тоже им задаёмся.
— Почему вы так на меня смотрите? — Хиро оглядывает их. — Что вы там себе напридумывали?
— Нуу, вообще-то это наводит на кое-какие мысли, — говорит Гарри. Пять пар глаз так и прожигают Хиро.
— Вы обалдели что ли? — возмущается Хиро, он закатывает глаза. — Господи, я не видел свою девушку целую неделю! Ну, перестарался немного, — оправдывается он.
Все пятеро мигом переводят взгляд на меня, а я не могу сдержать смех. Но они так серьезно смотрят, что я тут же замолкаю.
— Вы серьезно? — оглядываю каждого из них по очереди. — Извините, но я не буду обсуждать с вами интимные подробности наших отношений. И вообще вы поиграть пришли? Или посплетничать?
Надув губы, я отхожу на безопасное от поля расстояние и сажусь прямо на траву. Они смотрят в мою сторону, чешут затылки и наконец, начинают играть.
Я немного наблюдаю за ними, но мне это быстро надоедает. Вытягиваюсь на траве, закрываю глаза и подставляю лицо солнцу. Я думаю про Грэма, про его выступление и радуюсь, что смогу на нём побывать и увидеть его на сцене вместе со всеми, услышать его песни. Думаю про ребят, про их реакцию на мою злосчастную губу. На самом деле меня это здорово развеселило. Не ожидала я столько защитников. Хорошо хоть шею прикрыла волосами, а то бы они точно не отстали, пока не выяснили все подробности.
Слышу шорох травы, и чья-то тень загораживает мне солнце. Открываю глаза и вижу Гарри. Он садится рядом, я тоже принимаю сидячее положение. Остальные ещё на площадке, что-то эмоционально обсуждают.
— Ты как? — Гарри мельком скользит по мне взглядом и сразу отворачивается. Ветер развевает его длинную светлую чёлку.
— Хорошо, — я смотрю на него. Он изменился, стал дружелюбнее что ли.
— На шее чья работа? — спрашивает он не глядя на меня. — Хиро или Дилана?
Я инстинктивно дотрагиваюсь до своей шеи, прикрываю след волосами.
— Обоих, — я чувствую его беспокойство. — Дилан оставил синяк. Хиро не понравилось на него смотреть, и он закрыл его засосом, — усмехаюсь я.
Он снова смотрит на меня. Карие глаза пристально изучают. Я вижу, что он ищет признаки лжи на моём лице.
— Гарри, Хиро не обижал меня. Ты не должен так думать о нём. А губа?… Он просто прикусил чуть сильнее, чем хотел, — я не знаю почему, но именно ему я не стесняюсь сказать это.
— Ладно, — тихо говорит Гарри. Он неизменно немногословен.
— Слушай, раньше ты даже не смотрел в мою сторону, а теперь сидишь и разговариваешь. Даже вроде как беспокоишься. Что изменилось? — мне интересно.
— Я слышал твой разговор с Диланом, — пожимает он плечами. — Ты не плакала, не кричала, вместо этого ты оскорбляла его, вызывая только ещё бо́льшую ярость. Я подумал «эта девчонка не так проста». Ты сильная и смелая. Не встречал таких.
 
— То есть теперь я тебе нравлюсь?
— Я не говорил, что ты мне не нравишься.
— Ты странный, — говорю я ему.
— Осторожный, — поправляет он меня, по-прежнему глядя куда-то в сторону.
— Не доверяешь людям?
— Нет.
— Почему?
— Люди имеют свойство врать.
— Ты тоже врёшь?
— Иногда. Я такой же человек, как и все, — он хмыкает.
— Я никогда не вру, — говорю я, и он резко поворачивается и рассматривает мое лицо.
— Да, ладно! Что? Даже рассказала Хиро всё, что с тобой случилось на вечеринке? В деталях?
— Да. Всё как было.
— И как он отреагировал? — он всё ещё смотрит на меня.
— Взбесился, естественно.
Гарри разглядывает меня. Его лицо не выражает никаких эмоций, и я не могу понять его.
— Значит это не случайность, — он пристально смотрит на мой рот, потом на шею. — Хиро нам соврал. Говорю же, все врут, — он снова отворачивается.
— Он просто не сказал всей правды, — я оправдываю Хиро.
— Это то же самое. Умалчиваешь, значит утаиваешь, а значит врёшь, — Гарри пожимает плечами.
— Интересное умозаключение. — Я никак не могу уловить в нём хоть какую-нибудь эмоцию, не могу понять его. Он всё время спокоен, сдержан, а его серьёзность и немногословность просто убивает. — Что же случилось с тобой, Гарри Вудс?
— Ничего особенного. Я родился, — кривая улыбка трогает его губы.
Вот оно! Одна фраза и все кусочки пазла по имени Гарри Вудс, складываются в моей голове.
— Давай, угадаю? — спрашиваю я, и он смотрит на меня. — Ты был приёмным ребенком. Сначала не знал об этом, а потом случайно узнал. Родители, которых ты считал родными, всю жизнь врали тебе. Поэтому ты всегда настороже, всегда ищешь ложь в словах и поступках людей. Поэтому ты одинок и отстранён, боишься довериться кому-то. Я заметила, как ты всегда пристально вглядываешься в лицо говорящего, пытаешься понять, не врёт ли он.
Лицо Гарри сохраняет спокойствие, но вот только бровь слегка дёргается, в глазах мелькает тень, а губы чуть сжимаются. Я это замечаю и понимаю, что попала в точку. Он молчит.
— Я никому не скажу, не бойся, — тихо говорю я.
— Чего мне бояться. Это и так всем известно, — спокойно отвечает он.
— А я не про семью. Я про твои чувства. — Гарри сжимает челюсть и на его скулах прокатываются желваки. Я снова попадаю в цель.
Парень какое-то время пристально смотрит на меня.
— Будем считать, что тебе я пока поверил, — с прищуром говорит он.
— Уже что-то, — улыбаюсь я.
Он встаёт и подаёт мне руку.
— Раз уж я всё равно об этом знаю, можешь поговорить со мной, — я беру его руку, и он помогает мне подняться с травы. — Когда захочешь.
Гарри ничего не отвечает, но я замечаю лёгкий кивок головы.
Мы подходим к остальным, они сразу замолкают и подозрительно переглядываются.
— В чём дело? — спрашиваю я, чувствуя подвох.
— Детка, тебе не обязательно всё про всех знать, — торопливо говорит Хиро и притягивает меня к себе.
— И всё же? Почему вы так смотрите на меня?
— Дилан разбился на машине, — отвечает Саймон.
— Это лишняя информация и она ей ни к чему, — Люк его перебивает.
— Он жив? — спрашиваю я, похолодев, и смотрю на Хиро.
— Жив, но пострадал серьёзно. Говорят машина в хлам, — не унимается Саймон и Хиро шикает на него.
— Тебя это не должно волновать, — говорит Хиро мне.
Но проблема в том, что меня это волнует. В голове всплывает разговор Хиро с Донной. Я не хочу строить предположения, но мозг сам мне их подсовывает.
Как-то слишком поспешно и скомкано мы прощаемся с парнями и расходимся в разные стороны. Мы идём молча. Каждый держит руки в своих карманах. Хиро смотрит себе под ноги, а я на него. Такое чувство, будто он что-то не договаривает. Я не выдерживаю и спрашиваю напрямую: